Вверх страницы
Вниз страницы

Harry Potter and the Half-Blood Prince

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Флэшбек » Бездна к бездне взывает.


Бездна к бездне взывает.

Сообщений 31 страница 36 из 36

31

Брат и свояченица ожидаемо реагируют лишь на упоминание других женщин - кажется, ни Рудольфуса, ни Беллатрикс не интересует ничто, кроме секса, и это вызывает ощущение гадливости в Рабастане.
Он пропускает мимо ушей и упоминание Сэбир, хотя раздраженно дергает углом рта, и даже оскорбительные намеки ведьмы - что она вообще знает о сексе за плату, она, чей муж известен в борделях всей Англии и паре крупных материковых городов.
Рудольфус будто демонстрирует ему свою жену - поздновато спохватился, братец, чертова сука-ведьма давно уже сделала это и самостоятельно - и Рабастан избавлен от необходимости отвечать выходкой Беллатрикс.
Вонь паленой кожи плывет по комнате, заполняя легкие - вонь от сигары почти не чувствуется в этом смраде.
С любопытством Рабастан поднимается на ноги, по привычке пряча ладони в карманы брюк, опирается на стену, рассматривая лицо брата над головой его жены, а затем переводит взгляд к глазам повернувшейся Беллатрисы.
Ему даже жаль ее - что в ней вообще осталось целого после стольких лет в браке с Рудольфусом, который с рождения отличался жестокостью, а после Азкабана и вовсе потерял ощущение границы.
- Ты можешь не спать с ним, - Лестрейндж-младший намеренно адресуется только к ведьме. - Ты права - здесь он бессилен. В самом худшем случае - убьет, но разве это не лучше, чем вечность на троих здесь?
Рабастан чуть ухмыляется, как будто пошутил - но тут же снова становится серьезен.
- Никакие договоры его не удержат, но ты можешь просто перестать подчиняться. Мы оба. Здесь он не сможет нас заставить. Здесь глупо бояться смерти или краткой боли. Здесь мы можем перестать разыгрывать этот поднадоевший спектакль. Согласна?
Никогда и нигде больше подобная сцена не была бы возможна - а сейчас, здесь и сейчас, Рабастан Лестрейндж медленно протягивает руку ладонью вверх приглашающим, почти просящем жестом  в сторону Беллатрисы Лестрейндж, по-прежнему не глядя на своего старшего брата.

+1

32

Дерзость жены Рудольфус спускает с легкостью - он все еще под впечатлением от ее тела, от собственной власти над ней. Что ему до ее слов, которые, к тому же, и оскорблением-то не выглядят, скорее - игривым комплиментом. К тому же, ему нравится ее благодарность, выраженная пусть и в такой форме - это похоже на первые шаги в рамках их договора: он не причиняет ей лишней боли, она ведет себя послушно...
Впрочем, Беллатрикс не была бы собой - и, наверное, он любил бы ее куда меньше - если бы не путала все его планы.
Когда она поворачивается к нему лицом, провокационно поглаживая голую грудь и прикасаясь губами к коже над ребрами, он снова испытующе смотрит на брата поверх головы жены.
Не хочет ее? Вот только ему, Рудольфусу, пусть не врет.
Он тяжело выдыхает, когда Беллатрикс кусается, опускает ладонь ей на задницу, прижимает к себе, обхватывая ягодицы - ему нравится, когда она игрива, нравится, когда она будто зачарованная, не может оторвать от него взгляд...
Резкая боль от ожога вкупе со словами, негромкими, но убедительными, заставляет Лестрейндж скрипнуть зубами - в нос бьет отвратительная вонь горящей плоти.
Медленно, Рудольфус поднимает руку к груди, касается пальцем тонкой кожи, нарастающей на месте ожога - а затем намного быстрее хватает жену сзади за шею, выкручивает руки, не обращая внимания на выпавший окурок.
- Так это ты имеешь в виду, когда обещаешь послушание? - рычит он, сдавливая пальцы.
Давит, давит - убить ее он не боится. Сейчас - нет.
Переводит взгляд на брата, выпрямившегося на своей стороне комнаты. Тот обращается к женщине, как будто Рудольфуса просто не существует. Это действует еще хуже, чем незатейливая пытка жены.
Лестрейндж проволакивает Беллатрикс в Рабастану, толкает ее вниз, ставит на колени.
- Бессилен? - едва ли не выплевывает он в брата, успевшего надеть маску привычной невозмутимости - вот только глаза, бешеные, лестрейнджевские, выдают, что Младший вовсе не так спокоен, как хочет показаться. - Может быть, ты желал бы вечность на двоих? Так давай, трахни ее так, чтобы она никогда больше не думала обо мне. Не боялась меня. Не желала меня. Давай, докажи ей, мне, самому себе, что вы можете перестать подчиняться.
Рабастан перехватывает его руку, которой Рудольфус держит жену. Перехватывает и сжимает, шагает вперед - Беллатриса почти зажата между ними, и вот теперь Рудольфус чувствует, что по-настоящему жив. Вызов, которым густо пропитан взгляд брата, заполняет его без остатка.
Он ухмыляется.
- Отпусти, - роняет Рабастан, настолько спокойный, что Рудольфусу немедленно хочется разбить в кровь его губы, стирая это отстраненное выражение.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2015-05-03 20:01:03)

+1

33

- Ай-ах, - шипит Беллатриса, выгибаясь под пальцами Рудольфуса, стремясь уйти от нарастающей точечной боли в районе шейных позвонков. Боль в выворачивающихся руках она практически не замечает, настолько остро она ощущает давление на шею. В глазах темнеет. На вопросы мужа Беллатриса не отвечает, подозревая, что они больше риторические. Она дергается, пытаясь вырваться, и тут же шипит от усиливающейся боли. Ноги её больше не слушаются, она полностью повисает у Рудольфуса на руках.
Однако она прекрасно csksibn все, что говорит Рабастан. Слышит, и ей хочется смеяться и плакать одновременно. Если бы от её желания что-то зависело! Младший Лестрейндж никак не возьмет в толк, что ей тоже мало удовольствия доставляет лежать под Рудольфусом, нежным, как наждачка.
Зато Рудольфуса слова младшего цепляют за живое. Правда, про Беллатрису он не забывает, но она уже почти уверена, что сможет уличить момент в перепалке братьев и отползти куда подальше.
Не тут-то было. Когда она упустила тот момент,где Рудольфус поменял свое решение не отдавать жену брату на прямо противоположное? Беллатриса стоит на коленях, упираясь ладонями в мягкий пол и по прежнему чувствуя твердую руку на своей шее, заставляющую смотреть исключительно вниз. Лестрейндж пытается разглядеть, что происходит, но видит боковым зрением лишь ноги братьев, а спадающие вниз волосы и закрывающие обзор наполовину лишают её и этого зрелища.
Зато Беллатриса по-прежнему всё отлично слышит.
- Что? - Дергается Беллатриса, пытаясь вывернуться из-под руки Рудольфуса. Рабастан? Ну уж нет. Она не даст им использовать себя как вещь, передавая из рук в руки с целью удовлетвориться.
- Не смей этого делать. Отпусти меня, - наверное, это как раз те слова, которые не нужно было говорить Рудольфусу, но Беллатриса в приступе ярости не способна здраво рассуждать, она способна только дергаться, стараясь стряхнуть с себя руку Рудольфуса и пытаться ударить его локтем.
- Бастик, - ищет поддержки ведьма на другой стороне, - объясни этому безумцу.

0

34

Реакция Рудольфуса на его слова кажется совершенно ненормальной - и Рабастан даже думает, а не перегнул ли он палку.
Однако пока достается Беллатрисе - именно на ее шее его старший брат стискивает пальцы.
Его собственная реакция - подстать происходящему.
- Отпусти, - снова повторяет он, усиливая хватку, прямо в лицо ухмыляющегося Рудольфуса, читая в глазах того жажду открытого столкновения. Снова и снова, снова и снова. Только теперь Рабастан готов к этому - если эта комната действительно что-то делает с ними, так он, пожалуй, перестанет сопротивляться.
Беллатриса тоже не отказывает себе в удовольствии и не остается в стороне. Младший опускает голову, ловит ее горящий яростью взгляд из-под руки Рудольфуса. Подумать только, она возмущена, рассержена, взбешена. И как всегда алогична.
Он кривит губы на эту собачью кличку, которой она вновь его награждает - если Беллатриса и правда просит помощи, то могла бы выбирать выражения,  - однако не торопится посылать ее к Мордреду.
В конце концов, Беллатриса - это ахиллесова пята его брата, так почему бы не воспользоваться тем, что само идет в руки?
Если его теория о Лимбе верна - а он в этом почти не сомневается, Рабастан Лестрейндж, лучший в своей выпуске - то здесь им дозволено все.
Кривая гримаса сама собой превращается в ухмылку - недобрую, больше подходящую Рудольфусу, и Лестрейндж-младший медленно поднимает голову, глядя в серые глаза брата.
- Я могу перестать подчиняться. И всегда мог, - негромко и все еще парадоксально спокойно говорит он. Парадоксально - потому что в тот же момент толкает Рудольфуса в грудь свободной рукой, толкает резко и изо всех сил. Открытое неподчинение, не короткая вспышка, а откровенный бунт, наполняет его восторгом, смешанным с возбуждением, накатывающим будто волна.
- Мне нет необходимости доказывать что либо, трахая твою жену. Мне вообще наплевать на нее, если на то пошло. Но если ты еще хоть раз попытаешься ее покалечить из своей прихоти - в этом случае я найду способ убить тебя и сделаю это. Даже здесь. Ты меня знаешь, Рудольфус - я найду способ.

+1

35

Его жена выбирает самые неправильные слова из всех, которые существуют. Иногда Рудольфус думает, а не делает ли она это специально - провоцирует его, провоцирует Рабастана, который не может не воспользоваться случаем выступить против старшего брата - а если специально, то что ей за радость от этого.
Лестрейндж и не думает ее отпускать, только не после столь наглого требования, запрета - и когда Рабастан отпускает его руку и толкает, он качается назад, по-прежнему удерживая Беллатрикс за шею, крепче стискивая пальцы, пока она пытается освободиться.
Перехватывает руку брата, выслушивает все эти благородные слова, ухмыляется -  ну не смешно ли, его младший брат решил поиграть в защитника невинных дев, да только дева, которая присутствует в этой комнате, невинной-то является лишьпо странной прихоти взбесившейся магии, и в защитнике, если на то пошло, не нуждается.
Отпускает Беллатрису, но тут же перехватывает ее плечо и вздергивает на ноги, заставляет запрокинуть голову, всматривается в темные бешеные глаза.
- Отпустить? - низко и тихо переспрашивает Рудольфус. - И что же? К кому же она пойдет?
У него нет даже мысли, что женщина может не принадлежать мужчине - в его вселенной такого просто не предусмотрено.
Он переводит взгляд на брата - Рабастан выглядит странно напряженным, несмотря на поразительно спокойный тон. Пожалуй, именно по этому совершенно неестественному спокойствию Рудольфус и понимает, что брат категорически далек от  беспристрастности.
- Сколько времени тебе потребуется, чтобы перестать врать самому себе? В шестнадцать ты был смелее. Так много слов о том, что ты не боишься меня, не боишься бросить мне вызов, но на самом-то деле тебя пугает эта маленькая стерва, а еще точнее то, что у нее между ног, не так ли? - Рудольфус издает глухой лающий смешок, с презрением отшвыривая Беллатрису к брату. - Она всего лишь женщина, но ты боишься лишний раз даже посмотреть на нее, потому что знаешь - однажды сорвешься. Ну так бери - возьми ее, я позволяю. Какая разница, если мы мертвы. Какая разница, если это,  - он в ярости обводит комнату широким жестом,  - навечно? Только избавь меня от твоего постного вида.
Рудольфус снова смотрит на жену, улыбается почти ласково.
- Знаешь, когда я отвел его в бордель - кажется, в 77-ом, незадолго до его совершеннолетия - из всех девочек, а там было, из кого выбрать, он выбрал девку старше себя, тощую брюнетку... Есть о чем подумать, да, Звезда моя?
С этими словами Лестрейндж вытряхивает из портсигара последнюю сигарету, неторопливо встречается глазами со взглядом Рабастана, криво улыбается, придерживая сигару в уголке рта.
- Поменяемся. Женщину на зажигалку, - со смешком произносит он.
Рабастан хмыкает, но зажигалку подает.
Рудольфус прикуривает и отходит в сторону, садится, прислоняясь спиной к стене. Прикрывает глаза, затягиваясь.

+1

36

Беллатриса дергается, неистово пытаясь высвободиться из усиливающейся хватки Рудольфуса. Она внезапно остро ощущает, что чтобы она сейчас не сказала, чтобы она сейчас не сделала, братья не обратят на неё внимания более, чем на вещь, послужившую одной из причин их спора - они слишком заняты собой, чтобы обращать внимание на коленопреклонную женщину. От осознания этого Беллатрисе хочется то ли выцарапать им обоим глаза, то ли разрыдаться. В глазах темнеет, когда Рудольфус еще сильнее сдавливает пальцы, и женщина практически не слышит разговора.
Когда Беллатриса практически готова упасть в обморок, Рудольфус резко её отпускает, от неожиданности она неловко падает на пол, но тут же, встрепенувшись, пытается встать. Однако Лестрейндж не дает ей этого сделать, она стоит, снова удерживаемая им, запрокинув голову и стараясь убить мужа взглядом. Вдруг в Лимбе это возможно.
Как получилось так, что она вышла за Ружольфуса Лестрейнджа? Не лучше ли бы было сбежать из дома, прожить изгоем, не чистокровной волшебницой, но и не магглой? Зато она никогда бы не делила постель с мужчиной, для которого она всего лишь "маленькая стерва", всего лишь женщина. Она летит к Рабастану, но удерживается и, пробежав несколько шагов по инерции, не хватается за него. Беллатриса чувствует, как её всю колотит, от унижения, от обиды, от того, что единственный, кто должен быть её защитником так свободно отдает её своему брату, лишь бы не любоваться на его выражение лица.
Лестрейндж оглядывается, ища, чем бы можно было прикрыть наготу исключая вариант с мантией супруга.
Когда Рудольфус обращается к ней, она высокомерно задирает голову, с ненавистью смотря на мужа.
- Меня не волнуют предпочтения Рабастана, - говорит Беллатриса. В ней желание продолжить, но сказать ей нечего - только то, что и дальше бы продолжило унижать её положение, а ничего такого, что бы заставило Рудольфуса замолчать, прекратить подобное пренебрежительное отношение, уважать ее достоинство - ничего такого Беллатриса придумать не может.
"Женщину на зажигалку". Беллатриса отворачивается, чтобы не видно было навернувшихся слез. Чтобы не смотреть, как Рабастан подает зажигалку, словно молчаливо принимая предложение Рудольфуса.
Лестрейндж запрещает себе обхватывать себя руками. В конце концов, она Блэк, а Блэки не сдаются. Она размазывает влагу по щекам и снова поворачивается к Лестрейнжам. Беллатриса подходит к Рабастану.
- Мне не хватит сил тебе сопротивляться, как не хватает сопротивляться Рудольфусу, - тихо говорит Беллатриса, словно возвращаясь к его словам о том, что она могла бы не спать с Рудольфусом, если бы захотела. Не могла бы. Этот лимб гарантирует ей нескончаемый секс.
Лестрейндж бросает взгляд на фигуру мужа, снова смотрит на Рабастана. Она ему должна. Должна снова и в этот раз этот долг для неё нечто большее. И в этот раз он вправе забрать его, как считает нужным. Беллатриса переступает с ноги на ногу, чувствуя смятение.
- Спасибо, - несколько скомкано говорит она. по прежнему тихо, не желая, чтобы Рудольфус её услышал. Она не думает, что ревность Лестрейнджа где-то похоронена в нем. Просто зажата другими чувствами, но непременно высвободиться, перейди они к активным действиям. Пожалуй, это единственное, чем она как-то может задеть супруга. Только вот как донести эту мысль до Рабастана? И, что самое сложное, не утратить при этом чувство собственного достоинства. Беллатриса передергивает голыми плечами.
- Раз это все равно на вечность, а я тебе должна, я не буду сопротивляться, если ты... - Лестрейндж не заканчивает предложение, надеясь, что Рабастан её понял, -я не буду называть тебя Бастиком, - добавляет Беллатриса, отворачивается, отходит к стене, садиться, прижимаясь к белому матрасу.

0


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Флэшбек » Бездна к бездне взывает.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC