Вверх страницы
Вниз страницы

Harry Potter and the Half-Blood Prince

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Малфой-мэнор » Гостевая спальня номер три


Гостевая спальня номер три

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

http://www.free-lancers.net/posted_files/N47235B57107D.jpg

0

2

Центральная гостиная Малфой Мэнора

- Похоже, что нам до состояния боевой готовности против Авроров еще далеко. - Амикуса скорее забавляет происходящее.
Рабастан оглядывается вокруг, впервые обращая внимание на убранство комнаты, в которую поместили Крауча. Все такое персиковое, что у Лестрейнджа немедленно начинается цветобоязнь. Немудрено, что Барти так плох. Если бы самого Рабастана окружали эти нежно-розовые и светло-оранжевые цвета, он бы точно рехнулся.
Пока миссис Малфой увещевала умирающего - конечно, кому захочется иметь в доме мертвого Пожирателя Смерти, да еще практически вернувшегося с того света - Лестрейнджу оставалось только подивиться самообладанию Нарциссы. Как и ее старшая сестра, миссис Малфой вела себя так, как будто весь мир подчинялся движению ее пальца.
Специфическое качество для женщины, сомнительное - для жены Люциуса, но весьма эффектное в исполнении чистокровной волшебницы.
- Давай свалим его на кровать, - криво ухмыляется Рабастан Кэрроу и ведет их маленькую, но живописную группу к вышеозначенному. К счастью, Крауч перестал сопротивляться, едва к нему приблизилась Нарцисса, и тем самым избавил себя от удара по голове.
Когда малыш Барти оказывается водружен на агрессивно-персиковое покрывало, затканное жесткими золотыми узорами, Лестрейндж даже хочет похлопать его одобрительно по голове, но одумывается.
- Нам - не далеко, а вот Краучу действительно далековато, - отвечает он Амикусу, не задумываясь над тем, какой эффект буду иметь его слова для Крауча. - И то, если выживет. Приступай, Нарцисса. Если тебе нужна информация о том, под какими он зельями был во время ритуала и после, то Бёрк оставил мне довольно подробные пояснения, могу показать.
Домовик прячется за хозяйкой с таким видом, как будто мужчины его немедленно накажут, и Лестрейндж, который не любит напоминаний о своей природе, начинает раздражаться.
- Магия для него сейчас смертельна, даже самый обычный Эннервейт, но вот обыкновенный Укрепляющий раствор не должен быть вреден, как ты считаешь? А то он выглядит так, как будто вот-вот снова превратится в овощ.

+6

3

Центральная гостиная Малфой Мэнора

Пожиратели не проявляют к Барти особого сочувствия и забота их не больше, чем выполнения приказа Темного Лорда. Они укладывают мужчину на кровать, параллельно смеясь и выдавая какие-то шуточки, на все это, белокурая женщина старается не обращать внимания. А лишь внимательно осматривает Барти, сейчас важно не пропустить ничего, так как, в таком состоянии, даже лишние капли успокаивающего зелья могут стать проводником в мир иной, туда, откуда даже счастливчику - Краучу уже не вернуться.
- И то, если выживет. Приступай, Нарцисса. Если тебе нужна информация о том, под какими он зельями был во время ритуала и после, то Бёрк оставил мне довольно подробные пояснения, могу показать.
-  Выживет? Меня оскорбляет Ваше сомнение. Поверьте, Рабастан, я сделаю все возможное, чтобы Барти жил. - слегка надменно говорит женщина, не раскрывая при  этом истинных мотивов. Лестрейндж не самый подходящий человек для задушевных бесед. Да и место со временем тоже не самое лучшее.
- Да, и информация лишней, однозначно, не будет. - миссис Малфой присаживается на край кровати и подзывает к себе эльфа, который вмиг отказывается перед дражайшей хозяйкой, протягивая маленький сундучок с различными зельями и настоями.
- Успокаивающее, в малом количестве оно окажет положительное воздействие. - эльф дрожащей ручонкой протягивает маленький пузырек с зельем.
- Барти, сделай два глотка, не больше, только два. - тихий и обволакивающий голос, и вот, она подносит к губам приспешника Темного Лорда маленький флакончик. - Хорошо, должно стать немного легче. Это поддержит тебя в тонусе и не даст потерять сознание. - для миссис Малфой, было сейчас очень важно, чтобы Крауч - младший не терял сознания, ибо тогда, она не сможет так точно определять его состояние и то, в какую сторону оно меняется. Так же, не менее важно, чтобы Барти при возможности слышал ее и отвечал на ее вопросы.
- Да, Рабастан, ты абсолютно прав. - поворачиваюсь к брату Рудольфуса,  сказала женщина. - Я ему дала сделать несколько глотков этого зелья. Стоит заметить, что Барти выглядит еще совсем неплохо, учитывая, какому испытанию подвергалось его здоровья. - задумчиво говорит женщина, перебирая стеклянные сосуды, наполненные различными зельями. - Барти? - женщина отдала сундучок обратно домовику, оставив в руках колбочку с зельем. - Животворящее, прием аналогичен  Успокаивающему - два глотка. Не больше и не меньше.

Отредактировано Narcissa Malfoy (2014-01-21 22:19:58)

+6

4

Центральная гостиная Малфой Мэнора

- Давай свалим его на кровать.
Предложение Рабастана представляло собой насмешку, а не побуждение к действию, так что Амикус, хитро прищурив глаза, готовился придать телу Крауча ускорение, достаточное для того, чтобы тот в фееричном сальто перелетел через кровать. На самом деле злыдень был готов распрощаться с ношей еще по пути, скажем, где-нибудь на лестнице, но Нарцисса как будто читала его мысли. Она шла вплотную за ними до самой спальни, и даже в комнате миссис Малфой не позволила Кэрроу чисто случайно промахнуться мимо шикарного двухместного ложа, сев на краешек рядом с Барти.

Сказать, что Амикус был озадачен – ничего не сказать. Пожиратель Смерти, вызволенный из рук лап? самой смерти – это что-то из ряда вон выходящее. Нет, Кэрроу никогда не страдал научным интересом, он просто не понимал, чем может быть так полезен недоваренный в парах Преисподней Крауч-младший.

- Нам - не далеко, а вот Краучу действительно далековато.
- Действительно, - медленно выговорил блондин, задумавшись о чем-то своем.

Пока Рабастан и Нарцисса были увлечены разговором о медикаментах, в голове у Амикуса созрел план. Улыбкой, появившейся в тот момент на его лице, можно было освещать самую темную подворотню Хогсмида, окутанную туманом или даже метелью – настолько сильно Кэрроу нравилась придуманная им забава.

- Alohomora!– спокойно произносит шутник, указывая на сундучок, отданный домовику. - Wingardium Leviosa! – и тут маленькие разноцветные пузырьки с зельями, согласно взмаху руки Амикуса, начинают довольно быстро перемещаться в воздухе, почти сливаясь в пестрящий всеми цветам радуги круг. – Говорят, смех – лучшее лекарство. Смотрите, какое веселье!

Откровенно говоря, жонглер был из Кэрроу никудышный, поэтому спустя несколько секунд колбочки перестали образовывать идеально ровную фигуру - маг теперь заставлял их летать змейкой над Барти.
_____________
Alohomora -  Заклятие для открытия дверей (дверец, крышек), закрытых обычным способом.
Wingardium Leviosa - Заклятие Левитации, заставляющее предмет взлететь.

Отредактировано Amycus Carrow (2014-01-22 10:09:13)

+3

5

Центральная гостиная Малфой-Мэнора.

Вокруг Барти образовалась небывалое столпотворение. При всем при этом, обращались с ним довольно грубо. Барти мешком кидают на кровать и отступают. Но он и не думает сопротивляться. Если Барти планирует отомстить за подобное обращение, силы придется поберечь.
Пока Барти изображает рыбку, Рабастан язвит, а Амикус поясничает.
И как только Леди Мэнора их терпит…
Лечить Барти магией никто не собирался, но это и не особо беспокоит. Леди на то и Леди. Она знает, что делает. Пока Леди ищет нужное зелье, Амикус запускает пузырьки полетать.
- Говорят, смех – лучшее лекарство. Смотрите, какое веселье!
В детстве не наигрался что ли…, - фыркает Барти.
Домовик бегает следом за пузырьками с огромными глазами. Он знает, что если разобьется хоть один, ему достанется в первую очередь.
- Барти, сделай два глотка… Только два… – шепчет Леди и Барти действительно становится легче. Сознание перестает вытворять кульбиты. Надеясь, что его услышит только Леди Мэнора, Барти тихо шепчет:
- Благодарю Вас, Леди. Барти этого никогда не забудет.

Отредактировано Bartemius Crouch Jr. (2014-01-22 16:24:33)

+2

6

Пока Нарцисса заботливо отпаивает Крауча лекарствами, а Рабастан посылает вызванного домовика в свою комнату за списком зелий, оставленных Бёрком, народный умелец Кэрроу находит для себя развлечение. И молодец же - находит сам, без лишней помощи.
Лестрейндж оборачивается на негромкий всхлип домашнего эльфа, пришедшего с Нарциссой. Уродец ужасно обеспокоен остроумной проделкой Амикуса и заламывает лапы от страха за одну из причудливо подлетающих и меняющих направление склянок.
- Решил вспомнить годы молодые? - с иронией интересуется Рабастан, разглядывая, как отражается каминное пламя в разноцветных жидкостях в прозрачных флаконах.
Пожалуй, зря он привлек весьма неадекватного Кэрроу к такому деликатному делу - с него станется и в Барти запустить каким-нибудь заклинанием, несмотря на предупреждение.
С другой стороны, Кэрроу Рабастан симпатизирует, а Крауча еще пятнадцать лет назад недолюбливал.
- Смотри не поиграй с Барти, - напоминает он Кэрроу, несмотря на собственные сомнения - дело есть дело, и раз уж они взялись спасать Крауча, то нужно спасать Крауча. Но из комнаты Амикуса не выставляет, вот еще.
Появившийся домовик с почтением передает ему длинный пергамент, усеянный непонятными закорючками, которые Бёрк выдает за почерк. Разумеется, у зануды Лестрейнджа-младшего все предусмотрено - напротив каждого скопления закорючек, долженствующего обозначать некое зелье, аккуратным почерком Рабастана имеется расшифровка.
- Кровевосстанавливающее, настойка растопырника, мандрагорный настой, зелье сна без снов... стандарт. А, вот необычное - слезы Ниссы. Там в составе чешуя гриндилоу и драконий пепел, который много с чем несовместим. Полагаю. для серьезных попыток лечения у тебя просто связаны руки, - Лестрейндж готов смириться с этой трагедией и с некоторым удовлетворением обращается к Нарциссе.
Между тем он замечает, как неупокоившийся что-то шепчет.
- Так наш покойничек может говорить? Ну, если Бартемиус способен разговаривать, мы напрасно беспокоимся - с ним все в полном порядке, - глумливо кивает Кэрроу Лестрейндж.
Старые обиды, которые, казалось бы, давно в прошлом и позабыты, нарывают сквозь пелену времени.
Она его любила, ни к чему всплывает мысль, которую Лестрейндж тут же с недоумением отбрасывает.

Отредактировано Rabastan Lestrange (2014-01-22 17:04:22)

+5

7

Происходящее мало волнует женщину, главная ее цель: Крауч. Она должна сделать все, чтобы этот молодой мужчина дождался помощи. Миссис Малфой не просит помощи, она даже сейчас придерживается одного из главных девизов:" хочешь сделать что-то хорошо - сделай сам". Ей не нужны помощники,  которые могут только усугубить состояние Крауча, жизнь которого и так висит на волоске, и состояние которого так трудно поддерживать.
– Говорят, смех – лучшее лекарство. Смотрите, какое веселье! - после этих слов, белокурая женщина отводит взгляд от Барти и переводит на Кэрроу. В этот взгляд она пытается вложить все возможное презрение, на которое она только способна.
- Мистер Кэрроу, - сквозь зубы молвит Нарцисса, - позабавились - и хватит, верните зелья на место. - в поле зрения хозяйки мэнора попадают пару склянок, которые вот-вот могут упасть на каменный пол и разбиться. - Наша главная задача, Амикус, спасти Крауча, а не добить окончательно. Ибо, зачем Вы себя так утруждали, неся его тело на себе? - Нарцисса не собирается вести здесь беседы с Амикусом, не дожидаясь ответа на вопрос, она обращается к Рабастану:
- Мистер Лестрейндж, позвольте мне самой взглянуть? - женщина берет в свои руки список и внимательно вчитывается в каждое слово, а если и нужно, то и по нескольку раз перечитывает одну строчку, дабы полностью быть уверенной в своих последующих действиях. Вполне возможно, что Барти даже становится лучше, закрепить бы это состояние.
Продолжая внимательно изучать пергамент и неровным почерком, женщина слышит реплику мистера Лестрейнджа - младшего, которую просто не может пропустить.
- Рабастан, что же вы весь вечер хороните Крауча? - при этом, супруга Люциуса замечает, что Барти вряд ли пропустит мимо ушей то, что братец Рудольфуса назвал его полным именем. Кажется, это худшее оскорбление для Крауча. - Вы будто бы заранее уверены, что Барти покинет нас навсегда. Позвольте поинтересоваться, это Ваши догадки и домыслы или Вы, мистер Лестрейндж, видите будущее? Если насчет второго я права, то я Вам завидую, право. В такие времена, не помешало бы знать, что ждет тебя завтра. - на губах женщины играет легкая ухмылка. Даже с учетом того, что мадам Малфой предается беседе, она не забывает контролировать состояние Крауча.
- Барти? - Нарцисса вновь поворачивается к своему пациенту,- как Ваше состояние? - не дожидаясь ответа, взмахом волшебной палочки они притягивает очередную колбочку. - это можно выпить полностью.  - Нарцисса протягивает стеклянный сосуд, наполненный серебристой жидкостью Барти.

+6

8

- Решил вспомнить годы молодые? – игривая нотка прослеживалась в голосе Рабастана, но Кэрроу все равно неоднозначно воспринял такое изречение. Он аж хлюпнул от негодования и хотел возразить, что ему всего 42, а не 142 года, но, осознав, что ему действительно 42, осекся и на мгновение опустил голову. Несмотря на возраст, веселиться он считал необходимым и даже благородным занятием. Не сидеть же ему у камина в кресле-качалке, вышивая крестиком свои инициалы на шелковых мантиях!

- Мистер Кэрроу, позабавились - и хватит, верните зелья на место, - с явным неудовольствием молвила Нарцисса, поглядев на Амикуса с презрением в глазах. Вот уж чем-чем, а данной эмоцией борца за хаос и несправедливость удивить было очень трудно, тем более в исполнении жены Люциуса, для которой выразить презрение равносильно по повторяемости такому обыденному событию, как, например, рассвет. Мистер ехидна улыбнулся в ответ миссис Малфой и легким движением кисти руки отправил стекляшки с жидкостями обратно в сундучок, таки задев одной из них Барти по носу. Как только все колбочки оказались на положенных им местах, Кэрроу показалось, что домовой эльф издал стон, сочетавший в себе радость, облегчение и злобу одновременно.

- Ну-ну, - пробормотал блондин, обращаясь скорее к воздуху, чем к кому-то в комнате.

- Наша главная задача, Амикус, спасти Крауча, а не добить окончательно. Ибо, зачем Вы себя так утруждали, неся его тело на себе? – высокопарно излагает свои мысли хозяйка поместья.

- Кстати об этом, миссис Малфой - сказал Кэрроу, думая о земных заботах, - здесь есть чем подкрепиться?

Он пропустил мимо ушей разговоры о лекарствах, слушая лишь интонации собеседников. Он все равно не был силен в медицине и был обучен причинять боль и страдания, а не лечить и выхаживать раненых мучеников.

- Так наш покойничек может говорить? Ну, если Бартемиус способен разговаривать, мы напрасно беспокоимся - с ним все в полном порядке.
- Он живой! Живой! – расхохотался Амикус, поддакивая Рабастану. – Ответь мне, Барти, каково это – жизнь после смерти? Выглядишь, надо сказать, так, будто у тебя все еще смерть после смерти.

Отредактировано Amycus Carrow (2014-01-22 22:20:19)

+4

9

Барти сидит на кровати и почти ошалело пялится на Амикуса. И как только ему не надоест паясничать. В его возрасте уже бабу замуж брать надо, а не с баночками играться. Хотя кому он такой безбашенный нужен. Сестрице разве что. Да и та вроде как с ним не разговаривает.
Отчаянные попытки Леди Малфой приструнить наглеца приводят к обратному. Барти очень хочется отвесить Кэрроу пинка за непочтительное отношение к даме. Но пинок не волк, в лес не убежит. Пинок отвесить он всегда успеет.
Барти пытается устроиться поудобнее, но сил едва хватает на то, чтобы подвинуться на дюйм. Эликсиры Леди Малфой хоть и творят чудеса, но в случае с Барти все не так просто. Полуобморочное состояние его конечно отпускает, но как-то неохотно.
- Так наш покойничек может говорить? Ну, если Бартемиус способен разговаривать, мы напрасно беспокоимся - с ним все в полном порядке, - глумлится Лестрейндж.
- Он живой! Живой! Ответь мне, Барти, каково это – жизнь после смерти? Выглядишь, надо сказать, так, будто у тебя все еще смерть после смерти, - поддакивает Кэрроу.
- Барти? как Ваше состояние? - Леди Мэнора вновь поворачивается к Барти и Барти старается сфокусировать на ней взгляд. Не дожидаясь ответа, взмахом волшебной палочки она притягивает очередную колбочку. - Это можно выпить полностью.
Барти осушает колбу залпом.
- Если ты ещё скажешь ещё слово, Амикус, я одолжу у Лестрейнжда палочку и шибану тебя Авадой. И даже в таком состоянии, я не промахнусь. А Лестрейндж потом оценит, чей труп выглядит лучше. Твой или мой.

Отредактировано Bartemius Crouch Jr. (2014-01-22 23:10:35)

+4

10

Лестрейндж покорно отдает Нарциссе пергамент, не собираясь перечить ей в такой ерунде, и внимательно наблюдает, как она разбирается в написанном.
Между тем, миссис Малфой еще и берет под свою опеку пациента с такой страстью, что Рабастану становится даже любопытно, чем же таким Крауч привлекает сестре Блэк. Была бы у них Андромеда, можно было бы и вовсе поставить настоящий эксперимент...
- Рабастан, что же вы весь вечер хороните Крауча? Вы будто бы заранее уверены, что Барти покинет нас навсегда. Позвольте поинтересоваться, это Ваши догадки и домыслы или Вы, мистер Лестрейндж, видите будущее? Если насчет второго я права, то я Вам завидую, право. В такие времена, не помешало бы знать, что ждет тебя завтра.
Лестрейнж хмыкает, осмысляя услышанное. Нарцисса Блэк имеет острый язычок, и миссис Малфой с легкостью вспоминает прежние навыки.
- Дело не в том, что я хороню Барти, Нарцисса, - медленно отвечает Лестрейндж, краем глаза наблюдая за забавляющимся Кэрроу - всегда надо наблюдать за забавляющимися Кэрроу, обратное чревато неприятностями. - Дело в том, что я его однажды уже похоронил, и это все еще имеет для меня значение. Что же до прорицаний...
Его прерывает насмешник Амикус.
- Ну почему бы нам всем не позабавиться, - могильным тоном предлагает Лестрейндж женщине. Впрочем, Рабастан, который мог посоперничать в веселье лишь с надгробным памятником и был таким же смешливым, уступает настоящим шутникам - Кэрроу, не прекращающему веселиться, и Барти, не оставивший страх за последней дверью, не то почуявший заботу Нарциссы.
- Я с удовольствием одолжу тебе палочку, Барти, но только на твой труп я приглашу полюбоваться брата. В прошлый раз Рудольфусу это подняло настроение на несколько дней, а в последнее время нам так не хватает приятных событий, - тщательно выстраивает многозначность своего ответа Лестрейндж. - Возможно, даже Беллатриса вспомнит приятные азкабанские денечки. Она что-то приуныла,  насмотревшись на твою рожу. 

+4

11

Цирк продолжается. Клоун, которого играет Амикус, продолжает кривляться и "веселить публику". Только, увы, никто, кажется, не готов по достоинству оценить балагура и громко аплодируя, кричать "браво! На бис!"
Теперь, его Сиятельству Кэрроу захотелось отужинать. И видимо, мужчина думал, что хозяйка мэнора оставит Крауча и пойдет радовать Пожирателя домашней, и свежей стряпней в собственном исполнении.
- Мистер Кэрроу. А Вы видите здесь накрытые столы? Или Вы думаете, я в дамской сумочке ношу с собой запасы провизии? - Нарцисса с трудом подавляла в себе желание выставить этого нахального Пожирателя за дверь. - Обратитесь к домовику, я думаю, Амикус, он Вам поможет. Сожалею, что не могу сама оказать Вам честь и приготовить, ибо, занята такими пустяками. Всего-то, помогаю Барти. - театрально вздохнула белокурая женщина.
Бестактность и наглость Кэрроу переходит все видимые и невидимые границы. Кажется, он может посоревноваться в невоспитанности, разве что, только со своей сестрой. Хотя, теперь она мне кажется сущим ангелом. Все познается в сравнении.
Нарцисса пропускает мимо ушей, "дружеский" диалог между Пожирателями, так же, женщина делает выводы, что возможно, у Лестрейнджей есть личные счеты с молодым Пожирателем Краучем. Могу предположить, что здесь не обошлось и без участия моей дражайшей сестрицы Беллатрикс. Что на этот раз ее связывает с Барти? И не поэтому ли был так зол Рудольфус? Хотя, кажется, у моей сестрицы всегда отменно получалось доводить своего муженька до белого каления.
Миссис Малфой бросает уже всем знакомый оценивающий состояние Барти взгляд, и понимает, что все что она могла- она сделала, дальше все зависит от того, насколько быстро подоспеет квалифицированная помощь, ну и несомненно, от самого пациента и от его организма. В свою очередь, хозяйку Малфой - мэнора одолевает желание прощаться с "милыми и дорогими" гостями и покинуть эту комнату, но в тоже время, ее останавливает непостоянность и чрезмерная активность в комплексе с хорошим настроением Амикуса, ведь, никто не знает, что может взбрести в голову этому Пожирателю, не хотелось бы самой Нарциссе, чтобы ее труды по спасению с того света Крауча прошли даром, да и страх  кары Темного Лорда тоже никто не отменял. Мало ли, вдруг в смерти Барти обвинят ее? А жене Люциуса это совсем не нужно, поэтому, она все-таки решает переступить через себя и продолжить "наслаждаться" обществом гостей, делая при этом вид, что все происходящее здесь ее мало волнует и она даже сейчас остается хозяйкой мэнора.

+5

12

- Если ты ещё скажешь ещё слово, Амикус, я одолжу у Лестрейнжда палочку и шибану тебя Авадой. И даже в таком состоянии, я не промахнусь. А Лестрейндж потом оценит, чей труп выглядит лучше. Твой или мой.
- Смертным слова не давали! – взревел Кэрроу, театрально выпучив глаза. - Нет палочки – стони себе в подушку, тихо-мирно! – огрызнулся он на Крауча, постепенно понижая голос. – Ах, и не надейся, Барти, я всегда хорош, и даже при смерти я буду выглядеть лучше, чем ты.

- Ну почему бы нам всем не позабавиться, - изрек Рабастан таким тоном, будто имел в виду нечто вроде «А не сыграть ли нам партию в шахматы. Фигурами. По правилам?» Амикус явно видел, что Лестрейндж-младший был не в своей тарелке из-за чудесного возвращения мертвеца, поэтому не смел шутить над Рабастаном, но и поддержать, не зная причины душевных переживаний товарища, тоже никак не мог.

Надо узнать, чем недоволен Рабастан. Но как? - недолго хмурился Кэрроу.

- Друг мой, Нарцисса, к сожалению, права – веселью тут не место. У нас в комнате оживший труп: что может быть хуже? – изо всех сил стараясь не смеяться, медленно и трагически выдавил из себя Амикус.

Мастер неуместного поведения демонстративно опустился на стул, стоявший рядом с камином.
- Fumos, - негромко сказал Кэрроу, направив палочку вверх прямо над своей головой. Довольно быстро над ним нависла небольшая тучка. – У меня начинается депрессия, - решил объяснить свои действия псевдострадалец.

- Обратитесь к домовику, я думаю, Амикус, он Вам поможет, - съязвила миссис Малфой.
У забияки отвисла челюсть, ведь для него это значило то, что Нарцисса (сильнейшая и волевая колдунья!) официально позволила ему распоряжаться в ее доме. Кэрроу оказался в настолько сильном смятении, что поспешил хоть как-то приободрить хозяйку поместья:

- Домовой, будьте, пожалуйста, так любезны, принесите нам с Рабастаном виски и бутербродов.

___________
Fumos - направленная струя дыма.

Отредактировано Amycus Carrow (2014-01-23 22:47:56)

+5

13

Выпитые зелья Леди Малфой явно толкает на безумные поступки. То ли Барти в конец обезумел, то ли у Амикуса действительно тупые шутки. Хотя, кажется, этим все Пожиратели грешат. Хотя нет. Шутки у Амикуса и вправду хуже некуда. И чем больше шутит Амикус, тем противнее становятся шутки.
От принятого зелья нещадно болит голова. Говорить не хочется. И Барти уже начинает сожалеть, что потратил последние силы на Амикуса. Палочки у него все равно нет, да и в таком состоянии Барти даже домовика не прикончит. Не то что взрослого, сытого волшебника при двух волшебных палочках в кармане. Чистой волы безумие.
Приятно, что хоть Леди Мэнора не разделяет всеобщего веселья. Казалось бы, она единственная, кто сохраняет серьёзность в этой комичной ситуации.
- Пожалуй, я пойду посплю... - устало говорит Барти, обращаясь то ли к себе, то ли к Рабастану с Амикусом. - А вы можете поубивать друг друга. Потом свалите убийство на домовика. И дело с концом.
Барти с ногами забирается на кровать и падает на подушки. Потом сердито выкидывает половину и устраивается поудобнее. Сил совсем не осталось. Голова продолжает трещать. Но Леди Мэнора он об этом не скажет. У неё итак хватает забот.

+4

14

откуда-то

Бесцельные блуждания по Малфой-мэнору оказали на Рудольфуса прежнее благотворное воздействие: он пришел в состояние привычной ярости и теперь искал, на ком бы выместить злость. В отсутствии злонравной супруги самой удачной кандидатурой был Крауч, которого спрятали где-то в лабиринтах миллиона гостевых спален.
Так или иначе, побродив по этажам, Рудольфус все же методом перебора выяснил, где находится искомый субъект.
Распахнув дверь нужной спальни, Лестрейндж от входа разглядел закапывающегося в подушки полумертвого Бартемиуса, к которому на помощь с такой прытью пришла собственная рудольфосова жена.
Соблазн прикончить мальчишку, даром что он был олицетворением важнейшего в жизни Рудольфуса эксперимента, оказался слишком силен.
Оттолкнув с пути материализовавшегося с большим серебряным подносом домового эльфа, Лестрейндж проковылял к кровати, на ходу вытаскивая палочку, и остановился, опершись свободной рукой о плечо так кстати оказавшейся на краю кровати Нарциссы.
- Барти, - зовет он тоном, не предвещающим ничего хорошего. В комнате пахнет лекарствами, разбросанные подушки сиротливо валяются вокруг ложа, на котором выделяется тощий силуэт обидчика.
- Нарцисса, я хочу избавить вас от забот, - обращается Рудольфус к жене Малфоя, вцепляясь в ее плечо посильнее с намеком, чтобы она не думала решиться на какие-то активные действия, пока у Лестрейнджа палочку наизготовку. - Зачем вам возиться с этим куском инферна? Подите напишите сыну или проверьте, чем занимается ваш муж, а я послежу за Барти до возвращения моей супруги. А джентльмены мне помогут.

+7

15

От кривляний Кэрроу у Лестрейнджа начинает дергаться глаз. Как, скажите на милость, внушать ужас, сидя под тучкой? У Рабастана такое не вышло бы никогда в жизни, тренируйся он хоть годами,  у Кэрроу - с легкостью. Правда, внушаемый им ужас сейчас касается ожидания очередной шутки, но ужас есть ужас, и Лестрейндж даже немного завидует.
- Этот оживший труп не самая плохая компания, - парирует Рабастан. - К примеру, я не променял бы его на твою сестру. Разве что на ее труп.
Черт знает, вскинется ли Амикус за честь драгоценной Алекто, но опыт говорил Рабастану, что не должен.
От великодушного предложения одолжить палочку Крауч отказывается и, кажется, пытается спрятаться в кровати. Ну что же, очень вовремя, потому что Нарцисса все же начинает отвлекаться на говорливого Кэрроу и даже позволяет ему покомандовать в доме.
И вот когда Лестрейндж готов продолжить свои щедрые предложения и даже собирается выставить свою кандидатуру в магические секунданты на дуэли брат и Крауча, этот самый брат объявляется в спальне в своем типичном расположении духа - злой и сумасшедший.
Что забавно, Рабастан минуту назад сам готов был бежать искать Рудольфуса по дому и затем наблюдать, как старший Лестрейндж расправляется с раздражающим его фактором в лице Барти, а теперь уже категорически против того, чтобы брат осуществлял свои идиотские планы. Впрочем, ничего удивительного в этом нет - когда Рудольфус говорит "да", Рабастана будто что-то в спину подталкивает сказать "нет",  если Рудольфус говорит "нет"... Словом, механизм нехитрый.
И теперь Лестрейндж не может не влезть поперек своему старшему брату.
- Рудо, - он подходит к брату так близко, что может при желании наступить ему на больную ногу, и со светлой грустью косится на домовика, собирающего с пола бутерброды. - Отпусти-ка миссис Малфой. Она здесь останется до прихода колдомедика. На случай, если Барти станет хуже.
Отчего-то одного взгляда на Рудольфуса достаточно, чтобы понять, что у Барти весьма велики шансы почувствовать себя намного хуже.
Палочку Рабастан не достает, памятуя относительно недавний инцидент в библиотеке. Доводить до подобного, когда вернулся Лорд и брат и так себя едва контролирует, чревато неприятностями, поэтому он лишь рассчитывает, что сможет втянуть Рудольфуса в привычные и успокаивающие братские переругивания. К тому же без Тэсс за спиной он чувствует себя чуть менее спокойно.

Отредактировано Rabastan Lestrange (2014-01-27 13:35:37)

+6

16

Горите, хуже не будет? Хуже может быть всегда.
Кажется, Нарцисса уже смирилась с балагуром Кэрроу, который, видимо, просто не способен сохранять серьезность, даже сейчас, когда в комнате находятся самые серьезные и неспособные на веселье миссис Малфой и мистер Лестрейндж. Ведь, не изобрели еще такого заклинания и не родился еще тот маг, который будет в состоянии заставить их смеяться, ибо на лицах этих магов всегда присутствует серьезность, сменяющаяся различными эмоциями, диапазон которых не так уж и разнообразен. Но это разнообразие, вряд ли сможет разбавить радость в глазах и широкая улыбка на устах. Но судя по всему, Амикусу и не нужны зрители, он считает себя единственным зрителем и конечно, актером, исполняющим главную роль.
– У меня начинается депрессия, - Нарцисса переводит взгляд с Барти на брата Алекто. Который, видимо, решил сменить амплуа. Право, Амикус, из Вас бы получился замечательный актер, Вы бы собрали дюжину аплодисментов. Но только не сейчас и не здесь, не самое удачное место для репетиций и представлений. Вы утомили меня. На этом, всякое внимание к Амикусу угасает, молодому Пожирателю и правда удалось утомить женщину, он вел себя как ребенок, который требует к себе повышенного внимания.
Пару секунд, и в комнате появляется еще один верный слуга  Темного Лорда. Рудольфус Лестрейндж, супруг старшей сестры Нарциссы Малфой. Находится в одной комнате с благоверным Беллатрикс- для Нарси это  было настоящим наказанием. Была бы у нее такая возможность, она вообще не видела бы Рудольфуса никогда, слишком он был тяжелым человеком, человеком, с которым даже разговаривать трудно.
Редко  (если и вообще можно) увидеть мистера Лестрейнджа в хорошем расположении духа, сегодня, явно был не этот день. Нарцисса не ошиблась, когда решила, что что-то происходит между Краучем и Лестрейнджами. Не решил ли Рудольфус поквитаться за все с Барти, вполне неплохая возможность, ибо Крауч даже защитить себя не сможет, настолько он слаб. Видимо, все настолько серьезно, что муженек сестрицы даже не желает ждать, когда Крауч станет полноценным ему противником, и выйдет к нему, как к равному. А то сейчас, сил Барти хватит только на то, чтобы самостоятельно встать с кровати, не более.
- Нарцисса, я хочу избавить вас от забот, - на плечо миссис Малфой ложиться рука мистера Лестрейнджа-старшего и неприятно сжимает. Возможно, на бледной коже женщины останутся красные следы, от крепкой хватки Пожирателя.- Зачем вам возиться с этим куском инферна? Подите напишите сыну или проверьте, чем занимается ваш муж, а я послежу за Барти до возвращения моей супруги. А джентльмены мне помогут.
- Инферна? Мистер Лестрейндж, Барти жив. Пусть и находится далеко не в лучшей форме. - подобные слова, она меньше получаса назад повторяла Амикусу и Рабастану, которые, судя по всему, так же как и Рудольфус не верят в чудесное исцеление Крауча или наоборот, хотят скорее похоронить его. А Нарцисса, только мешала это сделать.
Странное блэковское упрямство удерживало ее на этой кровати под грузом руки Лестрейнджа, что-то не давало ей просто взять и уйти. Видимо, она намного больше унаследовала от своей семьи, чем может показаться на первый взгляд. Внешнее спокойствие и уверенность в себе лишь исполняли роль чехла, закрывающего все то, что бурлило внутри нее.
- Но я для этого здесь и нахожусь, чтобы помочь ему, и кажется, я достигла определенного успеха, Рудольфус. Состояние Крауча и не так ужасно, как может показаться на первый взгляд. Определенно, мы можем верить в то, что он выживет. - колкая, ели уловимая шпилька в адрес старшего брата Рабастана, вряд ли, он будет верить и надеяться, чтобы Крауч выжил, скорее, приложит все силы, чтобы он как можно быстрее отправился в мир иной.
- Отпусти-ка миссис Малфой. Она здесь останется до прихода колдомедика. На случай, если Барти станет хуже. - любой, кто в эту секунду посмотрел на белокурую женщину, мог поклясться, что увидел на ее устах усмешку, которая, разумеется, быстро скрылась за непроницаемой маской.
- Мистер Лестрейндж, - Нарцисса обращалась сейчас к старшему брату,- кажется, Ваш брат придерживается того же мнения, что и я. Мне следует остаться и продолжить наблюдать за состоянием Крауча. Оно, знаете ли, сейчас крайне непостоянно.

+5

17

Нарцисса все кидала недобрые взгляды на развеселившегося Пожирателя Смерти. Он фыркнул, такое проявление неприязни к нему не вызывало какого-либо дискомфорта, поэтому он сохранял игривый настрой и продолжал веселиться.

- К примеру, я не променял бы его на твою сестру. Разве что на ее труп. - вполне дружелюбно съехидничал Рабастан.
Кэрроу картинно закатил глаза и прикусил губу. В тот момент ему не хотелось говорить о неприятном, тем более, о сестре, ведь эта наглая девчонка мало того, что его не слушалась, так еще и умудрялась запускать в него заклинаниями. Он отбросил нахлынушие воспоминания об их теплой встрече на аллее Малфой-мэнора и отшутился:
- Я бы все-таки предпочел мучить Алекто живьем, - Амикус скусился. - Кривая фраза, но суть ты понял.

Старший Лестрейндж, требуя к себе почета и уважения, вновь демонстрировал всем свою решительность и властность. Депрессующий сразу убрал материальные доказательства своей грусти, выраженные тучкой, и напрягся в ожидании финтов от бывшего заключенного, которые обещали иметь место. Рудольфус сшиб с ног бедняжку домовика, поэтому Амикус с присущей ему лишь в вопросах выпивки и убийства реакции мангуста кинулся к падающему подносу и таки успел спасти два стакана виски.
А, бутерброды - дело десятое, с сожалением подумал оголодавший, видя, как драгоценная еда упала на пол.
Все еще чувствуя неловкость по отношению к хозяйке дома, весельчак помог домовику удержать равновесие и собственноручно вручил ему наделенный благодаря Рудольфусу прыткостью поднос.

Концентрация Лестрейнджей в комнате достигла двух, что было достаточно опасно - Кэрроу даже пару секунд колебался, кому из них стоило предложить выпить а, возможно, стоило опустошить оба стакана в одиночку. Сомнения вскоре уступили место привычной уверенности в своей безнаказанности, в связи с чем блондин подошел к Рабастану и как ни в чем не бывало протянул ему выпивку:
- Не благодари, Рабастан.

Рудольфус явно не желал добра Барти и, видимо, хотел упокоить его душу. Нарцисса определенно была против. Амикус наконец-то мог сам стать зрителем и насладиться перформансом.

- Obscure! - тихо сказал Амикус, направив волшебную палочку на Барти, после чего сел на одну из подушек, скинутых Краучем на пол неподалеку от Рабастана, и начал лениво потягивать виски.

_______________
Obscure — создаёт повязку на глазах.

Отредактировано Amycus Carrow (2014-01-28 10:27:52)

+3

18

Как-как, говорите, там завывала профессор Трелони? Вас ждет смерть. Очень скорая сме-е-е-е-ерть…
Как истинный чистокровный волшебник, в предсказания Барти не верил, в судьбу тоже. Да и дисциплину такую в Хогвартсе не изучал. Еще не хватало. Этим пусть грязнокровки занимаются. А вот профессора Трелони знал преотлично. Кто же не знает психопатку, увешенную бубенчиками и укутанную в шали. На фокусы этой взбалмошной бабы Барти насмотрелся  с лихвой. Но в одном она была права точно. Все мы когда-нибудь умрем. И смерть обязательно будет мучительной.
Голова болит все сильнее. Ноющий и шутящий Амикус с тучками и домовиками бесит до зубного скрипа. Да и младший Лестрейндж тоже не вызывает доверия. С него станется пригласить брата и поглумиться над умирающим. И пока Леди Малфой отвлекается на них, Барти едва заметно сжимает кулаки. Боль в голове взрывается с новой силой и воспаленный мозг начинает отключаться. Барти с трудом закрывает глаза.
И следующее, что он видит – палочка старшего Лестрейнджа, направленная в лицо Барти. Правда долго смотреть на постаревшего Лестрейнджа не приходится. Услужливый и лезущий в каждую дырку Амикус наколдовывает Барти повязку.
Вот и славно. Все равно здесь смотреть не на что. Хоть вздремну.
Отвечать старшему Лестрейнджу в таком состоянии бессмысленно, а без палочки еще и опасно для жизни. Если станет совсем туго, можно вызвать свою старую домовиху и трансгрессировать. Но все это не сейчас. Может быть позже. А может быть и никогда. С Лестрейнджами не угадаешь.

+2

19

Ничто не раздражает Рудольфуса сильнее, чем когда члены его рода идут против него. Мальчишка Крауч, ледяное небрежение Нарциссы - все это отходит на второй план, как и играющий роль вечного безумца Кэрроу.
Рудольфус стоит, опустив голову, как бык перед алыми плащами, по-прежнему крепко сжимая плечо миссис Малфой. То, что говорит женщина, что делает Амикус - все это происходит будто бы на другом материке, настолько далеким это кажется Рудольфусу.
В его голове звучит голос брат- младшего брата, который смеет возражать ему, открыто выступать против.
Он чувствует рядом Рабастана, как, наверное, животное может чувствовать другое животное.
И реагирует соответственно, едва эхо слов брата затихает окончательно в его голове.
... Рывком отпуская Нарциссу, Рудольфус разворачивается к Рабастану и бездумно, руководствуясь одним инстинктом, в благословенной тишине посылает вперед кулак с зажатой волшебной палочкой.
Столкновение с подбородком Рабастана будит в нем невнятные воспоминания глубокой молодости, а звук столкновения вызывает на лице Рудольфуса кривую улыбку, опускающую вниз уголок губ.
... Резкое движение заставляет его покачнуться и неуклюже шагнуть назад, чтобы удержать равновесие. Ногу пронзает боль настолько резкая, что ярость удваивается, утраивается в душе Лестрейнджа, и он готов всю ее выместить на брата.
... Стакан, врученный брату Кэрроу, вылетевший из руки брат при неожиданном нападении Рудольфуса, с мелодичным звоном взрывается миллионом осколком где-то на полу у ног Амикуса. Комнату наполняет запах оневиски.
... Рудольфус, тяжело дыша, исподлобья смотрит на Рабастана, а затем размеренным движением вытирает выступившую в углах рта слюну.
- Только посмей возразить мне еще хотя бы раз.

+4

20

Нельзя сказать, что Рабастан не ожидал дурного - живя бок о бок с Рудольфусом и Беллатрисой ожидать дурного становится вроде хорошей привычки, которая может не раз спасти жизнь. Но вот непосредственно здесь и сейчас дурного он не ожидал.
После того, как они благополучно пережили день рождения Рудольфуса, Лестрейндж-младший некоторое время ходил мимо брата на цырлах и старательно-злобно поглядывал на Беллатрису, чтобы та не вздумал повторить свой маневр, но вроде бы все улеглось.
А вот на тебе.
Стакан, заботливо врученный Амикусом, заботит Рабастана в последнюю очередь, после того, как кулак брата врезается в подбородок, заставляя челюсть сомкнуться с противным лязгом. Чертов полуинвалид, алкоголик и рогоносец показывает неплохие результаты, несмотря на то, что выглядит не краше Крауча.
Баст по инерции чуть отступает, вскидывая руки к лицу - будь на месте Рудольфус кто-либо другой, они бы уже катались по полу, стараясь приложить друг друга о паркет, но, черт возьми, поднять руку на главу рода Лестрейнджу-младшему мешает череда чистокровных предков в его крови.
Поднять палочку - куда ни шло, но маггловский мордобой?
Все меняется, когда Рудольфус открывает рот.
Чистая ненависть, в которую сплавились годы разочарований, лишений, постепенного отказа от собственных планов, от собственной жизни, поднимается в груди Рабастана. Чертов брат виновен во всем, что с ними происходит, и совершенно не ценит, как долго и упорно Баст сохраняет лояльность, вопреки всему происходящему.
Черт возьми, Рабастан тоже Лестрейндж, и Рудольфусу не стоит об этом забывать.
Он выплевывает сгусток крови из разбитой о зубы губы и проходится языком по нижнему ряду зубов, проверяя, оценивая ущерб. Несмотря на то, что нижняя челюсть уже плохо подчиняется, Лестрейндж умудряется улыбнуться в ответ на улыбку брата.
- Не вздумай мне запрещать что-либо.
Ему сейчас не нужна палочка - насколько он узнает Рудольфуса, втолковать тому что-то можно только с помощью кулаков. Контактный бой вообще не сильная сторона Рабастана, но пока у него в ушах звенит лестрейнджевская ярость, он забывает себя, видя только цель.
- Хватит корчить из себя главу рода, ты, жалкая куча дерьма, - тихо произносит он через наливающуюся боль в челюсти. - Хватит!
Последнее он уже орет прямо в лицо брату, преодолев оставшееся между ними расстояние и сгребая на груди мантию Рудольфуса.
Тот вновь взмахивает кулаком - и в это раз голова Рабастана взрывается от удара в висок. На мгновение лицо Рудольфуса расплывается, двоится перед глазами, но он отпускает мантию и, интуитивно слегка отведя назад локоть, пробивает в брюхо брату.

офф. Бросим кубики?

Отредактировано Rabastan Lestrange (2014-01-29 15:44:25)

+5

21

Правило номер один: никогда не встревайте в семейные ссоры, ибо родственнички-то помирятся, а вот вы можете оказаться виноватым, даже, если вы влезли из самых лучших побуждений и хотели только лучшего.
Это правило Нарцисса уяснила еще в детстве, когда сорились между собой Андромеда и Беллатриса, самая младшая дочь Сигнуса и Друэллы предпочитала оставаться в стороне. И сейчас, когда отношения между братьями Лестрейнджами накалились, и кажется, вот-вот они достигнут той красной точки, когда больше не смогут обуздать свой нрав, миссис Малфой резонно рассудила, что безопаснее для дома и собственного здоровья оставаться лишь зрителем семейных разногласий, а не лезть в самое пекло.
Урожденная Блэк все также сидит на краю кровати, а около нее, буквально в двух шагах проиходит выяснение отношений между Рудольфусом и Рабастаном.
Все происходит в считанные секунды и вот, расстояние между братьями Лестрейнджами опасно сокращается. Дальше, за разворачивающимися действиями в своей гостевой спальне, у леди Малфой нет никакого желания наблюдать. Она лишь прикрывает глаза, так легко, но силуэты братьев все так же не меркнут. У меня нет ни малейшего желания наблюдать за этим магловсеким выяснением отношений. Но и прекратить все это Нарцисса не могла, пусть даже и хотела, да и желание ее здесь мало что решает. Разве может хрупкая женщина остановить двух сильных мужчин? Волшебная палочка, ну разумеется она поможет, но до тех пор, пока братья не достанут свои. Теперь женщина могла представить, что так часто происходило между этими мужчинами в ее доме, ведь не раз она слышала доносящиеся голоса братьев во время ссоры, вот только, ей впервые выпала "честь" наблюдать за этим шоу лично, занимая, такое выгодное, для просмотра место.
Но даже, не смотря на внешнее безразличие к происходящему, рука женщины уже давно нащупала волшебную палочку в кармане мантии и крепко ее сжимала, дабы в нужный момент ее достать. Нарцисса вообще,  появлением в ее доме нежданных гостей, предпочитала всегда держать свою палочку в непосредственной близости - это служило своеобразным успокоительным и пусть слабой, но гарантией собственной безопасности. Таким образом, у меня появляется хотя бы шанс. Рассуждала супруга Люциуса Малфоя и снова прятала свою палочку во внутренний карман мантии.

Отредактировано Narcissa Malfoy (2014-01-29 17:06:06)

+4

22

Амикус уже был готов аплодировать выступавшим на арене третей гостевой спальни, когда Рудольфус переключил свое внимание с Нарциссы на Рабастана. Однако в тот момент, когда палочка старшего из братьев коснулась шеи младшего, Кэрроу почувствовал некую степень причастности своей независимой личности к их спору. В расколовшемся на десятки маленьких стеклышек стакане он увидел его модель взаимодействия с сестрой – так же легко они могли быть порознь, как только что были единым целым.

Блондин, состряпав кислое выражение лица, поднялся и оказался прямо между враждующими. Встревать в семейные споры было не самой лучшей идеей, но он решил, что уж если не помирить братьев, то поучаствовать в выяснении отношений ему сегодня просто жизненно необходимо.

- Хватит корчить из себя главу рода, ты, жалкая куча дерьма. Хватит! – с придыханием сказал Рабастан.

Кэрроу поспешил призвать друга опомниться:
- Рабастан, прояви уважение, - как можно мягче старался говорить Амикус. – Рудольфус явно чем-то недоволен. Давай поинтересуемся, что его тревожит.

Неунывающий безумец вовсе не считал, что в такой ситуации есть тот, кто прав, и тот, кто всячески вредит первому. Все его рассуждения сводились к желанию защитить младшего Лестрейнджа, ибо некому было поставить на место разбушевавшегося Рудольфуса.

Да, Амикус не отличался логичностью, которую первый встречный мог сразу понять. Он не гнушался отрабатывать на собственной младшей сестре акселитусы и круциатусы, но, видит Мерлин, не он один мечтал о том, чтобы Алекто стала хоть чуточку прозорливее и вежливее.

Кэрроу понимал, что ему уже как минимум гарантирована выбитая челюсть, поэтому без особо такта, обращаясь к впереди стоящему Рудольфусу, спросил:

- Так что за маразматичная идея не дает тебе покоя?

+6

23

Сиди тихо, не привлекай внимания, будь паинькой!
Именно такой истине научила Барти мама, когда он ещё под стол пешком ходил и верил в чудеса. Но детство быстро закончилось, чудеса тоже. Бартемиус Круч. Днём - видный министерский чиновник, вечером - тиран. Маленький Барти очень быстро научился не попадаться на глаза отцу, не пререкаться, не дышать. Но тот, как назло, сам искал мальчика и учил уму разуму. Жестоко. С применением силы. И довольно часто.
Барти тихо наблюдал, как Лестрейнджи устраивали потасовку на заднем плане, а Амикус бегал вокруг них, изображая секунданта. Лестрейнджи ссорились так часто и так громко, что Барти уже сбился со счёту. Среди Пожирательского круга даже ходила поговорка: Не трожь Лестрейнджей, они и без тебя поссорятся. Когда процент их ссор перевалил за сотню, Пожирателей одолел спортивный интерес. Посыпались ставки. Спустя ещё год количество ссор перевалило ещё за сотню и братья не без удовольствия разорили ни один Пожирательский карман. Барти сам пару раз делал ставки, но ему быстро наскучило.
В былые времена Барти обязательно бы ввязался в драку. Грех упускать возможность накостылять кому-нибудь. Пусть даже если силы будут неравными. Заавадить кого-нибудь по-быстрому он всегда успеет. А там, глядишь, и перевес в твою сторону пойдет.
В былые времена, Барти обязательно бы принял чью-то сторону. И обязательно только ту, на чьей стороне сила. Возможно, бы даже примкнул к Лестрейнджам выгоды ради. Все лучше, чем на Министерство работать.
Барти старался не говорить, не привлекать внимание. Молчать. Лезть на рожон в такой ситуации было бы сущим безумием. А безумия в гостевой спальне и без его геройства было предостаточно.

+1

24

Рабастан и не думает подчиняться. Более того, он бросает вызов прямо в лицо Рудольфусу, а когда тот вновь бьет его в висок, бьет коротко, без замаха, но от того не менее успешно, отвечает ударом на удар.
Отвечает ударом. Своему старшему брату.
Рудольфус чуть приседает, чтобы сохранить равновесие, воздух внутри будто испарился, и он разевает рот, чтобы вдохнуть. В районе живота все будто онемело, но уже спустя мгновение наполняется горячей болью.
Лестрейндж-старший выпрямляется и наблюдает за пошатывающимся Рабастаном, намереваясь раз и навсегда прояснить этот скользкий момент, однако тут на его пути оказывается неожиданно препятствие в лице Кэрроу.
- Так что за маразматичная идея не дает тебе покоя?
Рудольфус переводит взгляд на очередного недоумка. Его маразматичная идея? Маразматичная - что?
Мысль еще не успевает сформулироваться до конца, а кулак Рудольфуса уже бескомпромиссно устремляется в нос Кэрроу.
От столкновения у него вспыхивают костяшки пальцев, но кровь, чистая кровь Кэрроу, теперь видна всем и это радует Лестрейнджа.
Решив, что этого достаточно со случайного в этом семейном совете Амикуса, Рудольфус поворачивается к брату. Как раз вовремя: тот определенно намерен силой доказать старшему, что тот не прав.
Лестрейндж пригибается, уходя от удара, а затем бросается на младшего, подминая его под себя и молотя кулаками по корпусу брата. У того нет необходимых навыков, и Рудольфус без труда использует свои плюсы в виде длинных рук и большей массы. Он перехватывает правую руку Рабастана и заводит ее брату за спину, передвигаясь и сам. Обхватывая брата и переводя драку в партер, Лестрейндж уже знает, что Рабастан не долго продержится.
Они грузно валятся к ногам Нарциссы, и Рудольфус старательно не обращает внимания на то, как протестует его раненая нога против стойки на коленях. Он старательно удерживает брата мордой в ковре, заводя захваченную руку все выше и выше, но едва ли его хватит надолго.

+5

25

Когда Амикус добвляет свою лепту, Рабастан уже примерно знает, чем все закончится для Кэрроу. Но не знает, чем закончится для него самого.
Рудольфус, несмотря на травмы и постоянное пьянство, быстр и резок как горная кошка. Младший не видел пуму даже на расстоянии, но вычитал в книгах, что именно эти характеристики соответствуют названному зверю. Резкость и быстрота.
К сожалению, о драках он тоже по большей части читал в книгах. Да и зачем бы ему поступать иначе, ведь с ним всегда была палочка.
А вот брат поднаторел в драках не на шутку.
Рабастан тешит себя мыслью, что, будь у Рудольфуса поменьше опыта, то все кончилось бы иначе, но на этот раз все же именно он отплевывается от высокого ворса ковра и разглядывает домашние туфли Нарциссы в нескольких дюймах от своего лица.
Брат заламывает руку куда выше, чем стоило бы, пока в плече у Рабастана не щелкает что-то, коротко и громко.
Лестрейндж ожидает болевой вспышки, но ее нет, что вообще-то достойно пристального внимания, но пока ему не до этого. 
Он неуклюже взмахивает левой рукой, будто пытаясь уменьшить давление на правую, но в высшей точке взмаха его пальцы сжимаются в кулак и он с силой бьет Рудольфуса чуть выше колена больной ноги.
Хватка брата становится ощутимо слабее. Рудольфус качается в сторону, все еще довольно крепко ухватившись за правую руку Рабастана, и тот думает, что если его противник упадет, то попросту выдернет его руку из плеча.
К счастью, ничего из этого не происходит: Лестрейндж-старший удерживает равновесие, а Рабастан чувствует, как изменился центр тяжести брата. Двление на руку ослабло, и он резко дергается, выгибая спину, сбрасывая брата с себя, и, перекатываясь на бок, вновь бьет Рудольфуса в слабое место - единственное, черт бы его побрал, слабое место.
Пока Рудольфус приходит в себя, Рабастан успевает кое-как вытащить из-под себя правую руку, болтающуюся в плече как нечто инородное, чужое, и привстает на колени напротив Рудольфуса.
- Я сказал, хватит.
У него за спиной, где-то там, в мире покоя, подушек и заботы о больном, Нарцисса, которая, конечно, может вступить в схватку с Рудольфусом, но в схватку на словах, противостояние силы воли, железного самообладания. Рудольфус же сейчас больше похож на взбесившуюся мантикору.
Хватит ли его сил и сил Кэрроу, чтобы осадить Рудольфуса, вот о чем думает Рабастан, начинающий беспокоиться из-за по-прежнему бесчувственной руки. Или, возможно, надо было дать Рудольфусу сорваться на Крауче и идти своей дорогой?

+4

26

Итак, перед хозяйкой Малфой мэнора стал вопрос: разнять братьев с Амикусом или же продолжить наблюдать за тем, как Рудольфус окончательно теряет над собой контроль и крушит все то и всех тех, кто попадается ему под руку.  Возможно, братья Лестрейндж  и разобрались бы быстро между собой, но вот семейную "идиллию" решает разрушить мистер Кэрроу своими словами, которые могут показаться даже вполне безобидными любому нормальному человеку, но только не Рудольфусу, для которого, любое слово в свой адрес воспринимается как команда "фас" и объявлением войны с вытекающими из этого последствиями.
Старший Лестрейндж переключает свое внимание на брата Алекто, не смотря на возраст, Рудольфус крайне ловок и силен, пока преимущество на его стороне. Мэрлин, во что превратился мой дом?
Женщина не меняет своего место положения, ибо в данной ситуации это может ничем хорошим не обернуться, мужчин сейчас вряд ли волнует хозяйка мэнора и свои лучшие джентльменские качества они также не начнут проявлять, а оказаться среди них - не то, чего хотелось Нарциссе Малфой на данный момент.
- Вы можете продолжить выполнять работу домовиков, вытирая полы мэнора собой. Я вовсе не против. - женщина все-таки осмелилась встать с кровати, и осторожно обходя мужчин, которые устроились на полу, заняла место около окна. Во-первых, это намного безопаснее и дальше от выясняющих отношения Пожирателей, от которых точно не знаешь чего  ожидать, а во-вторых, все же намного приятнее смотреть на сады поместья, чем на избивающих друг друга Рабастана и Рудольфуса.- Темный Лорд может в любое время проверить, как поживает его верный сторонник, и вряд ли он обрадуется, увидев сие картину: как Пожиратели выясняют отношения таким низким маггловским способом. Нам приказано смотреть за Краучем и стараться поддерживать его состояние до приезда колдомедиков, а не убить его и перебить друг друга. - миссис Малфой не отрывает взгляда от окна, руки сложены на груди, весь внешний вид выражает полнейшее спокойствие и уверенность в себе и собственных словах. - Но в прочем, это ваше дело, господа, я свою работу выполнила. - разумеется, супруга Люциуса Малфоя понимает, что ее слова имеют две стороны, два побочных действия; либо приспешники Темного Лорда сейчас попытаются взять себя в руки и перенести разборки на другое более удобное время, а пока обойтись только гневными взглядами в сторону друг друга или же, продолжить "битву", только на этот раз, ударить заклинаниям, по типу действия ступефая, дабы больше леди Малфой не отвлекала их своими нравоучительными речами.

+5

27

Спальня Долохова.

Долохов, вот неуемный патриот, трыньдит что-то на русском, а Беллатриса его не понимает. Различает нечто похожее на имя сестры, но подумать не успевает - срабатывает выпущенное ей заклинание от которого Долохову, похоже, только хуже. Беллатриса лихорадочно соображает, стоит ли начать паниковать, или ещё можно попробовать стукнуть Долохова чем-нибудь. Например, заклинанием от нервного срыва, которое вспомнила Беллатриса. Ещё она неплохо владеет протрезвительным, но это явно не тот случай. Лестрейндж уже заносит палочку и готовится произнести "Bono sis animo", а потом снова "Imperio", если не поможет, но тут до неё доходит просьба Антонина.
Точно! Как же она раньше не догадалась? Позвать Нарциссу, элементарно. Но...
- а где она? - спрашивает ведьма наклоняясь над Долоховым, рвущем на себе рубашку. Беллатриса расстёгивает ему рубашку, надеясь хоть чем-то помочь и вылетает из комнаты.
Где искать Нарциссу? Где может прятаться миссис Малфой в столь огромном замке?
Беллатриса ускоряет шаг, мчась по коридору, бежит. Найти Нарциссу, найти Нарциссу, Нарциссу... - стучит в её голове. Она слышит крики из одной из спален, сворачивает туда, скорее по привычке лезть везде, где есть свара.
В комнате слишком много народу. Лестрейнджи, Амикус, на кровати лежит Крауч. И у окна Нарцисса. Беллатрисе определённо везёт. Но она не может вымолвить не слова, задыхается от быстрого бега. И только потом, отдышавшись, зовёт сестру.
- Цисса. Не спрашивай. Долохов ранен. Очень серьёзно. Я не знаю, чем в него попали. Долго не протянет. Он в своей комнате. Ты нужна. Срочно, - Беллатриса говорит короткими предложениями, чувствуя, как пересыхает в горле, - колдомедика мы не взяли. Алекто осталась, - после этого она отходит от двери, освобождаяя сестре дорогу, - поторопись, пожалуйста, Цисси.
Беллатриса оглядывает комнату. Замечает у домовиков бокал. Не раздумывая отбирает, жадно пьёт. Огневиски обжигает горло, но даже оно лучше чем ничего. Алкоголь вообще сейчас самое то. Наконец, она обращает внимание на Рудольфуса с Рабастаном.
- А зачем вы стоите на коленях? Молитесь за здоровье Крауча и благо организации? Ну-ну, - сообразив, что ляпнула нечто не то, Беллатриса машет рукой Керроу и скрывается в дверном проёме, снова направляясь к Долохову.

Спальня Долохова

+3

28

Рабастан сопротивляется так, как будто в жизни не давал возить себя мордой по ковру. И на этот раз сопротивляется удачнее, чем двадцать лет назад.
Рудольфус теряет равновесие, когда младший брат от души тычет его кулаком по ноге: нежный умник вырос во вполне приличного соперника, берущего если не опытом драки, то хитростью и мозгами.
Это неприятно. Для Рудольфуса еще слишком живы воспоминания о том, как он вбивал в Рабастана некоторые моменты из быта семьи, а теперь вот брат оказался способен постоять за себя не только на словах.
Неприятный сюрприз.
Этот год вообще для Рудольфуса связан с неприятными сюрпризами - Изабелла, Крауч, а теперь еще и родной брат.
- Я сказал, хватит.
Рабастан не выглядит сбитым с толку и растерянным, как раньше. Очень некстати, но Рудольфуса этот факт внезапно перестает раздражать: напротив, подкатывает что-то вроде гордости за брата. который все же становится настоящим Лестрейнджем.
Слова Нарциссы доходят до Рудольфуса плохо. Ему вообще кажется, что малфоевская жен слишком много на себя берет, влезая в мужские разборки, однако прямо сейчас осаживать блондинистую нахалку он не собирается. в конце концов. это привилегия ее мужа, и если Люциус не умеет заставить свою жену ходить по струнке... Это больше говорит о нем самом, чем о Нарциссе. Приструнить Блэков не так-то просто, это знает и сам Лестрейндж.
Он откашливается.
- Смотреть за Краучем приказано тебе, Нарцисса. И на твоей совести, чтобы этот доходяга не отправился к Мерлину до прибытия...
В комнату, как штормовой ветер, врывается Беллатриса. Рудольфус, достаточно изучивший жену, понимает, что дело серьезное, настолько у нее обеспокоенный вид.
Хмыкает на ее слова о колдомедике и Алекто. Пропажа бешеной блондинки могла бы быть хорошей новостью. но не сейчас, когда каждый опытный боец на счету. А уж с учетом возможной потери Долохова и отсутствием колдомедика...
Когда Беллатриса вместе с Нарциссой проворно покидают комнату, Рудольфус тяжелым взглядом рассматривает Крауча.
- Молимся за здоровье? - повторяет он непонятую шутку: с чувством юмора у него напряженные отношения с детства. - Что это должно означать?
Он привстает, неуклюже разгибаясь. Колено моментально пронзает острая стрела дробящей боли, оканчиваясь где-то в позвоночнике, из-за чего его заносит в сторону, однако подняться на ноги получается.
Лестрейндж еще какое-то время стоит, не шевелясь, возвращая себе контроль над ногами, а затем поворачивется к брату.
- Ты младший сын, и этого не изменить. Уясни, что приказы тебе отдаю я, или убей меня, понял? Третьего не дано.
Рабастан, с его наивными и идеализированными представлениями о жизни, иллюзорными и оторванными от реального мира, жалок в своей подгнившей добродетели, и Рудольфус даже удивляется, что этот смехотворный гуманизм с годами не выветрился, перенеся службу (чего там, верную службу) Лорду и годы Азкабана.
- В нашем роду такое уже случалось - младшие братья убивали старших. Однако, - и Рудольфус понизил голос, приближаясь ближе к стоящему на коленях брату, - я не думаю, что ты способен на такое. Вставай.
Рудольфус протягивает руку Рабастану, чтобы помочь подняться.
Он старший брат, он глава рода, но Рабастан тоже Лестрейндж, его кровь. Его семья.

+3

29

Нарцисса язвит не по блэковски. Эта ирония, усталая и надменная, точно от Малфоев, вот что понимает Рабастан.
Он смотрит в глаза брату, опасаясь прервать этот контакт - Рудольфус как бешеное животное, нельзя отводить глаз, но все же чуть ухмыляется, когда Нарцисса замолкает.
Она не боится высказаться, но, в отличие от собственной сестры, делает это с присущей ей логикой. Век бы слушал.
На удивление Рабастана, Рудольфус не реагирует ожидаемо бурно. Так, бормочет что-то о приказах Нарциссе - между тем, миссис Малфой не имеет Метки, и, чисто технически, не подчиняется ничьим приказам. Чисто технически. На деле же вряд ли кто-то из обитателей мэнора осмелится не выполнить распоряжение Лорда вне зависимости от того, украшает ли его предплечье Метка или нет.
- Кто командовал операцией? - спрашивает Рабастан вдогонку Беллатрисе и Нарциссе, но свояченица уже дробно цокает по коридору. Поверить, что Беллатриса, Долохов и Кэрроу не смогли добыть колдомедика, просто невозможно. Может быть, это дурацкая шутка Беллатрисы вроде той, что она обронила насчет молитвы за здоровье Крауча?
Впрочем, с уходом женщин обстановка как-то разом теряет свою напряженность.
Рудольфус тяжело встает, переливаясь из стороны в сторону как пьяный, Рабастан мрачно ощупывает челюсть и вытирает окровавленные руки о штаны. Кое-где на ковре кровь, и огневиски уродливым пятном разлилось по светлому ворсу.
Рудольфус все разглагольствует и разглагольствует, никак не уймется.
Угрожает.
Вставать Рабастан не торопится, просто медленно растирает занемевшую руку и внимает брату, решившему углубиться в историю их рода.
Когда Рудольфус в столь несвойственном ему жесте протягивает Рабастану руку, Младший бьет по подставленной ладони, рывком вставая и наслаждаясь проступившим на лице брата неудовольствием.
- Ты не думал, что я пойду за тобой. Не думал, что буду убивать с тобой. Ты вообще многого обо мне не думал. Самое время исправить это.
Он прямо отвечает на взгляд Рудольфуса - в помещении Кэрроу и Крауч, а иначе он бы давно сказал брату, что проблема не в них. И что Рабастан не при чем. Ярость Рудольфуса вызывает не он - причин в его безумной жене.
Но затевать разговор о Беллатрисе в присутствии посторонних, одним из которых является Крауч - только дразнить Рудольфуса, и Рабастан прикусывет язык.
Ладно, они еще успеют выяснить отношения.

- Куда-то.

+3

30

Как и должно, Амикуса одаривают поистине сокрушительным ударом в нос. Нижняя половина лица мистера Задевайки мгновенно заливается кровью, несколько капель падают на пол. На несколько секунд Кэрроу теряет равновесие, однако он не падает и продолжает стоять на двух ногах достаточно твердно. Недальновидному блондину понятно, какие действия предпримет Рудольфус, но остается загадкой то, как на это отреагирует Рабастан.

Амикус вытирает рот тыльной стороной правой руки и уже поднимает ее высоко вверх, чтобы обрушить силу своего удара на Лестрейнджа-старшего, но тот оказывается проворнее, и когда Кэрроу пытается ухватить его за рубашку, то он уже вовсю колотит своего младшего брата.

Не особо желая встревать в дальнейшие разборки, Кэрроу делает шаг назад и опирается о какой-то совсем не мягкий и неудобный для облокачивания шкаф. Он скрещивает руки на груди, надуваетсяся, как обиженная девочка, и с невозмутимым спокойствием наблюдает за происходящим.

Нарцисса успокаивает дерущихся речами.
Домовой, пребывающий в отчаянии и страхе, так и держит поднос с бокалами спиртного.
А в спросе старшего и младшего поколения таки побеждает Рудольфус, ибо последнее слово остается за ним.
А напоминает всем причину собрания очаровательная Беллатриса – кажется, без ее реплики о Крауче, о несчастном страдальце так никто бы и не вспомнил по крайней мере, сам Кэрроу уже успешно забыл о нем.

Махнув в ответ проворной миссис Всегда-В-Курсе-Всех-Дел и отвесив ей небольшой поклон, Амикус направдяется к выходу из комнаты. Он должен узнать, что именно случилось в больнице и собственноручно залепить сестре оплеуху за некачественно выполненное задание. Да и, помнится, у них есть неоконченный разговор.

Однако чертова уязвленная гордость и недовольство за разбитое лицо не позволяют задеваке уйти безмолвно. Уже стоя в дверях, он оборачивается к братьям и тоном «я не могу спокойно говорить, поэтому я буду фыркать» произносит:

- Надеюсь, раунд окончен? Позвольте откланиться.

+2


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Малфой-мэнор » Гостевая спальня номер три


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC