Вверх страницы
Вниз страницы

Harry Potter and the Half-Blood Prince

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Архив эпизодов » Трое в комнате, не считая шлюхи.


Трое в комнате, не считая шлюхи.

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

1. Название эпизода
Трое в комнате, не считая шлюхи.
2. Место и дата действий
В основном малфой-мэнор. 3 января
3. Участники
Антонин Долохов, Беллатрикс Лестрейндж, Рудольфус Лестрейндж, Рабастан Лестрейндж и нпц - Изабелла
4. Предупреждение
Всё

+2

2

В целом, Антонин Павлович был убежден - бордель не место для прогулки леди. В частности же, он не понимал, при чем тут Беллатриса Лестрейндж, поэтому, ущипнув себя за нижнюю губу и представив физиономию Рудольфуса, когда жена расскажет ему, где провела вечер, согласился.
Оборотное привычно изменило его внешность, превратив на этот раз в высокого и худого старика - Долохов не любил радикальные перемены и предпочитал не экспериментировать с возрастом и телосложением. Прихватив из сундука с более-менее личными вещами пару вышедших из моды драгоценностей из полуопустошенного тайного схрона, славянин любезно подал руку нетерпеливо подпрыгивающей на пороге Беллатрисе и они отправились к границе антиаппарационного купола. Обитатели мэнора не заметили эту удалившуюся парочку, о чем еще не раз пожалеют в течение этого дня...
... - Да, и женщины его тоже посещают, - Долохов поглядывал на часы на башне Гринготтса, отвечая на вопросы любознательной валькирии в проулке за рестораном, предлагающим маггловское меню. - И оборотное можно принести с собой и... ммм... девушка выпьет его. И можно ее после обливиэйтить. И круциатить в процессе тоже можно, но не больше тридцати секунд. Это дыра, миледи, настоящая дыра, зато там не спрашивают наши имена и... скажем так, не удивляются нашему выбору.
Комментировать последнюю фразу Долохов отказался напрочь, и тут кстати стрелки на часах остановились на оговоренных отметках и стена прямо перед Пожирателями замерцала, обнаруживая скрытый проход.
- Этим борделем владел еще Розье, - впал в сентиментальность Антонин, помогая Беллатрисе перешагнуть через каменный порожек. - И что приятно, администраторша смогла выкупить бордель, когда все полетело в Хель, и даже практически ничего не изменила...
Стена поглотила их, не оставив и намека на то, что здесь только что были маги.
... - Со своим нельзя! - завопила на них дебелая женщина за барной стойкой, едва они очутились внутри.
Долохов не глядя бросил ей серебряной мелочи и повел Лестрейндж к кабинкам в дальней стороне зала.
- Месье завсегдатай? - схватила за руку Антонина одна из сидевших у стойки в ожидании клиентов шлюха. Он огляделся - в помещении пахло кошками и потом, а заунывная музыка, якобы изображающая восточные напевы, резала слух. Даже в зале было слышно, как скрипит одна из кроватей на втором этаже и как кричит обманутая девица.
- У них сегодня арабские ночи, - невозмутимо проинформировал Долохов свою спутницу, кивком головы указывая на кое-как трансфигурированные шальвары и оголенные животы некоторых работниц секс-индустрии. Впрочем, обнаженными животами дело не ограничилось - на многих ведьмах, кроме набедренных повязок, присутствовали только вуали и браслеты.
Антонин Павлович с удовольствием нашел глазами Анастейшу - молоденькую, едва ли совершеннолетнюю ведьму, к которой прикипел душой за последние пару-тройку своих посещений этого места. Анастейша его, разумеется, не узнала, но заметила обращенный на себя взгляд и призывно помахала ему рукой, обольстительно улыбаясь. Отсутствие одного уха и половины зубов компенсировалось задорно подпрыгивающими грудками с выкрашенными кармином сосками.
- Девочке требуется отцовская рука, - счел необходимым пояснить Беллатрисе Антонин, игнорируя тот факт, что отцовского в его обращении не было ни грамма: он даже по возрасту годился ей скорее в дедушки.
Может, он и продолжил бы тему, но, стоило им присесть в кабинке, Мерлин принес Изабеллу - фигуристую рыжеволосую девку, которую особенно выделял Рудольфус.
- Угостите леди шампанским? - хрипловатым из-за сигарет и магического кокаина голосом произнесла шлюха, демонстрируя, что до того, как скатиться в эту дыру, работала в заведениях более высоких стандартов качества.

Отредактировано Antonin Dolohov (2013-10-14 17:20:16)

+4

3

- Мне нужно в бордель. Туда, куда вы обычно ходите с Рудольфусом. Срочно, - выпалила Беллатриса, вламываясь в покои славянина.
Сегодня был весьма примечательный день. А примечателен он был тем, что у Рудольфуса сегодня был день рождения. И оставлять такую дату без внимания Беллатриса, в отличии от мужа, не стала.
Лестрейндж покинула семейную спальню ещё тогда, когда Рудольфус спал. Несколько часов блуждания по мэнору привели её прямо к Антонину, чья помощь сейчас была необходима. Возможно, Лестрейндж-старший полагал, что его семейная жизнь налажена, но у Беллатрисы дела обстояли несколько иначе. Женщина ещё не забыла свою прогулку в воспоминаниях супруга. Ревность не давала ей покоя в образе рыжеволосой дурнушки. Пожирательница нервно теребила палочку сквозь ткань кармана.
Проигнорировав предосторожности Антонина с оборотным зельем, Беллатриса ограничилась капюшоном, надвинутым на глаза. Ей удалось сохранять молчание, пока они шли к границе поместья, но в городе терпение женщины истощилось. Чтобы хоть как-то занять себя, она принялась терроризировать Долохова глупыми вопросами, которые только приходили в голову, не особо слушая ответы.
- Тридцать секунд, говоришь? Не долго ли для потаскушки? - мило улыбнулась Беллатриса, игнорируя светский тон спутника, - долго ещё?
Наконец, они оказались внутри. Правда, Беллатриса ожидала чего-то иного. Не такого дешёвого и показушного. Игнорируя недовольные взгляды шлюх, Беллатриса сильнее надвинула капюшон на глаза и перехватила Антонина под руку, крепче прижимаясь к нему. Ей здесь было неуютно настолько, что она даже начала колебаться в своей решимости. Нос Беллатрисы, привыкшей больше к изысканным манерам аристократов, непроизвольно сморщился от резкого неприятного запаха, установившегося в борделе. Странно, что Рудольфус предпочитал проводить время именно здесь. Лестрейндж проследила взглядом, куда смотрит Антонин Павлович. Как бы он не забыл о цели посещения. Ах, да, я забыла его предупредить. Беллатриса едва слышно вздохнула, рассматривая пёструю толпу женщин.
Едва они оказались в более-менее закрытой кабинке, Беллатриса разжала руку, отпуская локоть Долохова, игнорируя, что это удалось ей с трудом.
- Не впечатляет, - честно призналась она славянину. Музыка сюда почти не проникала, поэтому звуки, которым был изобиловал второй этаж, прослушивались лучше. И ещё неизвестно, что хуже.
- Угостите леди шампанским? - Беллатриса едва вскинула одну бровь. Мало того, что незнакомка характеризовала себя как леди и вломилась к ним, кажется, это была та самая бестия, ради которой мадам сюда притащилась.
- Если леди соизволит представиться, - мило улыбнулась мадам в ответ, пододвигаясь к Долохову поближе. Просто, на всякий случай.
- Белла, - шлюха улыбнулась подтаскивая стул. Внутри Беллатрисы медленно начала поджариваться ярость.
- мило, - процедила ведьма, из-под капюшона рассматривая собеседницу, - мадемуазель, вы не могли бы оставить нас наедине всего на две минуты. Дело чрезвычайной важности, - Лестрейндж изо всех сил старалась не замечать вульгарное поведение девицы. Рыжая недовольно зыркнула на Беллатрису и вышла, покачивая бёдрами.
- Это та самая сучка, которая понравилась моему мужу? - прошептала она на ухо Антонину Павловичу. Едва она услышала утвердительный ответ, Изабелла снова вошла в комнату, хищно улыбаясь.
- Леди, не хотите немного прогуляться? - поинтересовалась Беллатриса. Её взгляд как бы говорил, что если Изабелла не хочет, то её потащат за волосы, - идём с нами, - пожирательница пристально посмотрела в глаза Антонина, негласно требуя, чтобы он сыграл свою роль.

+2

4

Как только Антонин Павлович увидел, как разгорелись глаза мадам Лестрейндж при виде несчастной Изабеллы, он отчасти догадался о цели их посещения этого злачного места.
И хотя Беллатриса естественным движением приличной женщины постаралась отодвинуться под его защиту от рассадника порока и разврата, для славянина не было секретом, кто из двух Белл представляет наибольшую опасность. Как ни крути, но минуты жизни рыжеволосой шлюхи были сочтены, хотя она и не догадывалась об этом.
И Долохов не сомневался, что последние мгновения земной жизни Изабеллу не порадуют - это Беллатриса умела обеспечить в совершенстве.
А уж когда рыжая представилась в ответ на милейшее предложение Лстрейндж, Долохова обуяло желание расхохотаться, которое он едва подавил, прувеличенно серьезно рассматривая выпяченные губы и арбузные груди рудольфовой любимицы. Жаль, конечно, подобный экземпляр его товарищ сможет найти не скоро...
Чтобы сподвигнуть Изабеллу оставить их по просьбе мадам Лестрейндж, он кинул ей на колени несколько сиклей, а вернулась красотка уже с бутылкой дешевой газировки, выдаваемой здесь за шампанское.
Антонин, будучи фаталистом, чувствовал приближение бури, но ничем не стал препятствовать этому, покорно подтвердив догадку Беллатрисы о предпочтениях ее мужа. В конце концов, ожидаемое показалось ему достойным внимания.
И едва мадам Лестрейндж предложила шлюхе прогуляться, все в понимании Антонина встало на свои места: Беллатриса просто хочет убить девицу.
До чего романтичная особа!
Изабелла меж тем, не подозревая о грозящих ей неприятностях, присела в опасной близости от артритных коленей Долохова и принялась поигрывать ярко-рыжим локоном, наматывая его на палец и обсасывая, пачкая в кроваво-красной помаде.
- Прогуляться дороже, я почем знаю, чтой вы не извращенцы какие, - с выговором, типичным для кокни, Изабелла казалась совсем простушкой. - К тому ж, ко мне должны прийти...
Беллатриса метнула в Долохова такой взгляд, что тот понял, что Изабелла уйдет с ними, даже если ему придется тащить ее на спине.
- Руди должен прийти? - ласково поинтересовался у проститутки Антонин Павлович, ненавязчиво выкладывая на заляпанный сладким пойлом стол увесистый мешочек с драгоценностями. - А он сегодня не придет. Совсем.
Шлюха произвела оценку веса мешочка на глазок, осталась довольна и на радостях налила себе и выпила залпом полный стакан шампанского.
- Ну раз не придет, то я с вами, дедуля. А дамочка тоже будет того-этого? - дыша на Пожирателя перегаром, уточнила Изабелла.
- Будет-будет, - все с тем же ласковым безумием произнес Долохов и потянул обеих своих спутниц прочь из-за стола.

Отредактировано Antonin Dolohov (2013-10-14 18:57:48)

+2

5

Беллатриса поняла, что если откроет рот, то не сможет сдержаться и заавадит Изабеллу на месте. Сука, сука, сука... Стерляло в её голове. Беллатриса с отвращением оглядела поверхность стола. Чтобы не прикасаться к нему, она облокотилась об стул Антонина, придерживая лоб ладонью. Разруливать ситуацию она предоставила Антонину, в конце концов, её спутник здесь не впервой, кое-что знает о местных обычаях.
При имени мужа Беллатриса нервно дёрнулась, сминая в кулаке подол собственного платья.Он не придёт, дорогуша. Мы сами придём к нему. Думаю, он обрадуется, увидев тебя. А ты знаешь, сколько ему лет? Несмотря на раздражение, которое Изабелла внушала Беллатрисе, мадам не могла не отметить, что девчушка симпатичная. Фигурка, грудь, личико. Всё в полной комплектации. И, что уж там говорить, если бы у женщин было что-то общее, Изабелла могла бы сойти за её дочь. Лестрейндж едва слышно фыркнула, когда Антонин бросил свои дары на стол. Интересно, сколько он ей платит? - Беллатриса подумала о муже. Дела Лестрейнджей были плохи - поместье сгорело, а в Гринготтс просто так не пройдёшь... Женщина отогнала лишние мысли прочь, вставая изо стола. Проигнорировав "дамочку" и прочее, Беллатриса вышла из кабинета следом за Долоховым и девицей, улыбаясь. Те, кто знали Беллатрису довольно долго, могли бы сказать, что эта улыбка не предвещает ничего хорошего.
Компания снова вышла в шумный главный зал. Тут шлюха уверенно свернула в сторону лестницы на второй этаж. Лестрейндж подозрительно посмотрела на Долохова, ловя Изабеллу за локоть.
- Лапочка, нам направо, - Беллатриса посмотрела на выход. Шлюха в ответ только рассмеялась, увлекая её к лестнице.
- Да нет же, нам наверх, - даже без каблуков она была выше Лестрейндж на полголовы. И заметно тяжелее.
- Нет, милая, нам к выходу.
- Да неужели? - Изабелла оскалилась, поднимая раскрашенные губы. Окружающие с интересом посматривали на начинающуюся заварушку.
Беллатриса сняла капюшон. Плакат о розыске мадам Лестрейндж на заднем плане послужил неплохой декорацией.
- Нам направо, дорогуша, - сказала последнее слово Беллатриса, вынимая палочку. Она недовольно оглядела шлюху, - у тебя пять минут, чтобы одеться. За каждую минуту задержки я буду убивать одну из твоих подруг, - пожирательница швырнула круциатус в притихшую толпу, - не придёшь через десять, бордель превратится в прах быстрее, чем кто-то из присутствующих успеет сказать слово "аврор". То же самое будет, если поднимете панику. Время пошло, - сообщила Беллатриса, запуская ещё одно круцио. На этот раз в Изабеллу.

+2

6

Проститутка, подгоняемая Круциатусом, резво заскакала по лестнице. На заднем плане визжала на одной ноте какая-то девица, а огромная бабища за стойкой осела в глубоком обмороке.
Долохов потер рукой лоб. В его голове роились смутные подозрения, что с приятными вечерами в борделе, полностью сохранившим обстановку - возможно, и контингент - с восьмидесятых, придется распрощаться.
- Да-да, делайте, как она говорит, - скучно ответил он на взгляд какого-то толстого господина в котелке и полностью застегнутом пальто. На его коленях замерла Анастейша.
Господин немедленно закивал, а затем неуловимым движением схватился за карман...
Антонин оказался быстрее - с его палочки уже сорвалась Авада. Толстяк рухнул со стула, увлекая за собой вопящую Анастейшу, и Долохов вновь поморщился.
Из разжатой посмертно руки толстяка вывалился бумажник.
- Вотан и Хемдаль, он что, подумал, что мы налетчики? - Антонин обернулся к увлеченной своими делами Беллатрисе. - Что мы грабим эту дыру?
От возмущения у него пропал дар речи.
Анастейша свернулась клубком за мертвецом и теперь всхлипывала, трясясь от ужаса. Молодчик в кожаных шатанах, мешающих ему двигаться, попытался достать палочку из заднего кармана, но Пожиратель убил его быстрее, чем тот успел сообразить, что сейчас произойдет. Та же самая участь постигла и еще одного верзилу - охранника.  Где-то, как знал Долохов, притаился и третий вышибала, но больше охраны хозяйка не могла позволить себе содержать.
Антонин Павлович обвел притихшую публику спокойным взглядом.
- Нам нужна только леди, поднявшаяся наверх. Мы хотим прогуляться с ней. Как вы понимаете, у мадам Лестрейндж возникли к ней некоторые вопросы касаемо их сугубо личных женских дел. Я могу вас уверить, что это вас не касается. Продолжайте заниматься своими делами, не беспокойте Аврорат и мы расстанемся добрыми друзьями...
Оглушительный звон за его спиной опроверг последнее утверждение. Антонин медленно обернулся, не опуская палочки.
Огромное зеркало в аляпистой золоченой раме, бывшее украшением зала еще с 1972 года, лично привезенное Эваном Розье-старшим из какого-то французского борделя, теперь пало жертвой гнева мадам Лестрейндж. Зато третий вышибала, а точнее, его тело, был обнаружен.
Долохов тяжело вздохнул в наступившей напряженной тишине, а затем развернулся к посетителям и работницам, которых держал под направленной палочкой.
- Ничего, это всего лишь старая уродливая вещь, - больше самому себе сказал он. - Мы возместим ущерб...
На следующий звон он даже не стал оборачиваться. Как и на следующий.
Наконец у его локтя замаячила Беллатриса, подгоняющая перепуганную Изабеллу, не скрывающую слез. Омытое искренними слезами, расставшееся с большей частью вульгарной косметики, ее лицо казалось непривычно невинным и даже юным. К сожалению, по мнению Долохова, это только раззадорит Белллатрису еще сильнее.
- Выходи и жди меня в проулке. Я наведу здесь массовый Обливиэйт и через минуту догоню тебя. Надеюсь, ты позаботишься, чтобы наша новая приятельница не шумела?
Едва мадам Лестрейндж со своей добычей вышли из зала, Долохов вытащил вторую палочку.
- Мистер, вы нас убьете? - какая-то девица осмелилась подать голос.
Антонин Павлович холодно улыбнулся.
- Нет, если вы не будете делать глупости.
Пробормотав под нос сложную формулу массового Обливиэйта, Долохов запустил с обеих палочек Дымное проклятие и бросился к выходу.
Беллатриса ждала в проулке. Белла, уж неизвестно по каким причинам, почти без чувств привалилась к мусорному баку, раскинув ноги и не обращая внимания на то, что часть подола пальто угодила в какую-то зловонную кучу.
- Аппарируем, - кивает Антонин, подхватывая шлюху под руку и бросая короткий взгляд через плечо на клубы дыма, вырывающиеся сквозь казалось бы плотную стену. Затем он аппарирует вслед за Лестрейндж.

Малфой-мэнор встречает путников теплом и непринужденной атмосферой легкого безумия, когда Антонин Павлович понимает, что Беллатриса намеренно приволокла Изабеллу в мэнор.
- Пожалуй, на сегодня с меня хватит, - бросает он. - Приятного вечера, передавай привет Рудольфусу после того, как порадуешь его сюрпризом.
Лицевые мышцы начинает покалывать, пока Долохов поднимается к себе, и переступая порог своей комнаты, он уже вновь выглядит как обычно.

Отредактировано Antonin Dolohov (2013-10-14 21:40:15)

+3

7

Едва Изабелла поспешила наверх, Беллатриса стала оглядывать комнату, ища, на чём бы выместить собственную ярость. Трогать других шлюх было бы не совсем честно, посетителями успел заняться Антонин. Перед глазами Беллатрисы стоял образ рыжеволосой бестии. А зеркало говорило, что мадам выглядит, может быть, и хорошо, вот только за пятьдесят. Брюнетка зашипела, разбивая зеркало.
- Мадам... - к ней подошёл мускулистый блондин. Громила попытался ухватить её за локоть, но Беллатриса прикончила его одной авадой. Потом она разбила вазу. И зеркало. И... наконец-то появилась рыдающая Изабелла. Себе на горе теперь она выглядела не на двадцать с хвостиком, а на восемнадцать-девятнадцать. Без макияжа ей было намного лучше и Лестрейндж решила окончательно избавиться от него естественным путём ещё до того, как они прибудут в мэнор.
- Антонин, прекращай понтоваться перед шлюхами и идём, - сказала Лестрейндж, осматривая трупы. Изабелла, локоть которой она держала железной хваткой, даже не сопротивлялась. Похоже, путана наконец-то поняла, что ей грозит, - думаю, меня она не перекричит, - пообещала Беллатриса Антонину и направилась к выходу. Свежий воздух после душного борделя немало радовал, как и дневной свет, как и отсутствие постоянного шума...
- Идём, - Беллатриса толкнула девицу вперёд, тыкая ей в спину палочкой.
- Пока не появился мой приятель, я задам тебе пару вопросов, - любезно сообщила Беллатриса сопернице, - давно ты с ним встречаешься? - не встретив воодушевления со стороны Изабеллы, Лестрейндж отвесила ей внушительную пощёчину.
- Больше года, - девушка неуверенно посмотрела на Беллатрису и добавила, - мадам.
- Умойся, быстро, - Беллатриса кинула Изабелле платок. Шлюха уже успела разрыдаться снова и присесть у мусорного бака. Нужно, чтобы она выглядела более менее прилично, до того, как Рудольфус её увидит.
- Вы меня убьёте? - Изабелла подняла заплаканное лицо на пожирательницу. Беллатриса осмотрела её, но не ощутила ни капли жалости.
- Не сразу, - Лестрейндж запустила в жертву ещё одним круцио, но не сильным - не нужно калечить бедняжку раньше времени.
- Когда он к тебе в последний раз приходил? - Беллатриса пристально посмотрела на другую Беллу. Она зажалась.
- Я.. я не помню, - Беллатриса пнула рыженькую в живот.
- Не пытайся мне врать. Я повторяю свой вопрос ещё раз... - внимание женщины привлекло ожерелье, блестящее на беленькой шейке, - скажешь откуда украшение, до прибытия Долохова больше бить не буду, - проститутка, на то и проститутка, чтобы продаваться сразу. Изабелла быстро сдала Рудольфуса. Лестрейндж только скрипнула зубами, едва дождавшись Антонина.

Малфой мэнор приветливо встретил гостей. Антонин довольно быстро поспешил ретироваться, но Беллатриса не стала его корить за это. Попадаться на глаза Рудольфусу в компании его жены и любовницы не захотел бы никто.
- Удачного дня, Антонин Павлович. Я, возможно, загляну к Вам вечерком, - Беллатриса улыбнулась Антонину, но едва славянин пропал из виду, её любезность быстро сошла на нет.
- Идём, сука. И не глазей особенно по сторонам, - Изабелла послушно пошла, но глазела. Впрочем, возможно, она никогда не была в замках. А Малфой-мэнор и его сад довольно красивы. Пусть полюбуется напоследок.
В спальне, к разочарованию, Беллатрисы, мужа не оказалась. Своё огорчение по этому поводу она выразила круциатусом. Изабелла почему-то приуныла ещё больше.
Лестрейндж надеялась, что не встретит сестру в коридоре. Миссис Малфой вряд ли бы обрадовалась шлюхе в своём доме.
Они нашли Рудольфуса в библиотеке. Он о чём-то оживлённо спорил с Рабастаном. Удивление в глазах мужа было бесценным, когда Беллатриса швырнула Изабеллу перед ним на ковёр.
- Добрый день. С днём рождения, любимый, - Беллатриса не глядя прошла мимо Руждольфуса, чтобы налить себе огневиски. Удерживая в одной руке бокал, она не преминула другой взъерошить волосы Рабастану.
- Привет, Бастик, - Лестрейндж опустилась в свободное кресло.
Тем временем Изабелла ошарашенно оглядывалась по сторонам и пыталась заговорить с Рудольфусом. Беллатриса не стала мешать Рудольфусу устраивать личную жизнь. Она вмешается чуть позже.

+3

8

Рабастан любил посидеть в библиотеке не только из-за книг. Основным пунктом всегда шел тот факт, что его родственники библиотеки недолюбливали, а потому именно там младший Лестрейндж мог вдоволь пофантазировать, что его старший брат и невестка давно умерли и больше не докучают ему своим агрессивным сумасшествием.
Тем больше было его расстройство, когда вышеупомянутые стали, чуть не каждый день, объявляться в книжной обители и пожирать его мозг с тем же энтузиазмом, с которым раньше грозились пожирать смерть.
И сегодняшний день не был исключением - едва Рабастан удобно устроился с книгой в кресле, как в библиотеку завалился Рудольфус вместе со своими сигарами, бутылкой огневиски и нравоучениями.
К слову, едва глава рода понял, что брат решил жениться окончательно и бесповоротно, то стал надоедать Рабастану своими скучными историями про то, как Беллатрикс о его голову бутылку разбила, Круцио насылала, мышьяка в виски подсыпала... Впрочем, Рабастан был уверен, что про мышьяк Рудольфус врет - на отравительницу Белла была совсем не похожа. Но и от остальных историй, совсем не смешных и заканчивающихся всегда одинаково - "А потом я ее каааак..." - хотелось спать или даже фирменного Круциатуса мадам Лестрейндж для бодрости. А Рудольфус, видя, что его поучительные истории пропадают втуне, взял манеру и вовсе преследовать Рабастана с целью предостеречь его от роковой ошибки, появляясь, как боггарт из шкафа, в самые неподходящие моменты.
Вот и сейчас Рудольфус вошел в библиотеку, скорбно воздев глаза к потолку и с порога начал нудеть.
Рабастан, уже истративший все козырные контраргументы вроде того, что Беллатрикс и в детстве чокнутой выглядела, не чета Тэсс, нужно было сразу смотреть, на ком женишься, постарался сдержаться и не запустить в брата книгой.
- Ну подумай, зачем тебе жениться. Это же все, прощай, холостяцкие пирушки, прощай, юные красотки, - завел шарманку Рудольфус, отпивая сразу треть бокала.
Рабастан, в жизни не бывавший ни на одной холостяцкой пирушке, а о юных красотках слышавший в основном от брата, нахмурился.
- Я женюсь на чистокровной ведьме, которая родит мне чистокровных наследников. Нам родит, всем, между прочим.
- Не родит, - с видом знатока заключал Рудольфус.
- Это твоя не родит, а моя родит, - спорил Рабастаню
- Так пусть сначала родит, а потом женись, - хитрил старший.
- Мой отпрыск не родится ублюдком, - горячился оскорбленный младший.
Ситуация развивалась по известному сценарию.
- Не женись, - после паузы вновь начинал Рудольфус, нашедший вдохновение в стакане. - Она тебе жизнь испортит, как мне Беллатриса испортила.
- Мне твоя Беллатриса и так жизнь испортила, вместе с тобой, кстати. Портить уже нечего, - огрызался Рабастан, делая вид, что полностью поглощен книгой.
Следовала новая пауза.
- Не женись. Если ты женишься, то что будет с Беллатрисой, если со мной что-нибудь случится? Ты же не сможешь на ней жениться, - веско замечал Рудольфус, взывая к чувству долга брата.
- Я поэтому и женюсь, можно сказать, чтоб потом на твоей... Беллатрисе не жениться, - парировал Рабастан, устрашенный подобной перспективой.
Так проходил вечер за вечером, когда на Рудольфуса находило заботливое настроение. Таковым оно было и сегодня...
Накатанный разговор Лестрейнджей прервала приснопамятная Беллатриса, появившаяся в библиотеке с каким-то чучелом. По некоторому наблюдению, чучело оказалось молоденькой ведьмой, ошалевше оглядывающейся вокруг.
Рабастан со вздохом закрыл книгу - читать в таком дурдоме не представлялось возможным.
Беллатриса же швырнула свою спутницу в ноги Рудольфусу вместе с поздравлениями и, нацедив себе выпить, устроилась в кресле, как будто ожидая представления.
- И тебе привет, - хмуро отозвался Рабастан, разглядывая девицу. - Это что? Подружку нашла? От одиночества спасаться? Или удочерить хотела и передумала? Так отдай ее Фенриру, зачем ты ее в дом притащила...

Отредактировано Rabastan Lestrange (2013-10-14 22:23:51)

+4

9

Поначалу Рудольфус, увлеченный пребранкой с Рабастаном, не понял, что произошло. Он осознал лишь несколько фактов в следующей последовательности: под ноги ему полетела фигуристая девица, едва ли разменявшая третий десяток, а драгоценная супруга, приволокшая эту самую девицу, довольно любезно поздравила с днем рождения и присела неподалеку.
Лестрейндж удивленно обозревал предложенный ему вид, девица ползала на коленях, отбрасывая назад длинные рыжие лохмы, а Рабастан по своему обыкновению принялся нудеть, чтобы побесить Беллатрису.
Девица, между тем, хныкала.
- Это что это? - неосознанно повторил за братом старший Лестрейндж, присматриваясь к девице. Когда та пошла на третий круг, развернувшись к Рудольфусу задницей и поскуливая, что-то забрезжило в памяти, но без конкретики.
- Я что-то не понимаю. Это что, подарок? Мне? - поверить, что Беллатриса подарила ему рыжую молодуху, очень хотелось, но не моглось: в памяти были весьма свежи громы и молнии, когда мадам Лестрейндж подозревала его в адюльтере с Кэрроу. С Алекто Кэрроу, если кто-то подумал неправильно.
Рудольфус хотел было состроить постную мину и высокомерно отказаться от подарка, который больше напоминал Троянского коня, но не успел: девица, на мгновение перестав всхлипывать, расслышала его удивленные комментарии, развернулась, пристально посмотрела на него из-под красной челки и кинулась, как к давно потерянному и вдруг найденному родственнику.
- Руди! Руууди! - вопила она. - Это же я, твоя Белла!
Сейчас будет Круцио. Много Круцио, подумалось Рудольфусу, который инстинктивно оттолкнул от себя рыжеволосую бестию, только что нанесшую существенный урон семейному благополучию Лестрейнджей, и поспешил невербально набросить на себя Щитовые чары, обильно подкрепленные отражающими заклятиями.
Впрочем, рыжие пряди, это противное "Руууууди" и весьма запоминающийся изгиб бедер встали на свои места в памяти Рудольфуса. Он сообразил, кого именно привела на именины драгоценная супруга.
- Кхм. И что же, ты ее к нам насовсем? Предупреждаю, у нее, кажется, вши, а еще она пьет побольше Долохова. Миссис Малфой вряд ли придет в восторг, - Лестрейндж по глазам жены видел, что шлюшка - не жилец, а потому без опаски называл имена.
Между тем несчастная Белла цеплялась за его колени с таким видом, как будто он должен был немедленно спасти ее от грозной черноволосой ведьмы, а после жениться и вообще. Что вообще, не хотелось даже думать.
- Руууди, ну Руууди! Я все равно тебя узнала!.. По голосу! Руууди, это твоя жена? Ну скажи ты ей, Руууди!.. Она меня пытала! Я же не виновата, что ты сам ходил!.. Мне даже и не нравилось...
Продолжить девица не успела. Рудольфус счел, что признаний на этом довольно, да и ее голосок, растерявший от ужаса, что ли, всю глубокую хрипотцу, теперь неимоверно раздражал.
- Круцио, - коротко рявкнул Рудольфус на свою дешевую пассию, вовсе не собираясь спасать ее от Беллатрисы. Пыточное отбило у Беллы желание разговаривать, и она скуксилась на полу, но уже в отдалении от предателя-Руди. По наполняющему глаза жертвы страху было видно, что она не ожидает благополучного разрешения своей непростой ситуации, даже если и не поняла до сих пор, что оказалась в компании широко известных Пожирателей Смерти.
- Если ты хочешь познакомиться с каждой моей женщиной, то только попроси. Нет необходимости утруждаться самостоятельно.
Именно в подобных идиотских ситуациях в Рудольфусе просыпалась истинное лестрейнджевское достоинство.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2013-10-16 22:25:48)

+2

10

Лестрейндж устала откинулась на спинку кресла, кажется, у неё сегодня тяжёлый день. Но, смотря на Изабеллу, было понятно, что день выдался тяжёлым не только для мадам Лестрейндж.
- Ты забыл назвать меня стервой, Бастик, - Беллатриса скорчила деверю рожицу и отпила огневиски. Кажется, алкоголь это то, что ей нужно, - я слышала ты собирался жениться, - она небрежным жестом махнула на девицу, пристающую к мужу. На вопросы Рудольфуса Беллатриса отвечать пока не собиралась. Когда шлюха назвала себя Беллой, Беллатриса только сморщилась, откидывая чёрную прядь волос.
- А что насчёт тебя? Мне кажется, что ты тоже пьёшь больше Долохова, - спокойно поинтересовалась Беллатриса у мужа, покручивая в длинных пальцах волшебную палочку. Казалось, что Рудольфус сам всё сделает, не дожидаясь. Пожирательница не смогла удержаться от улыбки, глядя, как Рудольфус насылает на девушку круциатус. Но последнюю фразу ему лучше было не говорить.
Беллатриса залпом допила огневиски , вставая, небрежно опустила бокал на пол.
- Мне кажется, что ей больше нечего сказать, - тем же спокойным тоном обратилась Лестрейндж к имениннику, - не знаю как тебя, но меня эти вопли раздражают. Да и Бастику она читать мешает, - она послала младшему улыбочку, подхватывая девку за волосы. последняя закричала и вцепилась Беллатрисе в руку. Женщина выхватила из ножен серебряный кинжал. Прежде чем жертва что-то поняла, пожирательница вырезала ей язык, одновременно отпуская её волосы. Шлюха упала на ковёр, зажимая рот руками. По её щеке градом текли слёзы, но кричать она не могла. Ладони и подбородок Изабеллы окрасились в багряный цвет. Лестрейндж отшвырнула бесполезную мышцу в сторону.
- А теперь мы можем поговорить о твоей чести, и её вопли нам мешать не будут, - облизнув губы Беллатриса придавила ногой пытающуюся уползти Изабеллу к полу, - во первых, как только твоя хвалёная честь Лестрейнджей позволяет тебе говорить мне про... других женщин с такой издёвкой? В таком случае, я, пожалуй, перееду - вдруг тебе захочется пригласить кого-нибудь к себе, - высокомерно произнесла Беллатриса, начисто игнорируя тот факт, что Изабеллу притащила она. Лестрейндж наклонилась к Изабелле. Та почти не подавала признаков жизни. Только едва дышала, плакала и зажимала рот рукой. Она даже не сопротивлялась, когда Беллатриса сняла с её шеи ожерелье, - во-вторых, - Беллатриса швырнула его на колени Рудольфусу, - узнаёшь? Впрочем, не важно, - Беллатриса снова ухватила девушку за волосы, впиваясь ногтями ей в кожу головы, чтобы поднять её, заставляя её девушку на колени так, чтобы её лицо хорошо было видно Рудольфусу.
- Какие прекрасные, рыжие локоны, которое тебе так нравятся, - на последней фразе Блэк перешла на визг, теряя самообладание. Ещё один взмах кинжала - в руке у Беллатрисы остался солидный клок ярко-рыжих волос. Мадам Лестрейндж изо всех сил пнула шлюху в живот.
- Я надеюсь, что это небольшое шоу доставляет тебе удовольствие, потому что оно будет продолжаться, - Беллатриса заставила Изабеллу подняться ещё раз.
- Не буду спрашивать, что она делала этими руками, как, впрочем, и языком, - твёрдая кость далась Беллатрисе тяжелее, но она упорно пилила руку Изабелле, почти потерявшей сознание. Наконец, проститутка лишилась руки. Собрав отрубленные конечности, Беллатриса кинула их в камин и подожгла. Волосы она выкидывать не собиралась. На большом ковре растеклась красная лужа, Изабелла потеряла сознание, но Беллатриса снова привела её в чувство, с помощью пары заклинаний. Она несколько раз подряд накладывала на жертву круцио, пока она не перестала плакать - слёзы в ней кончились, остался лишь страх с неизбежностью смерти.
- Я забыла, как её зовут, - она гневно посмотрела на путану, - ах, да. Белла, - процедила Беллатриса сквозь зубы. Она молча присела рядом с Изабеллой, проводя кинжалом по её щеке. На лице девушки остался красный след. потом ещё один, и ещё... Наконец, Беллатриса закончила. Изабелла была почти мертва.
- Теперь она не такая красивая, правда? - она отшвырнула девицу от себя, рассматривая собственные руки, покрытые чужой кровью, - можешь подарить ей лёгкую смерть...

+1

11

Смотреть на трагифарс, в котором Рудольфус, благодаря своей несчастливой звезде, против воли принял смое деятельное участие, было невозможно. Рабастан, десять раз уже пожалевший, что не выбрал для своего последобеденного чтения любое другое место, включая камеры предварительного заключения Министерства, отворачивался, но пресловутый брат и растерзанная рыжеволосая леди нетяжелого поведения все равно оказывались в фокусе.
- Ты забыл назвать меня стервой, Бастик, - Беллатриса, казалось, наслаждалась собой и огневиски.
- Я тебе не Бастик, стерва...
Проклятье!
Он не хотел отвечать ей, особенно после этого оскорбительного замечания, особенно после ее игривого тона, особенно после того, как сдержался в первый раз. И уж особенно противно было от того, что теперь получилось, будто он, как послушный пес, выполняет приказы хозяйки.
Но сделанного не воротишь, и теперь Рабастан только мрачно уставился на свояченицу.
- Тебя на свадьбу не приглашаю - будет только самый ближний круг, - уж неизвестно, достигла ли его колкость Беллатрисы, потому что свое внимание она переключила на мужа и рыжеволосую ведьму.
Из обрывков выкриков гостьи, странной рекции Рудольфуса и поведения мадам Лестрейндж, Младший составил себе приблизительную картину происходящего и с отвращением вопросительно уставился на брата.
Несмотря на то, что говорить что-либо было излишне, Рабастан все же не удержался в тот момент, когда на несчастную поспались пытки от обоих супругов.
- А нельзя процедуру знакомства проводить без меня? - в сторону пробормотал он, представляя себе лицо Люциуса или Нарциссы, доведись им заглянуть в библиотеку прямо сейчас.
Впрочем, рыжую ведьму было даже жаль. Работница секс-индустрии едва ли выбрала бы для себя такое развитие сюжета, знай она, как все обернется.
Беллтриса бесновалась, шлюха страдала, Рудольфус держался как идиот, и от этой умиротворяющей семейной картины Рабастану вдруг нестерпимо захотелось помереть в Азкабане. А еще лучше, чтоб там померли его родственники.
Он убрал книгу окончательно, встал и направился к окну, старательно обходя Беллатрису, увлеченно пилящую конечности рыжей ведьмы.
Кстати, весьма интересно, почему это выбор свой брат остановил на рыжей? Рабастан был уверен, что в диапазоне приемлемости Рудольфусп только брюнетки, и вот на тебе.
- Где ты ее вообще нашла? Ходила по Лондону под обороткой Рудольфуса? Следила за ним, как полагается обманутой жене? - Лестрейндж обратился к свояченице, дождавшись прекращения издевтельств над шлюхой. Достать палочку и положить конец мучениям жертвы он и не подумал - хоть он и был невольным свидетелем очередной семейной сцены, разбираться в ней предстояло супругам.
- А что ты скажешь, если следующим вечером получишь какого-нибудь своего бывшего любовника в таком же виде? Джагсон должен заглянуть в конце недели, да и про тебя и Люка ходили разные сплетни.

+2

12

Подтверждая слова жены, Рудольфус наполняет бокал заново и отпивает добрую половину. Да, он пьет. У него вообще жизнь не сахар, и в основном благодаря Беллатрисе, так что от спасительного алкогольного угара отказываться ему не резон.
Впрочем, Беллатрисе не до него, она явно увлечена притащенной игрушкой.
Рудольфус с легким сожалением провожает взглядом отшвырнутый женой язык незадачливой путаны. Уж кто, кто, а Изабелла умела распорядиться своим язычком наилучшим образом и никогда не оскорбляла с его помощью Рудольфуса.
И вопли Беллатрисы о его чести его мало трогают. Он знает свою жену и знает, что на нее так плохо подействовали эти недели, за которые она никого не убила. Беллу нужно было изредка выводить проветриться, но по приказу Лорда они сидели тихо как эльфы в кухне, давая своим цивилам и завербованным чиновникам исполнить свои задачи в спокойной обстановке.
Поэтому он уже решил, что малышка Изабелла уже все равно, что мертва, и поудобнее устроился в кресле, наблюдая за женой и выжидая момент, когда та будет готова к более-менее адекватному контакту. Ожерелье, прилетевшее к его ногам, он провожает взглядом, но пока не собирается поднимать его: вполне может быть, что это трюк Беллатрисы, и едва он отвлечется на побрякушку, получит круциатусом в спину.
Да и ожерелье-то так себе. Какой-то рудольфусовой прабабки, мелкие камни, немагическая огранка... Только чтобы шлюхе подарить, в счет оказанных услуг.
Рабастана он тоже проигнорировал. Брат явно недоволен, но да боггарт с ним. Пора бы привыкнуть, в конце концов они одна семья.
Поморщившись от визга жены, Рудольфус снова обратил внимание на скульптурную композицию в центре зала "Мадам Лестрейндж выражает свое неодобрение" и внезапно заинтересовался.
Беллатриса, с окровавленными руками, с горящими истинной страстью глазами, в платье, на котором блестящими пятнами выделялись потоки артериальной крови, хлещущей из конечностей шлюхи, казалась ангелом мщения во плоти. Или, точнее, падшим ангелом мщения.
Ни запятнанного ковра, ни бесформенного обрубка, бывшего не так давно привлекательной молоденькой ведьмой, ни отошедшего в сторону Рабастана для Рудольфуса более не существовало.
Только слова Рабастана о любовниках жены донеслись сквозь марево поднимающегося желания, густо смешав его со злостью.
Лестрейндж выдернул себя из кресла, откидывая бокал в сторону и даже не поморщившись от боли, и направился к жене, не обращая внимания на кровавую лужу на ковре.
- Легкая смерть? - хрипло переспросил он, подходя вплотную к жене и нависая над ней. -  Ты просишь у меня для нее легкой смерти? Во имя Велеса, я не поступил бы так же, доведись мне повстречать кого-то из твоих любовников... Впрочем, почему "бы". Я и не поступил. Помнишь того мальчишку, племянника кузины Эйвери? Сколько у вас было, два, три свидания? А потом он пропал, бесследно исчез из Англии, будто испарился...
Рудольфус скалится, что в его случае заменяет улыбку, продолжя сверлить взглядом жену.
- Могу показать, где я его зарыл. Запытал, а потом закопал как маггла, да и все. А того заместителя министра по связям с общественностью? Покушение террористов, так, кажется, написали газеты? Да, проклятие, которое я на него наслал, не дало ему умереть быстро. Он мучился долго, наверняка проклиная тебя, потому что я прислал ему письмо с проклятием, в котором подробно описал, что его ждет и за что ему это все. А ведь он был у меня в разработке, перспективный мужик для Организации...
Рудольфус сглатывает тяжело, облизывая губы, слизывая выступившую в углах рта слюну.
- Никакой легкой смерти, любимая. - Он с силой стискивет локоть Беллатрисы и притягивает ее ближе к себе, втягивая головокружительный запах свежей крови. - Даже для нас с тобой. Особенно для нас с тобой.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2013-10-30 21:27:59)

+2

13

- Как скажешь, - согласилась Беллатриса с деверем, отпивая ещё виски и, облизнув выкрашенные ярко-красной помадой губы, добавила, - Рабастанушка, - Лестрейндж допила огневиски, чувствуя, как по её артериям и венам протекает решимость и обжигающая ярость.

Беллатриса стояла посреди комнаты, опустив руки. Если бы не пятна крови на её наряде и зловещий блеск в глаза, она бы могла сойти за невинную жертву. Если бы присутствующие не знали, кто она такая.
В ушах стучала кровь. Рабастан рядом что-то говорил, явно намереваясь выйти из комнаты. Рудольфус подошёл к ней, опасно оскаливаясь, он даже что-то говорил. Беллатрису это только смешило. Она довольно улыбнулась, проводя двумя пальцами по щеке Лестрейнджа. Мадам уже забыла обо всём, что её окружает. Она забыла про существование Рабастана в этой комнате и доживавшей свои последние мгновения Изабеллу. Она забыла, что существует, что состоит из плоти и крови. На лице Рудольфуса остались две алые полосы. Кажется, Рудольфус говорил что-то о мужчинах.
- Не помню такого, - хрипло сказала Беллатриса, отвечая скорее по догадкам, чем сознательно. Рудольфусу шёл красный. Его прикосновение словно вытаскивает Беллатрису из-под огромной льдины, навстречу вкусу, цвету, звукам, кислороду...
- Никакой, - согласилась, Беллатриса, вытирая мокрую руку о чистую рубашку Рудольфуса.
- Не знаю, замечал ли ты... - пожирательница чуть склонила голову на бок, прищуриваясь, вглядывалась в глаза мужа, - ты жесток. Ты знаешь об этом, - она усмехнулась, сдавливая его ладонь в том месте, где он держал её за локоть, - но ты особенно жесток с теми женщинами, с которыми спишь, - Беллатриса вырвалась от супруга, оставляя у него в руке солидный лоскут ткани.
- Ты ведь зол на меня, правда? Очень зол, - шептала ведьма, расправляя волосы, - ты в бешенстве, полон ярости. Я довела тебя, правда? Ну так чего е ты ждёшь? - Беллатриса рассмеялась, задирая голову, чтобы смотреть мужу в глаза, - ну так ударь меня, да посильнее. Тебя ведь бесит моя гордость, моя непокорность. Я знаю, что бесит. Давай, Руди, - Беллатриса оскалилась, обнажая клыки.

+2

14

Когда супруги начинают выяснять отношения, Рабастану становится скучно и противно.
Эти вечные разборки, взаимные обвинения, угрозы, насилие, оскорбления... Этот пример семейной жизни отвратит от брака кого-угодно, даже человека с куда более крепкими нервами, чем Рабастан.
И как вообще вышло так, что он все же собирается жениться?
Но Тэсс, была совсем другой, как и он - не чета Рудольфусу.
И их союз будет основан на разуме и уважении, а не на безмозглой страсти и саморазрушении.
- Avada Kedavra, - зеленый луч с палочки Рабстана устремляется в залитую кровью грудь жертвы Беллатрисы. Женщина, что-то хрипящая, закатывает глаза в агонии и почти беззвучно умирает. Теперь на полу в луже крови уже не человек - так, бесформенный кусок мяса.
Легкая, мать ее, смерть.
Рабастан снова отворачивается к окну, чтобы не видеть супругов, стоящих очень близко друг к другу и о чем-то тихо разговаривающих.
Рудольфус и его жена были подобны этому маггловскому электричеству - только тронь и летят искры. Стоило им оказаться неподалеку друг от друга, в округе становилось трудно дышать и повисало напряженное ожидание грозы.
Эта чертова аура, густо замешанная на сексе, страсти и безумии обоих, претила Рабастану, заставляя отвращение подкатывать к горлу, но все же где-то в глубине его сущности лестрейнджевские инстинкты пели, стоило ему оказться в водовороте этой атмосферы. Чем было его желание во что бы то ни стало жениться на Тэсс? Не попыткой ли избежать собственной - лестрейнджевской - судьбы? Отречься от безумия в собственной крови, обуздать инстинкты, природу?
В течение всей своей жизни он последовательно отказывался от всего, что формировало образ Рудольфуса - от алкоголя, сигар, неуемного разврата, насилия, жестокости.Безумия. Не смог отказаться лишь от Метки, и теперь то, что он так старательно держал в отдалении, накатывало на него, зставляя с удвоенным, утроенным усердием держаться за хрупкие соломинки здравомыслия.
Разум - вот чем он отличается от брата. Разум, самоконтроль, порядок.
От него так мало осталось после Азкабана, он помнит такие крохотные куски своей прежней жизни, прежнего себя, что теперь сдерживать себя становилось все сложнее. И тогда он обрел Тэсс, которая как живое напоминание о том, кем он был.
Его брак - это высший акт эгоизма, нужно это признать. Привязать женщину к себе навечно, хотя он и понимает, как это опасно и чем это станет для нее. Черпать из нее воспоминания о себе. Сделать ее навсегда источником собственной силы.
А если вдруг она станет источником слабости, убить. Сделать то, что никогда не смог бы сделать Рудольфус, сколько бы не орал и не угрожал Беллатрисе.
Рабастан наблюдает в оконном отражении за ссорящимися супругами. Это не его путь.

+4

15

Беллатриса вытирает окровавленные руки о его лицо и рубашку, помечая его собственной Меткой. У нее огромные зрачки и глаза страшно выделяются на белом лице. Она выглядит пьяной, безумной.
Рудольфус летит навстречу ее безумию с той же страстью, что бросался годы назад.
Он улыбается, когда она говорит о его жестокости, но молчит, позволяя ей вырваться из его хватки. Беллатриса не права, когда говорит о том, что он жесток с теми женщинами, с которыми спит. Нет, его жестокость, животная, почти убийственная, это его дар ей. То, что он сберег только для нее.
Это та часть его самого, которую он приносит в жертву ей.
С другими он безразличен, почти равнодушен, в том, что он делает, нет истинной жестокости, даже если он и причиняет боль. Это безразлично ему.
Он оживает только рядом с женой. И только для нее он выпускает себя настоящего на волю.
Белла продолжает говорить, встряхивает головой, позволяя волосам свободно упасть на плечи, поднимает голову и он видит свое отражение в ее глазах.
И в ее улыбке он видит ее ненависть, то, как она ненавидит его, и особенно ее ненависть из-за того, что его жестокость манит ее, как манит фестрала свежее мясо.
Свет меркнет в глазах Рудольфуса при звуках ее смеха.
Где-то в отдалении раздается безэмоциональный голос Рабастана. Убивающее у него всегда хорошо выходило.
Рудольфус хватает жену за плечи, чувствуя под пальцами ее кости, и приподнимает ее, заставляя вставать на цыпочки.
- Ударю, непременно ударю, - выдыхает он, а затем коротко грубо целует жену, сминая губами ее губы, используя момент ее замешательства, и резко рвет на себя ткань ее платья под ладонями, обнажая плечи.
- Ты уничтожила мою игрушку, Беллатриса. Приволокла ее в этот дом, прямо ко мне, а затем уничтожила, изуродовала. Это была моя собственность, а ты превратила ее у никуда негодный кусок мяса. Ты кое-что должна мне теперь, не так ли? - рычит он, удерживая женщину.
Лестрейндж на мгновение отпускает Беллатрису, толкая ее к стене, покрытой какими-то малфоевскими гобеленами, и сам следует за ней, не давая сбежать и схватиться за палочку.
Прижимая жену к стене, он кусает ее за шею, чтобы оставить синяк, стискивает ее хрупкие пальцы в ладонях, пробегаясь руками по обрывкам ткани и голым плечам жены, а затем хватается за края разорванного платья и снова тянет, увеличивая разрыв, разрывая корсет и обнажая грудь Беллатрисы.
- И я сам возьму с тебя то, что мне причитается, проклятая сука! - от вида белой кожи Беллатрисы у него мутнеет в глазах. Сейчас для него ничего не существует: ни Лорда, ни Рабастана где-то поблизости, ничего.
Только горячее дыхание Беллатрисы и ее гладкая обжигающая кожа под его руками.

+4

16

Беллатриса едва не задыхается, чувствуя вкус губ Рудольфуса на своих губах. Он прижимает её к себе, не даёт отпрянуть в сторону, инстинктивно отдёрнуться. Беллатриса чувствует пульсацию в висках.
Словно сквозь туман до неё доносятся слова Рудольфуса. Не до конца понимая их смысл, Беллатриса скалится, выворачивая себе руки, чтобы выскользнуть из-под его рук.
Холодный воздух гладит плечи. Вереница мурашек пробежала по спине. Беллатриса зябко поводит плечами, не до конца осознавая, что происходит. Удар затылка об стену на миг гасит её сознание, а потом отрезвляет. Тяжело дыша Беллатриса выставляет вперёд руки, словно они могут защитить её от Рудольфуса.
Беллатриса пытается закрыться, стараясь разглядеть за спиной Рудольфуса, что делает Рабастан. У мужа горячие ладони и взгляд безумца. Беллатриса бы никогда не поверила, что Лестрейндж может раздеть её на глазах другого мужчины. Особенно, на глазах собственного брата.
Похоже, эта шлюх действительно была ему дорога.
Лестрейндж делает ход конём, шагая к мужу навстречу. Неспешным и почти ласковым движением она снимает с него пиджак. А потом она изо всех сил бьёт Рудольфуса по рукам, отпрыгивая в сторону.
- Не смей называть меня сукой! - срывается на крик Беллатриса, заматываясь в мужнин пиджак. Он ей велик, поэтому в зоне декольте его приходится держать рукой, - я твоя жена, а не шлюха, вроде этой, - Беллатриса нервно кивает в сторону трупа, - поэтому научись обращаться со мной как следует. Хотя бы уважительно,а не... - последние слова Беллатрисы срываются в яростное шипение. Параллельно своим крикам женщина отходит подальше от мужа, угрожающе смотря на него.
- Ты не имеешь права ничего с меня просить! И получишь только то, что я захочу сама! - Беллатриса подобрала красновато-рыжие волосы с кресла и положила их в карман.
- И как ты вообще смеешь с меня что-то требовать?! Она тебя ждала сегодня, Лестрейндж! Сегодня, - начала новую порцию яда Беллатриса, убедившись, что между ней и Рудольфусом стоит кресло, - и что это значит?! Я переехала к тебе, а ты оказался неблагодарной сволочью. Вечно тебе мало. Думаешь, я бы притащила её сюда, если бы она про тебя забыла, Руди, - передразнила Беллатриса манеру Изабеллы выговаривать имя Лестрейнджа. Конечно, пожирательница лукавила. Проститутку она бы притащила на ковёр мужу в любом случае, просто повод для скандала подворачивался слишком уж удобный.
- Хочешь сказать, что я слишком старая и некрасивая, да, Рудольфус? Ты считаешь меня страшной? Или тебе не нравится цвет моих волос, а Руди? - Беллатриса надменно отвернулась от Рудольфуса.
- Знаешь, если ты считаешь, что можешь мне изменять, то я не против. Но тогда я тоже снимаю с себя все обязательства. И, пожалуй, я начну прямо сейчас, - Беллатриса приблизилась к Рабастану, потом замерла на долю секунды, словно размышляя, а потом резко поцеловала Лестрейнджа в губы, прижимая его к себе за затылок. Беллатриса провела кончиком языка по нижней губе Рабастана, а потом отстранилась.
Убедившись, что супруг заметил её жест протеста, она выскочила из комнаты, быстро направляясь в спальню, и уповая, что хромой муж её не догонит.

+3

17

Он думает, что это только игра воображения, подкрепленная заледеневшим стеклом.
То, что происходит за его спиной между Рудольфусом и Беллатрисой, явно не предполагает наличие зрителей, однако он - зритель - здесь.
И он не может отвести взгляда от брата и свояченицы, которые как будто танцуют некий извращенный танец, вскидывая руки и совершая резкие движения.
Волосы Беллатрисы мечутся по ее обнаженным плечам, закрывая грудь, и Рабастан следит взглядом за тем, что может видеть, когда Рудольфус отклоняется в сторону.
Он хотел бы перестать смотреть, но не может. Единственное, на что он способен, так это не поворачиваться, продолжая пялиться в искаженное отражение.
Хотя, повернись он, стало бы намного хуже. Ему пришлось бы признать, что он смотрит, а на это Рабастан не готов пойти.
Когда Беллатриса стягивает с Рудольфуса пиджак, Рабастана бросает в жар. Вот прямо сейчас он развернется, скажет что-то в меру язвительное и с достоинством пойдет вон, прочь, к чертям собачьим, лишь бы из этой комнаты, ставшей тесной для них троих...
Вот сейчас.
Сейчас.
Но он этого не делает.
И он стоит, пропуская слова ссорящихся или разговаривающих, Мерлин их разберет, родственников мимо ушей, и только когда Беллатриса приближается, может совладать с дыханием и перестать тяжело и хрипло дышать.
Запотевшее стекло перед ним постепенно вновь становится незамутненным, и он может видеть горящие глаза Беллатрисы, которая с каждым шагом все ближе.
Никогда еще Лестрейндж не ощущал себя настолько беспомощным. Он прекрасно знает, что ничего хорошего от Беллатрисы ждать не нужно, прекрасно знает, что любое ее действие для Рудольфуса сейчас как масло в огонь, но не может заставить себя броситься прочь.
У них на троих одно безумие, а на короткий миг ему кажется, что в комнате он вдвоем с Беллатрисой, когда она подходит к нему и кладет руку на плечо.
Взгляд, которым они обмениваются в отражении в оконном стекле, полон чего-то, что Рабастан не может расшифровать даже для себя.
Может быть, ненависть. Может быть, обманутые надежды. Может быть...
И когда Беллатриса едва заметно качается к нему, он уже разворачивается к ней навстречу, подается ближе, наклоняется, старательно удерживая руки при себе.
Поцелуй короткий, а взгляд Рудольфуса с другого конца комнаты как удар плетью.
Лестрейндж не делает ни одного лишнего движения, добровольно отдаваясь игрушкой в руки свояченицы, и когда она отстраняется, он готов к этому.
Теперь он смотрит только на брата, чувствуя, как горит нижняя губа от иудиного поцелуя чужой жены.
Перестук каблуков - и мадам Лестрейндж уже нет в комнате.
- Я убью ее, только скажи, - через долгое молчание выдавливает из себя Лестрейндж
Они прокляты, все.

+3

18

Беллатриса орет на него, отбиваясь как дикая кошка, и Рудольфус криво усмехается, не делая попытки вернуть пиджак.
Как бы она не возмущалась, она отвечает на его движения, пусть бессознательно, но отвечает. А еще само сознание того, что жена его ревнует, тревожит его сознание.
- Ты не имеешь права ничего с меня просить! И получишь только то, что я захочу сама!
Только Лестрейндж знает, что он может взять свое. И что ему нет нужды просить ее. Он Лестрейндж и он никогда ни о чем не просит. Он берет то, что хочет.
Он ковыляет к столику и вновь наливает себе выпить, алкоголь помогает ему собраться с мыслями, помогает сдерживаться, и он делает огромный глоток, прежде чем обернуться к жене.
- Она тебя ждала сегодня, Лестрейндж! Сегодня, и что это значит?! Я переехала к тебе, а ты оказался неблагодарной сволочью. Вечно тебе мало. Думаешь, я бы притащила её сюда, если бы она про тебя забыла, Руди!
Беллатриса, как бы она не стремилась доказать, что сильнее, что не боится его, все же старается держаться так, чтобы между нею и мужем были какие-то преграды вроде кресла. Это Рудольфус замечает краем сознания, хмыкая про себя. Он не быстрее жены, тем более сейчас, у него нет шансов догнать ее, если только не загнать в угол, но охотничий запал у него прошел. Затянувшееся на месяцы семейное счастье начинает его беспокоить своей нереальностью и он чувствует себя так, как в Азкабане, когда грезил наяву, и теперь ему даже спокойнее из-за того, что Беллатриса вновь ведет себя как знакомая ему Беллатриса.
Сволочь он или не сволочь, но ему мало тех крох, что готова отдать ему с боем жена, и ее упреки его смешат. Ей и самой мало, он знает это как никто другой, просто она, дура, еще не поняла, что никто, кроме него, не сможет даже отдаленно приблизиться к тому, чтобы утолить ее жажду.
- Хочешь сказать, что я слишком старая и некрасивая, да, Рудольфус? Ты считаешь меня страшной? Или тебе не нравится цвет моих волос, а Руди?
В голосе Беллатрисы звучит едва ли не самая настоящая обида, и Лестрейндж хохочет, как будто услышал самую смешную шутку в своей жизни.
- Посмотри на себя в зеркало, Белла! Ты уродливая, старая ведьма! Посмотри и осознай, что тебя больше никто не захочет, - грохочет он.
Да, она постарела, годы и Азкабан изуродовали ее, но Рудольфус врет, врет отчаянно, когда говорит, что Беллатрису больше никто не хочет. Он и сам хочет ее до темноты в глазах, но сказать об этом он не сможет.
И за своими мыслями он пропускает ее последнее заявление, зато ее действия обращают на себя его внимание.
Призраки Азкабана оживают в его мыслях, заполняя голову уродливыми тенями, ядовитыми испарениями ревности к собственному брату. Мрачные подозрения поднимают голову.
Он с грохотом ставит стакан обратно на стол, наблюдая исподлобья за выбегающей из комнаты женой, а затем переводит взгляд на брата.
Рабастан выглядит жалко и в Рудольфусе на мгновение просыпается сочувствие к Младшему, который не имеет достаточного опыта, чтобы сражаться с Беллатрисой на равных в ее играх. Но только на мгновение. Он только помнит, как брат потянулся к Белле, будто прикованный к ней невидимыми цепями.
Его собственный брат.
- Я убью ее, только скажи, - хрипло и сдавленно говорит Рабастан, будто это может служить ему оправданием.
Рудольфус долго смотрит на Рабастана, который вдруг кажется ему моложе и беззащитнее.
- Держись подальше от моей жены, - почти шепотом говорит Лестрейндж, кидая на брата бешеный взгляд. Если он узнает, если он только узнает... Он убьет и брата, и Беллатрису.
В комнате слишком сильно пахнет кровью. Этот запах забивает ноздри, оседает на губах тонкой пленкой. Рудольфус обводит останки шлюхи полубезумным взглядом и выходит прочь, неуклюже подволакивая ногу.

КОНЕЦ

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2014-01-02 17:27:40)

+2


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Архив эпизодов » Трое в комнате, не считая шлюхи.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC