Вверх страницы
Вниз страницы

Harry Potter and the Half-Blood Prince

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Архив эпизодов » Мистраль


Мистраль

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

1. Название флэшбека.
Мистраль
2. Место и дата действий.
Англия. Лондон. Ресторан для почтенных господ Магического Мира, осень 1995 года
3. Участники.
Chesare Di Paolo & Alecto Carrow
4. Краткий сюжет
Пожиратели смерти сбежали из Азкабана, газеты пестрят заголовками. За головы самых преданных приспешников Темного Лорда объявлена награда, которой хотел бы обжиться любой, но что если деньги не самое главное для того, кто сможет узнать в одной из волшебниц ту, за которую мог получить неплохой доход? И только Мерлину известно чем может закончится встреча из которой оба хотели бы выйти с трофеем. 
5. Предупреждение
нет

Отредактировано Alecto Carrow (2014-01-14 19:32:09)

+2

2

И вновь Англия и вновь свобода и вновь за голову объявлена награда. И столько этих «вновь», что Алекто может похвастать перед любым, кто скажет, что его жизнь скучна.  Ее жизнь всегда на грани. На грани смерти. Она только покинула стены Азкабана, чтобы  продолжить то, из-за чего она туда попала. По воли своего Повелителя.  Одно могло огорчить опьяненную свободой женщиной, так это то, что ей предстоит притворятся милой и почтенной, чтобы привлечь одного очень важного чистокровного для Темного Лорда. Им нельзя сразу показывать свою активность, да и чистокровные еще не поняли, что сила Лорда растет и им предстоит встать на его сторону или умереть. А потому, нужно действовать постепенно и очень осторожно. И что хуже применять Темную магию временно стоит разумно, с чем у Кэрроу всегда были проблемы. Да и после Азкабана ей едва ли удалось сохранить себя саму, если бы не наставник, который был рядом и спасал ее от безумия, славянскими байками и уча русскому.  Ну а что еще собственно говор делать там?
Переодевшись в одежду, которую Кэрроу предпочла бы еще не видеть лет так «дцать» из-за ее непрактичности. Женщина направилась на встречу с одним из старых знакомых, который пообещал прибыть в назначенное время. Вот только место встречи Алекто изменила сама, перед самым выходом из номера в «Дырявом Котле», чтобы исключить возможность появления на горизонте авроров, которые конечно очень разряжают будни, но сегодня Алекто хотела насладиться свободой, пусть и на задании. Но даже Пожиратели смерти иногда хотят развлекаться. И если кто-то скажет что это не так, то поверьте, он не сидел в Азкабане.
Жизнь на свободе кажется совсем иной, все вокруг непривычно шумно, а яркие вывески приятным осенним вечером так великолепно поблескивают, что неестественно хочется напевать себе под нос. Но это от заточения.
Ресторан, который Алекто выбрала, соответствовал всем требованиям, которые ей были так нужны. Здесь собираются лишь чистокровные, так как цены мягко говоря обычную сошку спугнут, да и наряды, что приняты здесь исключают возможность появления рьяных сторонников грязнокровок, ну а аристократия привыкла молчать, если их слово может навредить семье. Согласитесь, очень удобно.
Заняв столик в дальнем углу, Алекто расположилась возле стены, чтобы наблюдать за входом в заведение. Все же об осторожности даже в самом удачном плане забывать не стоит. Заказав бокал красного вина, она стала ждать потенциального сторонника Темного Лорда, вернее это был очень давний сторонник, который был ей обязан, и она надеялась выудить из него причитающуюся ей выгоду. Единственный недостаток был у старого знакомого это то, что он был трусом до мозга костей. Хотя естественно, когда тебе угрожают убийством в самой жесткой форме все же принять меры предосторожности. Но вот не явится на встречу с потенциальной убийцей, в случае неявки было глупым ходом. Ну а кто говорит, что все чистокровные могут делать верные стратегические ходы?
Откинувшись на спинку стула обшитого дорогой тканью, Алекто осматривает помещение, в поисках старого знакомого, который, возможно не узнал ее. После Азкабана она все же потеряла в весе и колдографии в газетах потому не особо соответствуют действительности. Да и в вечернем платье под тонной гримма ее трудно узнать.
На удивление Алекто была сегодня слишком терпелива, покручивая за ножку бокал с вином, она смотрела то на алое, словно кровь вино, то на вход. Он опаздывал,  уже не меньше чем на час и Кэрроу продумывала, как именно будет убивать его и его семью. Вот только со стороны было сложно сказать, что женщина в алом платье раздумывает об убийстве во всех красках. Она очень редко была такой…женственной. Потому что всегда боялась быть такой. Но это сейчас не так важно, как и то, из-за кого она боялась быть …просто чистокровной ведьмой.

внешний вид|Colloportus

http://s7.uploads.ru/RZufe.jpg

Отредактировано Alecto Carrow (2014-01-14 20:08:38)

+3

3

Вечер подкрался незаметно, в закатном сумраке вспыхнул огнями. Едва только померкли последние лучи солнца, старый город, будто филин, распахнул светящиеся жёлтые глаза сотен и тысяч окон, и взмахнул крыльями, вздымая ветром холодные воды Темзы. Серые башни Тауэра скинули с себя горбатые тени, величественно распрямились и гордо вскинули коронованные звёздами головы. Кто сказал, что Лондон сер и уныл? Быть может, лондонцы забыли, как красив их город, как давние супруги забывают о страстности и красоте своих избранников, привыкнув к их постоянной близости. Но со стороны молодые любовники видят то, что вблизи теряется из виду. Чезаре Ди Пауло был влюблён в Лондон. И Город отвечал ему взаимностью, истосковавшись по искренней симпатии. Фальшивые вздохи туристов, которые забудут об увиденном через несколько месяцев, ещё более искусственный восторг открыток и буклетов - всё это было ему знакомо и отвратительно.
Добрый Друг сегодня был в отличном настроении, он смеялся в каждой капли недавнего дождя, он томно вздыхал в каждом порыве ветра, он целовал уставшие глаза влажным дыханием реки и заботливо сдувал волосы, упавшие Чезаре на лоб. Он умело прокладывал дорогу, вдоль набережной, освещая путь и, кажется, сам распахнул перед мужчиной двери ресторана.
Ароматное тепло, приятные звуки музыки и весёлых разговоров мгновенно вытравил остатки усталости и хандры. Скинув плащ в руки услужливому лакею, Чезаре выбрал столик подальше от центра зала. Сегодня здесь он не ждал никого, ничего не праздновал, не собирался "забыться". Он сам не понимал, как бесцельная прогулка по набережной привела его сюда, в одно из лучших магических заведений Лондона. Он был тут уже раньше, и не раз - это место не ведало скуки, его выбирали и для празднований в кругу друзей и для романтичных вечеров на двоих. Как эта шумная компания у сцены - человек десять, за большим столом - они уже слегка пьяны, им легко и весело. Или эта пара - немолодой мужчина и зрелая женщина, вероятно у них какая-то личная дата, они улыбаются друг другу, вновь влюблённые. А вот ещё - красивая женщина, одиноко сидящая за пустым столиком, в руке бокал вина. Она кого-то ждёт, и когда дождётся, её глаза, наверное, вспыхнут радостью. Чезаре питал слабость к созерцательному времяпрепровождению в красивом обществе. Человеческие эмоции, такие многогранные, странные, волшебные...У одних людей всё написано на лице, по другим приходится догадываться. Про каждого из увиденных людей Пауло сочинял небольшую историю, опираясь на подсмотренные эмоции.
Вот эта женщина, за столиком в одиночестве: она не молодая девушка, но женщина. Умеет пользоваться косметикой, носить дорогие украшения, держать бокал так, чтобы взгляд окружающих замирал на совершенном союз белой кожи и хрусталя. Но она нервничает. Её спутник опаздывает, быть может, она уже подозревает, что он не придёт.
"Каков подлец", - заметил Чезаре про себя, принимаю из рук официанта меню и отмахиваясь от мешающего сейчас субъекта. Решив что-то для себя, мужчина поднялся со своего места и направился к столику дамы, которую разглядывал всё это время. Она сидела в полоборота, и рассмотреть толком её не удавалось, но подойдя ближе, Чезаре не разочаровался в своём решении. Женщина определённо не была писанной красавицей, и была даже, наверное, чуть старше самого Чезаре. Но было в ней что-то завораживающее, естественное и чуточку опасное. Великолепное.
"Нет, не пришедший к ней сегодня определённо не подлец. Он дурак",
- Прощу прощения, сеньора, если я ошибаюсь, - Ди Пауло слегка поклонился, скользнув взглядом по обтянутой красным шёлком фигуре, - но мне кажется, что этим вечером вас несправедливо оставили в одиночестве. Быть может, вы сочтёте моё общество возможной альтернативой тому, кто заставил вас скучать этим вечером? - мужчина припустил в речь итальянского акцента, как делал всегда, когда старался понравится. Обычно работало безотказно, но как знать? Быть может, обиженная отсутствие спутника леди сейчас плеснёт ему, как первому попавшемуся, вином в лицо и уйдёт? Но, кто не рискует, тот не пьёт шампанского. На брудершафт. С красивой дамой.

+3

4

Может обстановка влияет на  человека? Сколько бы Алекто не помнила себя она всегда замечала особенность подстраиваться под других. Или это пришло с возрастом? Но как только она меняла одежды Пожирателя смерти на привычные для женщин наряды и бриллианты, которые ….нет, не достались ей от семьи. Все их имущество было арестовано, ровно, как и они сами, ну а этот браслет с рубином она вытащила из личных запасов убитой чистокровной ведьмы, очень старой, но доверчивой, так как ей не так уж и сильно пришлось стараться, чтобы она отдала все. Но это было единственное, что сегодня ей не принадлежало.  Но кого волнует это? Особенно здесь, где среди других она не выделяется, разве что своим одиночеством, которому Кэрроу даже была рада. Она так давно не бывала наедине с собой.
Официант вновь подошел спросить будет ли она что-то еще, но Кэрроу не особо хотела есть именно здесь. Хотя было у нее желание еще в Азкабане съесть что-то из того, что она любила на свободе.
- А повар может приготовить чушка-бюрек? – Кэрроу улыбнулась, сегодня ей определенно не хочется быть той, какой она привыкла быть. После заточения это можно себе позволить, так думает она про себя, стараясь оправдать собственную слабость.
Официант приветливо улыбается в ответ и сообщает о том, что готов спросить у шефа, возможно ли сделать блюдо, которое желает мисс. От обращения Кэрроу чуть передергивает, но это лишь от того, что она привыкла к тому, что ее зовут по номеру, и мягко говоря, доброжелательности в последнее время она не слышала в свой адрес, да и в глазах ее собеседников чаще всего либо ярость, либо страх. А как хочется побыть иногда просто женщиной. Но это большая опасность, которая может стоить слишком дорого.
Привыкшая всегда замечать то, что происходит вокруг, Алекто с подозрением отнеслась к интересу молодого мужчины, который сидел неподалеку в гордом одиночестве и то и дело бросал на нее взгляд. Это раздражало, хотя и где-то в глубине души нравилось Кэрроу. Он не смотрел на нее как на убийцу, от него не исходила опасность, во всяком случае, женщина не заметила, чтобы он дал знак кому-то, который мог привлечь следом парочку авроров.
В любом случае палочка согревала левое бедро и в любой момент была готова дать отпор, как и на правом (привычка, привитая Антонином Павловичем дала о себе знать даже в такой обстановке). Естественно, если ты опасный преступник тебя будут атаковать, а если выбьют палочку, то должна быть запасная, которая спасет тебе шкуру, особенно, если ты бродишь в одиночку. Кэрроу как одинокий волк, а вернее волчица шла охотно на риск, это придавало ей особый шарм, как она считала лично. Да и внимание привлечь к себе двумя лицами с колдографий Азкабана куда проще, чем когда ты один. По этой причине, когда мужчина поднялся со своего места и направился в ее сторону, Кэрроу неспешно опустила одну руку себе на бедро, чтобы приготовиться атаковать в любой момент, а второй продолжала чуть покручивать бокал за ножку. Браслет с рубинами переливался в свете дорогих канделябров. Алекто, как и любая женщина, немного актриса, когда дело касается мужчин, пусть она и позабыла, как носить дорогие наряды, но что-то всегда остается на уровне подсознания.
Приятный акцент выдал подошедшего с головой и Кэрроу обратила на него взгляд своих голубых глаз. По привычке, а не из интереса она оценила его уровень физической подготовки. Он был хорош собой. Многие женщины могли бы потерять голову от одного его взгляда и тембра голоса. Но с такими нужно быть вдвойне осторожной. Это как «дважды два», каждая одинокая леди обязана знать.
- Что ж, Вы очень наблюдательны, - протягивая гласные, ответила Алекто, вглядываясь в серо-голубые глаза мужчины, нарочито откровенно, пытая его своей нескромностью. Чем собственно, сам он и не страдал. Его взгляд, которым он изучил платье, а вернее фигуру Кэрроу, женщина заметила отчетливо и потому поспешила добавить, чтобы мужчина понимал, что играет с огнем. – Он в прошлом (читать как труп в переводе с языка Алекто), поэтому не вижу причин отказать Вам, только подумайте, стоит ли, если даже в этом платье я не сгодилась другому. Или Вам  нравится шелк? – Алекто улыбнулась, и отбросила тканевую салфетку со стола на пол, наблюдая за реакцией мужчины, не сводя ни на секунду с него взгляда. Она всегда любила наблюдать за тем, как люди справляются со сложными ситуациями.

Отредактировано Alecto Carrow (2014-01-15 19:23:48)

+1

5

Женщин принято сравнивать с алкоголем. Одни легки и сладки, другие крепкие и горькие, некоторые коварно ударяют в голову не сразу, обманывая мягкостью, от других мутится рассудок с первого бокала. Тяжело судить вино по бутылке - красивое царское имя и благородно-пыльная этикетка вовсе не означает, что внутри не окажется выдохшаяся кислятина, а глядя на плебейскую пластиковую банку и не подумаешь о том, какой божественный нектар может оказаться в сим непрезентабельном сосуде.
Украшения и платье женщины, занимавшей сейчас мысли Чезаре Ди Пауло, выдавали благородный сосуд. А жесты, тон и поза обещали интересное содержимое. Алый шёлк и рубины - горячий цвет, но почему-то он не вызывал ассоциаций с уютом и покоем горячего вина в глинтвейне. Напротив, блеск камней и лоск дорогих тканей в купе с заинтересованным и слегка агрессивным, провоцирующим, взглядом заставляла подумать, что это "вино" из очень глубоких погребов, и оно должно быть холодным. Среди духоты приторно-великолепного окружения об этом можно было только мечтать.
- Он в прошлом, - легко произнесла женщина, и Чезаре показалось, что он услышал хлопок вылетающей из бутылки пробки. Настоящие ценители никогда не накинутся на напиток сразу. Нет, его оставят "подышать", позволяя благоуханию наполнить воздух, и будут наслаждаться минутами томительного ожидания, пытаясь разгадать букет.
- Шёлк? Поверьте мне, сеньора, не он украшает Вас, а Вы его, - этот комплимент не был лестью ни на йоту. Что значил бы моток красного шёлка, если бы пылился в кладовке портнихи, или стал бы шторами? Нет, из такой ткани нужно шить только наряды для красавиц, и постельное бельё, для них же.
Взгляд спокойно проследил полёт салфетки, пока мысли уже строили не такую уж и длинную ассоциативную линию между красным платьем леди и шёлковыми наволочками, на которых, несомненно, прекрасно смотрелись бы светлые локоны. Но прежде чем испить вина, нужно убедиться, что это не яд и не подкрашенная соком водичка. Как уже говорилось - красивый сосуд ещё ничего не значит.
Чезаре наклонился, поднимая салфетку, не сгибаясь толком, а только чуть согнув колено выставленной вперёд ноги. Так кланяются гиппогрифу. Задержавшись на миг, мужчина разогнулся, держа в руке салфетку, словно трофей - белоснежная ткань в загорелой руке. Белый платок - подарок дамы рыцарю, а так же знак невинности и кроткого расположения. Чезаре хотелось рассмеяться. Кажется, эта леди действительно крепкий коктейль. Со слоем сладких сливок на поверхности. Очень тоненьким слоем.
- Моё имя - Чезаре Ди Пауло, - произнёс итальянец, бросая салфетку на стол и решительно усаживаясь напротив леди. - Быть может, и Вы окажите мне честь, назвав своё имя?
Да, бутылку открыть то открыли, а вот название на этикетке прочитать забыли. Впрочем, не важно, как вино зовётся - от одного аромата голова кружится.

+2

6

Разве может любая женщина упустить возможность легкого флирта, когда мужчина сам летит в ее сети и делает первый шаг? В конце концов, это даже интересно, и несомненно подстегивает и пробуждает женское начало. Разумеется, если он хоть как-то соответствует ее пониманию о привлекательности.
Комплименты сыпется один за другим и Кэрроу уже не может скрыть улыбки. Она убирает руку с бедра и плавно кладет ее на стол, чуть придвигаясь вперед, когда мужчина занимает место напротив нее. Жертва поймана в сети и теперь ей предстоит сильно постараться, если она хочет на волю. Кэрроу даже мысленно замечает, что ей стоило бы почаще ходить в подобные заведения и ловить чистокровных, а не спешить переходить к пыткам, хотя от пыток она получала удовольствие, возможно, не такое сильное, как Беллатриса, но все же получала. Но существенный недостаток таких рейдов – платье, которое хочется поскорее отбросить. Шелк холодит нежную кожу, которая горит от спиртного, просочившегося в кровь. От этого Кэрроу ощущает себя чуть раслабленнее и позволяет даже себе чуть коснутся руки Ди Пауло, продолжая зрительный контакт и все больше закрепляя результат, который привел сюда этого молодого мужчину. Его руки смуглые, отчего прикосновение к ним, словно холодное сливки, плеснувшие в горячий кофе.
Кэрроу внимательно смотрит на Ди Пауло и ее взгляд чуть охлаждается, когда он просит назвать свое имя.
- Я не думаю, что мое имя незнакомо Вам, синьор ди Пауло, - Алекто отстраняется на спинке стула, слегка постукивая подушечками пальцев левой руки по шелковой скатерти, такой белоснежной, что от нее слегка слепит глаза. – Да и зачем Вам знать его? – Кэрроу бросает взгляд на подошедшего официанта, который принес ей заказ.
- Закуска для мисс, шеф-повар передает Вам наилучшие пожелания, как своей землячке и желает Вам приятного аппетита, – говорит он и удаляется.
- Это блюдо болгарской кухни, возможно, оно поможет вспомнить Вам мое имя, - кокетничает Кэрроу. Называть свое имя она не спешит, ведь так не хочется прерывать трапезу сражением с аврорами, которые могут, так некстати появится, стоит ей только представиться.
Легкими движениями она разрезает закуску. Не смотря на свое заточение в Азкабане, она по-прежнему умело владеет ножом и вилкой. Несколько движений и кусочек чушка-бюрек отправляется в рот женщины. Плавно и соблазнительно она прикрывает глаза, впитывая вкус своей родины, на которой не была так давно.  Отложив приборы, Алекто берет бокал вина и делает глоток, смотря поверх него на Чезаре.
- Иногда стоит сохранить легкую интригу, чтобы было интереснее, не согласны? – Кэрроу улыбается, поставив опустошенный бокал на стол. – Мы могли бы поиграть с Вами в игру, коль этот вечер позволил двум одиночествам встретиться в одном месте, - лаская воздух своим голосом, который чуть хрипит от холодного воздуха в Азкабане, -  Вы можете задать мне три вопроса, исключая вопрос о моем имени и я отвечу на них предельно откровенно, но в ответ я спрошу и Вас три и если Вы солжете, то я убью Вас. – Алекто смягчает последнее улыбкой, выставляя сказанное шуткой, хотя не капли шутки в этом нет.

+1

7

"Женщины любят ушами" - известная истина, как и то, что мужчины отдают предпочтение в первую очередь тому, что видят. Именно по-этому часто женщины не замечают некоторых деталей, а мужчины не слышат того, к чему стоило бы прислушаться. Эта незнакомка, в платье дерзкого цвета, со смелой улыбкой и интригующим блеском в глазах притягивала взгляд, но её слова...Голос приятный, и эти кокетливые нотки - знакомо, ожидаемо, не противоречит планам. Но было в этом что-то опасное, и дело даже не в том, что эта женщина могла оказаться классической стервой, коих Чезаре не выносил. Если бы он прислушался к интуиции, он понял бы, что бледные осколки подсознания, не имеющие в мужской душе голоса, сейчас размахивают красными флагами и корчат чудовищные рожи. Но и заглянуть в себя не было желания - на своей территории, на хорошо знакомом поле боя Пауло чувствовал себя в безопасности. И если женщина хочет поиграть, почему бы мужчине это не позволить? На минуту итальянцу вдруг показалось забавным встать сейчас, откланяться и уйти, чтобы наблюдать мгновение лицо этой женщины. Не может же она предусмотреть всего? Но одно ясно точно - в своём первом суждении о ней Чезаре ошибся - она вовсе не хрупкая леди, ждущая своего короля.
- Жаль, что вы не хотите назвать своего имени, я уверен, оно так же прекрасно, как и его носительница. Но это ваше право, - чуть кивнув собеседнице, Чезаре наконец обратил взор на переминающегося с ноги на ногу официанта. Он принёс заказ дамы и теперь не знал, как привлечь внимание сеньора.
- Быть может, ваш шеф и меня порадует национальной кухней? В любом случае, сырая говядина, пармезан и оливковое масло найтись у вас должны, - Пауло даже не смотрел в меню, справедливо пологая, что за те деньги, которые он оставляет в этом заведении, он имеет право по-капризничать. - Карпаччо, будьте добры, ризотто с мидиями и креветками.  Вино..., - Пауло пару мгновений перебирал в уме названия и сорта, - Колле Сан`Антонио Соаве.
Подождав мгновение, пока официант испарится, Чезаре снова позволил незнакомке в красном, как он её называл, не имея возможности знать её имя, полностью владеть его вниманием.
- Вспомнить имя? Стало быть, мы знакомы, или вы известная личность? Синьорина, вы интригуете меня всё больше, - забыв о приличиях, мужчина следит за движением губ женщины и тем, как она прикрывает глаза...Какие тут могут быть приличия, она же его провоцирует, разве нет? - Но я не мог знать вас раньше, я не смог бы забыть, если бы встретил вас хоть раз.
Это уже не постановочные комплименты, Чезаре действительно увлёкся этой леди. Она кокетничала, её жесты были те же, что и у других представительниц высшего света, наученных соблазнять без обещаний. Но она делала это естественней. У многих прочих это выходило словно обязанность, но не в данном случае.
"Хищница...Чезаре, ты уверен в том, что ты сам - клыкастый и опасный? А что, как сейчас окажется, что ты тут ясноглазая жертва, строящая из себя вершину "пищевой цепи"? Слышишь,тебя уже убить обещают, если солжёшь".
- И как же вы узнаете, солгал я, или нет? И как узнаю я? - принимая правила игры, мужчина лишь решился их уточнить. Женщина поставила условие - "не имя", так значит, спросить можно всё, что угодно? Нет, спрашивать нужно так, чтобы даже солгав, она приоткрыла себя, ибо ложь - искусство не скрыть правду, а сказать ровно столько правды и лжи, чтобы первая потерялась в последнем.
- Ну что ж, первый вопрос. Что вы любите в этом мире? - задавая вопрос, Чезаре сразу же на него и отвечал сам. Ему лгать в таком ответе не было нужды, так может и от женщины он услышит правду?

+1

8

Мужчина не отступал ни на миг, и это подзадоривало Алекто. Возможно, если бы Чезаре знал, что она играет с ним, словно зверь со своей добычей он бы поскорее удалился от нее. И она даже бы в качестве исключения позволила ему это сделать, так как он был настолько элегантен и обходителен, что впервые за долгое время Кэрроу даже поверила, что способна понравится мужчине. Вновь ощутить себя не жестокой убийцей, а просто женщиной.
- Сомневаюсь, что его можно назвать прекрасным, если знать что оно означает, - кокетливо поправив выбившуюся прядь волос себе за ухо, Кэрроу широко улыбнулась. – Так звали одну из трех Эриний, дочь Эреба и Никты. Возможно, Вы знаете, что Эринии это грозные божества Аида, рожденные из капель крови Урана, раненого Кроном, пролившихся на мать-Гею. – Алекто переплела пальцы своих рук, - Они мстили за самые жестокие преступления, особенно направленные против семьи и рода, пробуждая на земле месть, безумие и злобу. И разумеется, столь интеллигентный человек, как Вы, тем более исходя из блюд что Вы заказали, исходя из Вашего происхождения, должны знать, что сестры – фурий, а именно так в римской мифологии назывались Эриннии, выглядели как старухи с развевающимися змеями вместо волос и с зажженными факелами в руках. А из пасти их капала кровь. Хтонические божества, охранительницы материнского права, законности и правопорядка.
Кэрроу вновь расплетает пальцы рук, чтобы свободно откинуться на спинку стула и еще более внимательно посмотреть на своего собеседника. Он проявлял любопытство, которое можно наблюдать больше всего у подростков, но никак не у взрослых людей. Хотя, именно сейчас, Алекто чувствовала желание продолжать беседу.
- Полагаю, Вы не сможете мне солгать, желая получить откровенный ответ, - ловко парирует женщина справедливые замечания Чезаре.
Он задает свой первый вопрос, который можно назвать весьма правильным, учитывая, что он может помочь определить мужчине, кем именно Алекто является, если он до сих пор этого не понял, хотя она делала все, чтобы он понял это.
Тем временем, к их столику подошел официант, с заказом собеседника Кэрроу и она была вынуждена замолчать. Услужливый мужчина показывает  де Паулу температуру подачи и открывает бутылку, когда получает одобрение. Женщина внимательно наблюдает за тем, как Чезаре искусно пробует на вкус напиток и когда, дав одобрение официанту ставит на стол бокал, она улыбается и внимательно смотрит в глаза мужчины, не обращая внимания на официанта.
Бокалы наполнены, а официант, откланявшись, удаляется, чтобы не мешать гостям продолжить их разговор.
- А теперь, когда нам не мешают,  могу ответить на Ваш первый вопрос. Больше всего в этом мире я люблю жизнь. А так же волшебство. Но я считаю, своим долгом истребить тех, кто не заслуживают права быть волшебниками. Чистота крови – вот что я люблю так же сильно, как и жизнь.
Кэрроу внимательно смотрит на Паулу, пытаясь уловить его эмоции, считать его мысли.
- Теперь мой вопрос. Как Вы относитесь к Пожирателям смерти? – Алекто говорит это не громко, чуть склоняясь к собеседнику через стол. Если сейчас он соберется с мыслями, сопоставит ее имя, вопрос и ответ на свой вопрос и поймет, кто она такая и захочет выдать ее аврорам, она будет готова уйти, но непременно убьет Чезаре. Информация из первых уст дорогого стоит.

+1

9

Огонь не ласков и не нежен, даже если всего лишь танцует на фитиле свечки, но люди привыкли им лишь восхищаться, и не воспринимать, как опасность. А когда перед тобой вдруг приоткрывается жерло адовой кузницы, ты чувствуешь жар, что готов обуглить твои кости, когда смрад серы и плоти, обратившейся в пепел, ударяет в лицо - так же трудно поверить, что это тот же самый огонь, что мурлычет в камине или освещает твои покои во время очередного греха. Это адово пламя смотрит на тебя из глаз красивых женщин, с которыми ты этот грех совершаешь, но ты снова это огонь боготворишь. Мало кому удаётся заглянуть в ад раньше, чем покинуть этот мир. Ад - это не боль, не пытки, не вечность в наказании тела. Это вечность в наказании души. Это вечный плен. Жизнь коротка, и слово "вечность" в устах сметного ничего не значит.
Чего только не услышишь из уст священников во время мессы. Волшебники тоже верят в Бога, с одним лишь отличием - для них магия не происки дьявола, но божественный Дар. Вместо этого вида проступков перед Вседержителем, у магов есть множество других способов попасть в Ад. И сейчас перед Чезаре Ди Пауло сидела посланница Люцифера в чистом виде.
О, как вспыхнули её глаза, когда она описывала мужчине фурий, кои приходились ей, несомненно, сёстрами родными. Она гордиться своим именем.
"Алекто", - имя, произнесённое про себя, будто камень, упало на дно сознания, порождая громкоголосое эхо. В этом эхе Чезаре услышал и "я тебя предупреждал" внутреннего голоса, и "беги, чего ты ждёшь!", произнесённое инстинктом самосохранения. Но, как утверждают мудрецы, чтобы тебя услышали, нужно замолчать. И любопытство молчало, ждало, пока остальные наорутся до хрипоты и затихнут.
- Они зовутся Эвменидами, с тех пор как сменили гнев на милость, - тихо, ни к кому не обращаясь, произнёс Пауло, поднося к губам бокал. Он почти не чувствовал вкуса вина, кивнув официанту автоматически, и не обратил внимания на принесённые блюда. Страх? Да, пожалуй, это был страх.
"Жизнь, волшебство, чистота крови... Будь ты чуть внимательней, парень, этот вопрос мог бы и не задавать," - сказал Чезаре самому себе. И вдруг понял, что страх прошёл. Напротив него по-прежнему сидела женщина, а не враг. Просто женщина, предсказуемая, задающая предсказуемые вопросы и отвечающая то, что собеседник и ожидает услышать. Да, она точно не видит в мужчине рядом кавалера для приятного вечера. Фурии, если вспомнить, не особо нуждались в мужском внимании. Дьявол и его слуги принимают разные облики. Сегодня одна из них явилась на землю в этом красивом теле. Что ж, если нельзя грехи отмолить, можно хоть душу продать по-дороже.
Неизвестно, чего ждала Алекто, но Чезаре вдруг стало весело. Он рассмеялся, тихим смехом, глядя на собеседницу. Зрачки, ещё секунду назад чуть расширенные от нерешительности и толики страха, сузились в свете мерцающих свечей.
- Я к ним не отношусь, прекрасная Эриния, - Чезаре сделал глоток вина, теперь уже откровенно наслаждаясь вкусом и прохладой напитка. - В этом мире кто-то должен бороться за идею, кто-то - бороться с борцами за идею. А кто-то - наблюдать со стороны и устранять последствия. Надо сказать, вы и ваши друзья доставляете мне массу проблему, - усмехнувшись, Пауло отправил в рот креветку и пару оливок, не заботясь особо о том, как есть. Соблазнять он уже никого не собирался. - Я не аврор, не беспокойтесь, - тихонько добавил он, - я всего лишь целитель.
Чезаре подцепил на вилку кусочек маринованного мяса. Тоже маленький грех, потому, что сегодня пятница. Сколько таких вот маленьких грешков совершают люди в течение жизни, не замечая их? Зависть, тщеславие, прелюбодеяние - почти каждый совершал их. И эти люди с удовольствием порицают нарушителей заповедей - воров, убийц, предателей. Но ведь именно то, чему подвержено большинство людей - зовётся Смертным грехом. Следовательно - любой из здешних счастливых посетителей, пьющих вино и чревоугоничающих, соблазняющих чужих жён и  расплачивающихся звонкой монетой, с которой им жаль расставаться - преступники, ничуть не меньше, чем те, кто сидит в Азкабане.
- Кажется, моя очередь, - Чезаре снова обратил взор на Алекто. - Представте, что Дьявол предложил вам контракт. Но с условием, что пожелать вы можете только что-то для себя. Не для других, не для этого мира, а только для себя. За что вы готовы продать душу? - мужчина наклонился вперёд, вглядываясь в лицо собеседницы. Имело смысл спросить "за что вы продали душу?".

Отредактировано Chesare Di Paolo (2014-02-10 16:57:23)

+2

10

Por una Cabeza - Carlos Gardel
Что такое танец? Танец это страсть, выражение эмоций через телодвижения. Как многое, можно сказать, узнать или забыть придавшись порыву своей души и просто танцевать? Так же и разговор. Он многогранен и искусен ровно настолько, насколько ловок оратор. Те же «па», но в словосочетании, искусном умении оперировать афоризмами и цитатами. Всем, что украшает язык. В этом плане итальянцы умелые «танцоры». Они умеют говорить так, что им, веришь и хочется продлить музыку ласкающую слух. Но так ли она правдива?
Кэрроу внимательно смотрит на собеседника. В его взгляде мелькает опасение и женщина понимает, что он понял, кто она есть. Умный собеседник вдвойне приятен. Тем более, когда ты там, где чаще всего женщина лишь пустая оболочка, красивая, но все же просто кукла в руках кукловода – мужчины. Феминизм? Отчасти, Алекто никогда не скрывала, что жаждет быть наравне, вот только это лишь маска, за которой не так больно скрыть свое разочарование от собственной жизни.
Алекто осторожно подносит бокал к губам и делает глоток. Красное вино все равно что кровь. Она упивается его прекрасным букетом и тем чувством, которое заставило Чезаре позабыть о игривом настрое, будто ребенок, который обжегся, хотя его предупреждали заранее, что к огню не стоит прикасаться. Какая жалость, вот только Алекто не добрая матушка и не станет дуть на раны, напротив, она не прочь посмотреть на дальнейшие страдания де Пауло. Но и тут он ее удивил. Своим смехом. Тихим, аристократичным и таким насмешливым. Взгляд Алекто на секунду стал злобным, но смягчился. Ее собеседник все больше заставлял ее заинтересоваться и убедиться в том, что с его кончиной можно и повременить.
- Неужели? – Кэрроу подставила под подбородок тыльную сторону ладони. – И как же мы доставляем вам проблемы, дорогой синьор де Пауло? – Алекто усмехнулась.
Дерзость вкупе со страхом и красотой могут действовать не хуже, чем амортенция, особенно на таких, как Алекто. Сила – вот что привлекает ее в мужчинах. Только уверенность в ней может заставить ее остановиться и прислушаться и даже бояться.
- Целитель? Как интересно. И что же Вы лечите, душу? – Алекто так же тихо отозвалась, внимательно следя за тем, как Чезаре подцепляет на вилку кусочек маринованного мяса и расправляется с ним. Изысканно.
«Утонченные манеры, весь пропитан лоском и чистотой, жаль, что попался мне на пути», - подумала Алекто.
Де Пауло шел дальше. Второй вопрос. И вновь изощренный. Алекто определенно увлеклась. А ведь это опасно. Но кто не рискует…
Кэрроу вышла из-за стола, казалось, что она готова прервать диалог, но легким взмахом руки она попросила подойти к ней официанта, тот впрочем, не заставил себя ждать. Когда он удалился, Кэрроу подошла вплотную к мужчине.
- На этот вопрос, я дам ответ только лишь если Вы окажете мне честь и потанцуете со мной, - Алекто усмехнулась и ее смех переплелся с звуками танго. – Ответ, вроде что Вы не умеете, не принимается, я уверена, в танце,  Вы ничуть не хуже, чем в красноречии. 
Кэрроу отступила на несколько шагов и провела руками вниз по своим бедрам.
- Ну же, синьор де Пауло, - Кэрроу улыбнулась.
На вопрос, который ей задал Чезаре, она знала ответ. Но вот только степень честности определит именно то, как поведет себя мужчина. Ей нужно определить насколько он готов воспринимать информацию и насколько можно ему доверять, чтобы в случае чего воспользоваться его услугами, а может и не только…

+1


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Архив эпизодов » Мистраль


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC