Вверх страницы
Вниз страницы

Harry Potter and the Half-Blood Prince

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Малфой-мэнор » Центральная гостиная Малфой Мэнора


Центральная гостиная Малфой Мэнора

Сообщений 61 страница 90 из 113

61

Нарцисса притихла, почтительно склонив голову, когда Темный Лорд вошел в гостиную. Женщина, как всегда, не проронила ни слова. Ее не спрашивают. А значит, она должна молчать. Повелитель не любит, когда его прерывают. Это означает, что есть шанс нарваться на кару. И Цисси это ни к чему. Сейчас нельзя подставляться. И подставлять Люциуса. Женщина, броси в на мужа короткий взгляд из под ресниц, лишь плотнее сжала побледневшие губы, когда Белла начала рассказывать о своей операции в министерстве. Да, конечно, только ее старшая сестра могла пойти на такое. Но не зачистить память... Это опасно. И чревато поледствиями. И если авроры возьмут след...
Миссис Малфой внутренне содрогнулась, понимая, что второго унизительного обыска в Мэноре она может не выдержать. Разве мало ей было первого? Нет, она ни в чем не винила сестру. Никогда. Но это было легкомысленно даже для нее. Белатрикс сыграла на грани фола. Теперь они все качаются на лезвии бритвы. Если она прогневит Повелителя, все пропало.
Но, к счастью, гнев Темного Лорда находит иной выход.
В гостиную входит Миссис Кэрроу. Опаздание. Повелитель не любит опазданий. Это для него оскорбительно.
- Леди Кэрроу,  Азкабан так сильно подействовал, что, даже самые простые манеры успели выветриться??!... Или Вы считаете выше своего достоинства причину Вашего здесь присутствия? - змеинное шипение, перемешанное с человеческой речью. Это по истине пугает. И Цисси, проявляя чудеса самообладания, сдерживается, когда пожирательнице достается удар магической плетью.
Надеюсь, я не прогневаю его ничем и никогда... - с нотками страха, прокравшимися в сердце подумала она.
- Ваша верность сослужила мне хорошую службу, и послужит еще. Не менее чем за полчаса до начала вы все снова должны собраться здесь. Надеюсь, предоставленного времени вам хватит... на все? - словно заканчивая разговор произносит Темный Лорд.
И Цисси волнует лишь один вопрос, смешанный со смутным облегчением от того, что для нее нет конкретных указаний.
Ее волнует - что теперь делать ей? Ведь для Сэбир сказано все. А про то, куда отправиться ей - ни слова.
Внутри все похолодело.
Неужели и мне придется... вместе с остальными? - пронеслось в голове и женщина неосознанно перевела взгляд на Люциуса, словно спрашивая у него совета и на мгновение становясь растерянной, но тут же беря себя в руки.

+3

62

От приторности тона Беллатрикс Рабастану хочется немедленно обхватить ее шею пальцами и потрясти так, чтобы она перестала вести себя как малолетняя сумасшедшая, но он гасит в себе это самоубийственное желание, только насмешливо щерясь на ее рассказ, который она начинает с пустой фразы. Она вся в этом рассказе, сюсюкающая, качающая головой... Такая раздражающая.
Он провожает взглядом бутылку, которую она приманивает из буфета, отворачивается от ее улыбки, которой сыт по горло. Как случилось, что она стала его семьей? Одной из тех людей, которых он с полным правом считал своей семьей? Она, раздражавшая его еще в школе и такая безумно-притягательная с детства, причем безумие здесь главное слово.
Однако вдоволь насладиться своим успехом и восхищением, так отчетливо прозвучавшим во фразе Антонина, милейшей Беллатрикс не удалось. В гостиной появился Лорд и Рабастан немедленно спрятал палочку в карман своей куртки и почтительно поклонился, опасаясь вызвать недовольство Повелителя очередной неосторожной фразой. Пожалуй, молчание будет наилучшим выходом, потому что коньяк Люциуса уже отлично развязал младшему Лестрейнджу язык, делая его не болтливым, но способным произнести несколько фраз кстати, и. что много печальнее, некстати.
Темный Лорд вновь потребовал от мадам Лестрейндж пересказа ее приключения с Ранкорном, который еще и не подозревал, что его судьба решится в ближайшие несколько минут далеко от Лондона, и Лестрейндж, пользуясь моментом, посмотрел на Сэбир, тихо стоящую рядом. На нее вроде бы не произвело впечатление все, происходившее в гостиной до появления Лорда, и Лестрейндж задался вопросом, а что вообще сама Тэсс думает о своем задании помимо того, что оно необходщимо к выполнению. Однако об этом прямо сейчас думать было явно лишним, да и опасным, поэтому он сразу же избавился от посторонних личных размышлений и целиком и полностью сосредоточился на рассказе Беллатрикс...
И явно был не единственным, сделавшим это, в их славной компании. Сама Белла ждала похвалы от Лорда, а Долохов, пользуясь своими привилегиями, осмелился задать вопрос, который волновал их всех.
Светильники на стене в паре футов от того места, где стояли они с Сэбир, внезапно разлетелись на многочисленные осколки, а от предшествующего этому едва слышного звона и Рабастана потемнело в глазах: последствия какого-то Ступефая в прошлом отдавались такими вот выкрутасами со слухом время от времени. Он едва успел поднять руку, чтобы защитить глаза, и толкнуть Сэбир на шаг за спину, а хрусталь уже осел на полу, а волна напряжения, поднявшая у него на затылке волосы, сконцентрировалась на вошедшей и незаметно пробирающейся вдоль стены гостиной Алекто Керроу.
Гнев Лорда на этот раз нашел свою жертву, и то, что ею стала Алекто, неизмеримо облегчило Рабастану жизнь.
Он отвел глаза от Керроу, незаметно ощупывая рукав куртки и размышляя, что Алекто определенно несмотрительна, раз осмелилась опоздать на вызов Повелителя, да еще и являться после как ни в чем не бывало. Хотя. и он искренне считал, что так оно и было, от ее оправданий стало бы только хуже. Едва ли Темный Лорд вообще позволил бы ей говорить, этой привилегией в его присутствии обладали немногие, и Алекто, как и сам Рабастан, не принадлежала к этому числу.
Лестрейндж впился взглядом в понурое лицо Беллатрисы, осознающей свою промашку. Он ожидал увидеть, как Лорд накажет ее, как сотрет это выражение превосходства с ее лица, как до этого уничтожил его на лице Алекто, но Беллатрикс явно была в фаворе. А может быть, Лорд счел, что ее собственное раскаяние станет для нее худшей карой.
Поспешно отбросив ненадлежащие мысли и рассуждения о мотивах Повелителя, Рабастан отреагировал на имя Тэсс прерывистым вздохом, прозвучавшим тихим свистом втягиваемого сквозь зубы воздуха. Итак, Сэбир остается здесь, среди них.
– Ваша верность сослужила мне хорошую службу, и послужит еще. Не менее чем за полчаса до начала вы все снова должны собраться здесь. Надеюсь, предоставленного времени вам хватит... на все?
Лестрейндж, в это время осмысляющий слова о Сэбир, вновь поклонился, краем глаза уловив гримасу на лице Лорда, которая обозначала улыбку.
Следующие фразы Повелителя подтвердили, что собрание окончено и на этот раз окончательно.
Лестрейндж, не поднимая по-прежнему головы, цепко ухватил Сэбир за локоть и повел вслед за собою к дверям, где уже брела Беллатрикс, выглядящая настолько расстроенной, насколько и не похожей на себя. Нарцисса же и вовсе растерянно оглядывалась на Люциуса, будто надеясь, что он прояснит ей все непонятные моменты.
- Выйдем в парк, - негромко обратился Лестрейндж к миссис Малфой, ведомый чем-то невнятным. Ее промедление в гостиной, малейшая оплошность могут дорого стоить не только ей, но и ее мужу, который  был сбит с толку сейчас не меньше самой женщины.
Рабастан придержал дверь перед обеими женщинами и вышел следом, только в коридоре отпустив локоть Сэбир. Нестерпимо захотелось выпить. Определенно, столь частые встречи с Повелителем не идут на пользу его здоровью.
Передернув плечами, он быстро направился в холл, собираясь выбраться на свежий воздух и не заботясь о том, последуют ли за ним Нарцисса и Тэсс.

- в парк поместья

+4

63

Комната наполнена холодом, который проникает во полы мантии, обжигает кожу, сдерживает дыхание. Обитель Малфоев как всегда холодна и неприветлива, пестрит зеленым цветом – цветом Слизерина и, как считают хозяева, аристократии. А раньше то дом был поярче. До полного позора Люциуса, до его унижения и почти уничтожения. Он не смеет говорить, дышит через раз, каждое его движение дает повод для издевательств Темного Лорда. И все это видят другие пожиратели, видят и злорадствуют. Среди них не бывает союзников, напарников и естественно друзей. Они могут работать на задании с теми кого ненавидят, и даже под шумок убрать ненавистного соперника во время очередной перестрелки. Они не союзники, они просто служат Темному Лорду, но каждый из них бдит свою шкуру, старается снискать славу, легких денег, милости Лорда – все только для себя. Это не эгоизм, для них это стиль жизни.
Так живет и Амикус. Но ему и не нужны друзья, он не нуждается в поддержке, даже наличие сестры иногда кажется ему странной шуткой. Он любит ее, уважает, оберегает? Наверно да, но скорее не из чувства «большого брата», а потому что так надо где-то на каком-то генетическом уровне. Но если она умрет, будет ли Амикус страдать? Вопрос на который он сам не может ответить. Что же касается других пожирателей…ну их всех он когда-нибудь встретит в Аду, где им и место. А Лорд? Большинство волшебников, даже сильных и мудрых магов теряют самообладание даже при мысли о Лорде. У них трясутся поджилки и они готовы сделать все что угодно, лишь бы спасти свою жизнь. Боится ли его Керроу? Нет. Это не страх, не слепое преклонение, не нелепое последование. Не будь Амикус таким жадным и самовлюбленным, ему было бы наплевать кто победит – Лорд или шрамированный сопляк. Но если Волдеморт захватит власть, пожирателям будет легче, свободнее, они смогут делать все что захотят и некому будет их остановить. Тут есть своя выгода для многих, в том числе и для Амикуса. Потерпеть чуть-чуть, помочь Темному Лорду, и тогда настанет его время, тогда Амикус начнет дышать полной грудью, тогда его безумые выйдет за рамки возможного. Просто нужно подождать. Он не слуга, не прихвостень, не аристократическое ничтожество. Он выше этого.
Думать об этом можно было много, но на данный момент положение вещей не менялось – Амикус торчал в доме Малфоев, выслушивая очередной план атаки на Хогвартс. Мерлин, да если бы они не цеплялись за Министрество, Хогвартс и этого старого дурака Дамблдора дели шли бы намного быстрее. В этом плане Темный Лорд был очень узколобым – вцепился в чертового директора как клещ, а ведь за время их противостояния можно было столько всего другого успеть. Керроу все же решил изменить ход мыслей – как-никак Лорд владел Окклюменцией. Вкрадчивый и резкий голос Беллы заставил мужчину повернуть голову в ее сторону.
- Я трансгрессировала на соседнюю улицу рядом с официальным входом в министерство. Там почти никого не было и меня никто не заметил. Через некоторое время подошёл этот волшебник, Альберт Ранкорн. Я наложила на него империо....
Какая Белла молодец, какая услужливая, сходи возьми пирожок с полки. Амикус и сам не заметил как недовольно оскалился. Взять бы ее за гриву, да стукнуть пару раз об стенку. Белла бесила его до корней волос, ее беготня и восхваление Лорда просто выводило Кэрроу из себя. Не успел гнев покинуть вены Амикуса, как тут внезано появилась его сестра.
- Леди Кэрроу, - Волдеморт ощерился и злобно прошипел, -  Азкабан так сильно подействовал, что. Даже самые простые манеры успели выветриться??!... Или Вы считаете выше своего достоинства причину Вашего здесь присутствия?
Амикус закатил глаза – ну как можно быть такой дурой и злить Воландеморта именно сейчас? Они же договорились, что сейчас они не будут делать глупостей и попадать в немилость. И каков итог? Темный Лорд недоволен и заклинанием чуть не отсек им головы.
- Не менее чем за полчаса до начала вы все снова должны собраться здесь. Надеюсь, предоставленного времени вам хватит... на все?
Амикус уже теребил в кармане пачку сигарет – желание закурить прямо скручивало его изнутри.
- Все.
Значит пора уходить. Как интересно, за эту «встречу» Кэрроу и рта не раскрыл. Ну и не надо, похоже сейчас предстоит долгая беседа с сестрой. Пожиратели начали расходиться, Лорд нетерпеливо провожал их взглядом. Амикус подошел к сестре со спины, схватил за руку и потянул за собой.
-Идем отсюда, пока ты какую-нибудь глупость не сделала.
--------------> ушли

Отредактировано Amycus Carrow (2012-09-23 21:06:55)

+3

64

Парк поместья.

- Лестрейндж! Да как ты смеешь! Мне твоё желание не нужно. Забери обратно. Я сама могу. А то, что мне приставили нож к горлу, ты виноват сам. Не надо было развлекаться в одиночку. Ты итак был с живым щитом. На большее не хватило сил? О чём ты думал, когда эта мелкая истеричка и старая кошатница вдвоём напали? А когда выскочил этот рыжий? Мог бы хотя бы его взять на себя! - его  догоняет недовольная супруга, явно не обрадованная подарком. Лестрейндж игнорирует ее вспышку ярости, хотя  ему требуется  на это много усилий, но последние слова его повергают в тяжелую душащую  ярость.
- Не нужны мои подачки? - рычит он, но жена обгоняет его  и скрывается в коридоре. Беллатрисе нужно преподать урок, и, пожалуй, он воспользуется тем,что она так легкомысленно отвергла его подарок.
Он оставляет мантию в коридоре, и домовик тут  же покорно принимает ее, унося куда-то. Без нее ему намного легче, хотя  плотная ткань  не настолько большая тяжесть. Ему необходимо зелье, однако для этого  нужно будет отправляться в Лондон.
Последние слова жены его брату и уверенные ответы девочки, державшейся не худшим из возможных образов, в некотором роде удивили Рудольфуса.
Дафна. Конечно, ее зовут Дафна, его крестницу, которая выросла. Она была ровесницей малфоевского щенка, и сколько Лестрейндж о ней не вспоминал? Десять лет? Пятнадцать?
Из всех невероятнейших совпадений это  его впечатляет: встретить на детском празднике единственную ученицу,  которая как-то с ним связана... Возможно, это знак. Только Лестрейндж не слишком понимает, о чем этот знак может свидетельствовать. Но это  все потом,  сейчас важнее всего Лорд.
Рудольфус появляется в центральной гостиной сразу же после Беллатрисы. Он проходит в тяжелые двери, стараясь не создавать дополнительного шума, опустив голову и чуть прихрамывая. Сегодня же ему нужно будет наведаться к "Боргину и Бёрку", пока старые зелья еще действуют, но явно на исходе, иначе он вскоре потеряет и оставшуюся  возможность передвигаться хоть сколько-то эффективно для боя.
Змея Лорда не привлекает его внимание. Лестрейндж низко кланяется, обращаясь к высокой фигуре в стороне.
- Мой Лорд, мы вернулись, - почтительно проговаривает он, поднимая голову. - Нападения прошло благополучно, несколько авроров мертвы, нас опознали. Министр больше  не сможет игнорировать наше освобождение, мой Лорд, ему придется признать Ваше могущество. Среди  детей нет погибших.
Он делает паузу перед тем,как перейти к сообщению о похищенной крестнице. Самовольная выходка могла обернуться для него неприятностями, но скрыть что-либо  от Повелителя Рудольфус не считал возможным, а потому предпочел начать сам.
- Из деревни я вернулся со своей крестницей, мой Лорд, - поиск объяснения этой выходке не заставил себя ждать. - Она чистокровна, и ее отец придерживается нейтралитета.Ради безопасности своей  семьи,  которую мы можем ему гарантировать, он с  радостью согласиться оказать мне несколько небольших услуг, пользуясь уважением и доверием в стенах Министерства и среди чиновников. Это может оказаться полезным  подспорьем в наших планах, Милорд.
Лестрейндж снова низко кланяется, опасаясь реакции на свое  самовольство.

+2

65

Рудольфус разъярённо рычит ей в спину, и Беллатриса понимает, что они поругаются сегодня. Ну уже поругались. Она была смертельно обижена на Рудольфуса оскорбившего её своим предложением и начавшим раздражать ещё с самого праздника. Рудольфуса она, похоже, в свою очередь тоже взбесила. Ночь началась прекрасно.
Сегодня Лестрейндж определённо не везло. С самого утра её преследовали неудачи. Одна за другой.
Беллатриса на мгновение задержалась у двери в гостиную, провела ладонью по резной и немного запыленной, видавшей лучшие времена двери. Над голой потрескивал факел, разбрасывая искры. Сейчас она увидит Его. Беллатриса вспомнила свой утренний промах. Наверняка приговор уже ждёт её. Она аккуратно приоткрывает дверь и очень тихо проходит в образовавшееся пространство. как она и предполагала, Лорд был там. Не один, разумеется, со змеёй уже вернувшейся из парка. Она кланяется Тёмному Лорду, не смея поднять на него взгляд. Беллатриса вернулась первая. Скоро вернуться остальные. В дверь прошёл Рудольфус. Про существование мужа Беллатриса успела порядком подзабыть, теряя голову от того, что находилась довольно близко от Милорда. Он тоже не стал уходить в глубь комнаты, а остановился в нескольких шагах от Беллатрисы. Выполнив стандартную церемонию почитания Повелителя, Рудольфус взял на себя доложить о выполнении задания. Беллатриса не стала вмешиваться и перебивать. Потому что не следовало докучать Лорду своими перепалками и потому, что Рудольфусу действительно нужно было доложить больше чем ей.
- Мой Лорд, мы вернулись. Нападения прошло благополучно, несколько авроров мертвы, нас опознали. Министр больше  не сможет игнорировать наше освобождение, мой Лорд, ему придется признать Ваше могущество. Среди  детей нет погибших.
- кратко и ясно. Рудольфус не стал вдаваться в подробности, но Беллатриса внимательно ожидала продолжения рассказа. Ей хотелось посмотреть, что будет с мужем, который допустил слишком много вольности в выполнении важного поручения.
- Из деревни я вернулся со своей крестницей, мой Лорд.  Она чистокровна, и ее отец придерживается нейтралитета.Ради безопасности своей  семьи,  которую мы можем ему гарантировать, он с  радостью согласиться оказать мне несколько небольших услуг, пользуясь уважением и доверием в стенах Министерства и среди чиновников. Это может оказаться полезным  подспорьем в наших планах, Милорд. - Беллатриса удивилась. Она вспомнила, где слышала фамилию Гринграсс раньше. Но это не особенно волновало, особенно сейчас. Убедившись, что муж закончил, Беллатриса тоже поклонилась. Лестрейндж бросала восхищённые взгляды на Милорда, полные слепого обожания и верности.

+1

66

Парк поместья.

Рудольфус уже отчитывается, когда Долохов, сжимая руку Алекто, проскальзывает в гостиную и склоняется в низком поклоне. Кэрроу следует быть сейчас в гостиной - Пожиратель уверен, что они все сделали абсолютно верно, единственной проблемой могло быть только самоуправство Рудольфуса, но за это он отвечает сам и своей головой, а вот Алекто стоит засветиться пред красными очами Повелителя, чтобы загладить дневной инцидент. Впрочем, Долохову кажется, что Рудольфус вряд ли серьезно пострадает - то, как Лестрейндж выкрутил похищение девчонки, вызывает у Антонина естественное восхищение: теперь это похищение выглядит рациональным шагом в их борьбе за Министерство и политическое влияние. Определенно, Лестрейнджи не лишены некой гениальности.
- Милорд, - бодро начинает Антонин, уловив взгляд Лорда и наклоняя голову еще ниже, - Рабастан Лестрейндж занялся пленницей. Он собирается определить ее в одну из камер подвала мэнора, Милорд, пока Вы не решите ее судьбу.
Прямой взгляд Хозяина - достаточный повод для того, чтобы открыть рот, это Долохов тоже уяснил, а еще он пытается показать, что появление пленницы не внесет ни малейшего диссонанса в устоявшийся быт в доме Малфоев, что ею уже занимаются и ни малейших беспокойств Милорду она не доставит.
Исподлобья он кидает быстрый взгляд на Рудольфуса, явно чувствующего себя не в своей тарелке и даже выглядящего непривычно несобранным - одновременно злым, встревоженным и удивленным. Удивление, как подумалось Антонину, было вызвано его сообщением о подземельях - Дафна Гринграсс все же отличалась от обычных постояльцев камер в подвале, но Антонин не собирался проявлять неуместную инициативу, советуя Рабастану отвести пленницу, например, в одну из свободных гостевых спален - такие вещи может решать только Повелитель. Несмотря на происхождение мисс Гринграсс, несмотря на ее крестного отца, несмотря ни на то, что держать чистокровную девицу в темнице - моветон, ее судьба в руках Темного Лорда и только его.
- А что Поттер? - свистяще спрашивает Лорд, игнорируя тему крестницы Лестрейнджа. Долохов не может решить, хороший это знак или плохой, но все же отвечает:
- Гарри Поттера скорее всего не было в Хогсмиде, Милорд.
Уже договаривая фразу, он чувствует некую ошибочность, но исправлять что либо поздно.
Гостиную наполняет почти ощущаемая тишина, подобная дыму, который щекочет ноздри и раздражает слизистую до першения в горле. Антонин сдерживает порыв кашля, который, несмотря на принятые ранее вечером зелья, вновь его настигает, и изучает ворс ковра под своими сапогами. На ковре, светло-сером, с зелеными и белыми разводами, остались следы от грязных сапогов Пожирателей Смерти и малфоевским эльфам придется сегодня как следует потрудиться, чтобы исправить нанесенный ущерб.
- Скорее всего не было в Хогсмиде? - вопросительно повторяет слова Долохова Лорд в полной тишине. Антонин снова кланяется.
- Мы не видели его в пабе, Повелитель.
Он не уверен, чем ему происходящее грозит - Лорд ясно дал понять, что они не должны трогать Поттера, поэтому никто из них и не выглядывал очкарика-Избранного, но теперь Антонин уже теряется в догадках, а не должны были они хотя бы передать привет от Повелителя.
- Был ли в деревне Орден Феникса? - внезапно спрашивает Повелитель, будто и не было этих вопросов о Поттере. Антонин ощущает волну облегчения, прокатывающегося у него по позвоночнику. Он поглядывает незаметно вокруг, решая, кому из них отвечать на вопрос, но все же сам берет слово.
- Некоторые его члены, Милорд. И авроры, - затем умолкает. В конце концов, он в основном стоял на улице и имел дело с аврорами, так что об Ордене пусть отчитываются Лестрейнджи.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+3

67

Беллатриса также молча слушает доклад Долохова. Ничего нового, всё весьма тактично и правильно, главное - кратко и ёмко. Сама пожирательница так не умеет. Наверное, в этом она даже немного завидует Антонину. Краем глаза Беллатриса всё же замечает тоже провинившуюся сегодня Алекто, хотя мысли мадам Лестрейндж заняты совсем другим. По идее, с докладом нужно было выступить как раз ей, чтобы загладить сегодняшнюю вину, но пытаться объяснить это Рудольфусу, а уж тем более Антонину, Беллатриса не собиралась.
- А что Поттер? - взгляд Беллатрисы завороженно сверкнул, устремляясь на говорившего, а потом тут же опустился, как бы испугавшись своей излишней смелости.
- Гарри Поттера скорее всего не было в Хогсмиде, Милорд. - а был ли? Беллатриса осторожно смотрит на Антонина. На его бы месте она не стала бы делать настолько поспешные выводы. Если малчишка не полез в гущу схватки, это не значит, что его там не было. Возможно, кто-то просто вправил ему мозги, выбив часть героическо-спасательной черты характера Поттера. А возможно, его там действительно не было. Но сказанного теперь не воротишь, и если Лорд останется недоволен ответом, всё закончиться плохо не для одного Антонина.
Небольшая пауза, которой, впрочем, достаточно, чтобы вспомнить все свои неудачи, поверить в бога и помолиться ему, убедиться, что каждый твой шаг ошибочен и глуп. Наверное, Беллатрисе было проще. Она уже верила в Бога. В своего Бога.
- Скорее всего не было в Хогсмиде? - по тону Тёмного Лорда не понятно, доволен ли он полученной информацией, или нет. Если учитывать, что они пока стоят на двух ногах, самостоятельно, в вполне приличном состоянии, то скорее всего, Он не раздосадован, по крайней мере.
- Мы не видели его в пабе, Повелитель. - истинная правда. Беллатриса поклонилась, подтверждая слова Антонина. Они не видели мальчишку в пабе. Они не охотились за ним. Он ясно дал понять, что мальчишка - Его жертва. И Беллатриса не стала его искать. Она следила лишь затем, чтобы случайно не попасть в Поттера каким-нибудь проклятием, одним из тех, что вылетали из её палочки во время битвы. Тогда она действительно почти не обращала на это внимания. Забыла, как бы позорно это не звучало. Но она была уверена, что ни одно заклинание не попало в Поттера, хотя она была готова удавить его хоть голыми руками, без палочки, а заодно и грязнокровку, бегающую за ним, не боясь испачкаться. Ни одно заклинание не попало в Поттера. Он мог, конечно, наткнуться на фантомов, которых создала Беллатриса, но только при условии, что он там был. А такой гарантии не мог дать никто.
- Был ли в деревне Орден Феникса? - Беллатриса с облегчением переводит дух, когда Повелитель переходит на более доступную тему. Она ждёт, что слово возьмёт муж, раз он первый начал. Но Долохов отчитывается первым. Пауза. Нужно отчитаться перед Лордом. И желательно, ей. Перед глазами быстро проноситься цветным фейерверком. Главное - чтобы голос не выдал её, её любовь.
- Милорд, - хриплым шёпотом начинает ведьма, привлекая к себе внимание и отвлекая его от Антонина. Нужно постараться по максимуму быть краткой. Как жаль, что Лестрейндж этого не умеет.
- в пабе по-началу мы почти не встретили сопротивления. Только две девочки. Совсем юные, недавно окончили школу, - Беллатриса слегка улыбается, чтобы подчеркнуть комичность ситуации. Параллельно она бросает взгляд на Долохова, чтобы убедиться, что пожиратель не будет смеяться над ней. По крайней мере пока. - Уже в конце к ним присоединились ещё несколько юнцов, а также Минерва МакГонагалл. Больше никто из старого состава не объявлялся.  - пожирательница склонила голову, показывая, что закончила. Она ужасно волновалась и боялась провалить и это задание. Боялась, что и сейчас найдутся промахи.
В комнате опять повисло на некоторое время молчание. Слышно было, как за окном шумит ветер. Рядом раздалось шипение и шелест - Лорд о чём-то тихо переговаривался со своей змеёй. Беллатриса вздрогнула.
- Пострадавшие? - поинтересовался шипящий голос. Не дожидаясь, пока Антонин или Рудольфус возьмут на себя инициативу, Беллатрикс поспешила ответить.
- Несколько убитых авроров. Возможно, убитый орденовец. Из Ордена тяжело ранено как минимум двое. Лёгкие ранения есть у всех. Среди студентов убитых нет, скорее всего, тяжело раненых- тоже. Отделались лёгким испугом и царапинами. Задели частично обслуживающий персонал. - Беллатриса склонила голову, потом немного спустя добавила:
- У нас потерь нет. - Тёмный Лорд слегка кивнул. На душе у Беллатрисы стало легче. Она бы вздохнула с облегчением. Осталось выслушать вердикт Лорда о проделанной работе и, возможно, что-то об Ранкорне, которого Беллатриса сегодня утром изящно подставила.

+2

68

...Парк Поместья
Каждый шаг, который она делает до Гостиной дается с трудом, единственное, что ее спасает, так это то, что Антонин идет рядом с ней, сжимая ее руку, которая кажется ей самой холодной от страха. Даже принятие метки было не так волнительно, как этот короткий путь из парка мэнора. Сердце бьется о грудину так, что Кэрроу чудиться, что каждый удар раздается  с такой силой, что отражаясь от стен, усиливается, но это лишь ее субъективная оценка реальности. Если бы не Антонин, она бы так и стояла возле двери Гостиной, пытаясь преодолеть страх, чтобы войти. Да и она не особо понимала, зачем Долохов решил повести ее туда, ведь она не особо то и отчитывалась никогда. Но спорить с наставником, Кэрроу не смела, он был куда опытнее ее, в том числе и в общении с Темным Лордом, поэтому она старалась просто следовать за ним. Она склоняется перед Повелителем вслед за Долоховым, стараясь не отходить от него далеко, но все же быть по большей частью в его тени. Тем временем Рудольфус заканчивает отчитываться перед Лордом и Кэррой старательно слушает все, что он говорит, чтобы в случае вопроса Лорда можно было поддержать доклад, хотя она не особо знает, что произошло, разве что она может доложить, что убила как минимум дюжину авроров у входа в паб, раненых она не считала. Основная же операция происходила именно внутри. Единственное, в чем она была уверена, что они целиком и полностью выполнили задание Лорда. Долохов добавляет детали выполнения задания, и она ловит на себе взгляд Беллатрисы. Но сама женщина старается отвести глаза в пол, ей все еще немного страшно из-за дневного инцидента, да и спина все же начинает вновь болеть, то ли потому что действие заклятий заканчивается, то ли от напряжения в котором ей приходится себя удерживать. Алекто сжимает ткань своей юбки, чтобы хоть как-то отвлечься от неприятного пощипывания на спине, она мечтает лишь о том, чтобы отчет поскорее закончился. Ей не хочется, чтобы ее обвинили на этот раз в том, что она подставила врагу спину, хотя не делала этого, но оправдываться перед Лордом было бы ошибкой, поэтому Кэрроу делает из-за всех сил вид, что она осталась цела и невредима. Возможно, другая бы уже теряла сознание или как барышня упала в обморок, только от представления своей крови, но только не она. Характер и воспитание не позволяли ей делать ни того ни другого, да и перед Антонином она старалась вести себя куда сильнее и самостоятельнее. Он заслуживал гордиться своей воспитанницей, почему-то знать, что она может заставить его собой гордиться, было важно для нее. Не вдаваясь в глубокий самоанализ, Алекто просто желала этого, может, причина была в другом, но разве это важно? Куда проще, по мнению Кэрроу, было делать все по наитию, так проще жить…

+2

69

Лорд интересуется, есть ли пострадавшие у них, и Долохов вполне удовлетворен тем, как Беллатриса увела разговор от неприятной темы ранения Алекто. Впрочем, учитывая, что мадам Лестрейндж едва ли сама собиралась посвящать Повелителя в свои злоключения с юной и бойкой девочкой, ловко приставившей нож к горлу самой Беллатрисы, ее лаконичность была довольно объяснима.
Беспокоит Долохова другое - ему не нравится, что Кэрроу молчит и стоит рядом, опустив глаза к полу. Даже он, не применяя легиллеменции, прекрасно видит, что больше всего ей хочется оказаться подальше от этой гостиной, а это плохой признак. Если это заметит Милорд - Алекто пострадает. Если заметит кто-то из Лестрейнджей - тоже мало приятного.
Он встает так, чтобы частично загородить женщину, хотя и понимает, что это плохой выход - Кэрроу не ребенок, чтобы прятаться за чужими спинами. Она, во имя Одина, Пожирательница Смерти, и он, Антонин Долохов, знает, что она не испугается и всего Аврората, вместе взятого. Но она явно боится Повелителя и это плохо, очень плохо.
Разумное опасение возможно, но не страх.
Отчасти Антонин может понять Алекто - она присоединилась к ним поздно, когда Лорд уже... куда меньше напоминал человека, если можно так выразиться, а последовавшее вскоре падение их великой организации и вовсе не оставило Кэрроу шансов узнать Повелителя как следует, но страх? Страх?!
Долохов недоволен, но пока даже не представляет, что с этим поделать. Проводить с Алекто Кэрроу воспитательную беседу как с ребенком, уверенным, что в его шкафу поселился настоящий оборотень, а не простой боггарт, кажется ему противоестественным. Ситуация требует решения, но он еще не знает, какого именно...
- Антонин, ты так задумчив... Что беспокоит моего верного соратника? - голос Повелителя. эти мягкие обволакивающие звуки, шелестящие как сухая хвоя под ногами в летнем лесу, заставляют Долохова вскинуть голову и тут же низко поклониться, выигрывая время. Ответить правду - рискованно, но еще рискованнее солгать. Однако Антонин почти уверен, что почувствовал бы, коснись Лорд его разума, а потому все же приходит к выводу, что Повелитель просто интересуется, не прочтя мысли Долохова заранее.
Он старается не посмотреть ненароком на Беллатрису, силы которой в легиллеменции ему слишком хорошо известны, поэтому задерживает взгляд на малфоевском ковре долго, намного дольше необходимого.
- Я думал о словах Рудольфуса, мой Лорд, - осторожно отвечает он. - О семействе Гринграссов и о том, что сегодняшний день оказался плодотворным в части обзаведения своими людьми в интересующем нас Министерстве.
Это не ложь - он думал и об этом, так что Антонин с каждым словом приобретает было утерянную уверенность в себе.
- Можно ли назвать их моими людьми? - с неопознаваемой интонацией вопрошает Лорд и Долохов уже не думает ни о чем, кроме самого важного - самого важного в своей жизни.
- У Вас есть верные люди, мой Лорд. Верные до последнего часа, до самой смерти и после нее.
Он упрямо сжимает зубы, едва закончив говорить - его верность принадлежит Темному Лорду с незапямятных времен и до самого последнего вздоха. В этой теме он чувствует себя уверенно.
- Вам стоит только приказать, Хозяин, и мы исполним Вашу волю.

+3

70

Беллатриса стоит опустив голову, пока Милорд находиться рядом. Она немного волнуется, а её мысли разбегаются, потому что она находиться рядом с тем, кого боится разочаровать, чью малейшую прихоть она выполнит не раздумывая, тот, кого она любит. Беллатриса слегка дрожит, а её щёки заливает лёгкий румянец. То ли от счастья, то ли от волнения, то ли ещё какое-то чувство, которое человечество пока не придумало как описать словами.
Краем уха она слышит едва заметные перемещения. На слух она прикидывает, что Антонин - наиболее подходящая кандидатура. Рудольфус и змея находятся в другой стороне, шаги Лорда она узнает из тысячи. Остаются Алекто и Антонин, но хрупкая девушка вряд ли будет так перемещаться. Более занимал другой вопрос - зачем ему понадобилось совершать подобные перебежки в присутствии Господина?
Кажется, Повелитель тоже заметил некоторое беспокойство Антонина. Беллатриса смотрит на спину Лорда с обожанием и нотками досады. Досады на Антонина - ведь он своим беспокойством отвлёк внимание Повелителя от Беллатрикс. Женщина одаривает пожирателя недовольным взглядом. Пожалуй, окажись на месте Антонина кто-то другой, менее смелый, от него бы уже ничего и не осталось. А так. Долохов, наверное, и не заметил... А ещё, окажись на месте Антонина кто-то другой, его бы уже не было в живых.
- Антонин, ты так задумчив... Что беспокоит моего верного соратника? - сейчас Беллатриса готова была выцарапать глаза Антонину за внимание своего обожаемого Господина, но не смела, поскольку этот обожаемый Повелитель в данное время тоже находился в гостиной.
- Я думал о словах Рудольфуса, мой Лорд. О семействе Гринграссов и о том, что сегодняшний день оказался плодотворным в части обзаведения своими людьми в интересующем нас Министерстве. - Беллатриса с трудом сдержала шипение. Наглая ложь! Ведьма была готова вопить от возмущения, но стоило только посмотреть на Хозяина, как в груди сразу улеглись все чувства. Беллатриса сжала кулак так, что ногти впились в кожу и по ладони потекла струйка красной жидкости, зато ведьма смогла и дальше сдерживать себя.
- Можно ли назвать их моимилюдьми? - Беллатриса с интересом посмотрела на Антонина, для себя занимая атакующую сторону. Потом Лестрейндж заметила Алекто, которую Долохов странно закрывал. Подозрение. Беллатриса с трудом сдержала улыбку и коварное веселье, внезапно сменившее раздражение и горькую досаду.
- У Вас есть верные люди, мой Лорд. Верные до последнего часа, до самой смерти и после нее. Вам стоит только приказать, Хозяин, и мы исполним Вашу волю. - Беллатриса поклонилась, подтверждая неоспоримую истину этих слов. Волей-неволей, а приходилось признавать, что Антонин, конечно, не самый верный, до Беллатрисы ему ещё далеко, но всё-таки преданный пожиратель. Лорд кивнул, протягивая руку. Приглядевшись Беллатриса ухитрилась увидеть змею, заползающую ему на плечи. Он пробежался по её прохладной коже своими длинными бледными пальцами. Наверное, это глупо - завидовать змее.
- Вы неплохо потрудились в этот вечер, мои верные пожиратели, - Лорд впервые за вечер расщедрился на длинные предложения. Беллатриса воспользовалась моментом и стала впитывать каждое его слово, но их было немного. - Хорошего вечера, - усмехнулся Лорд, а его голос странно-шелестяще прозвучал в гостиной, заставляя ждать подвоха. Возникло то самое цувство, когда чего-то недопонимаешь, чего никогда не сможешь понять. Тёмный Лорд вышел из комнаты, в которой повисла напряжённая тишина. Конечно, Лорда уже не было, но все четверо до сих пор не могли прийти в себя.
Беллатриса хотела уйти, как только влияние Лорда на неё ослабло и она смогла думать о чём-то другом. Но сделав пару шагов к двери она вспомнила кое о чём важном. Не глядя на Рудольфуса Беллатриса подошла к Антонину, кладя руку ему на плечо.
- Антонин, я чуть не забыла, - Беллатриса делает кошкин прищур, выдерживая эффектную паузу. Её голос приторно-сладок, а сама Лестрейндж искренне жалеет, что не может лицезреть неповторимое выражение лица своего мужа. -Пожалуйста, будь другом, - внезапно она резко меняет тон, переходя на раздражённо-нетерпеливый, - скажи Рудольфусу, что я с ним не разговариваю. - говоря это Беллатриса направляется к двери, по прежнему игнорируя мужа. У самых дверей она повернулась ещё раз.
- Спокойной ночи, - это с милой улыбкой было обращено Керроу и Долохову. Беллатриса вышла за дверь и быстрым шагом направилась к своей спальне. У двери она остановилась и посмотрела на укушенную руку. На ней отчётливо виднелись следы зубов Рудольфуса. Лестрейндж провела рукой по шее, сдирая тонкую, только-только образовавшуюся корочку.
- Вот Сволочь, - поднесла руку к глазам пробормотала Беллатриса.

>>>>>> вообще в спальню, но переход на новый эпизод, поэтому я здесь.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+4

71

Алекто стоит, не решаясь поднять взгляд на Повелителя, ее всегда интересовало, как Беллатриса  может делать это и с восхищением. Она прекрасно знала, на что способен Темный Лорд в гневе, но сегодня был ужасный день, да и про себя она проклинала  спину, которая вновь начал обжигать. Кэрроу заметила лишь шаг, который Долохов неожиданно сделал в ее сторону, и подняла на него взгляд, а затем заметила едва заметную ухмылку на лице Беллатрисы и захотела провалиться сквозь землю. Ее прикрыл собой, как ребенка Долохов. Внутри Алекто передернуло, она одновременно была недовольна таким жестом со стороны наставника, а с другой стороны и благодарна, но ее одолело чувство стыда. Женщина поднимает взгляд на Лорда, который смотрит теперь на Антонина и старается не отводить, ни на миг. Боль лишь слабость – повторяет она про себя. Что боль, ради достижения цели, глупость… должна держаться. Чертов страх, во имя  Мерлина, Алекто, ты же не школьница! – Кэрроу злиться сама на себя и эта злость помогает ей проявить больше мужества.
- Я думал о словах Рудольфуса, мой Лорд, - отвечает Долохов. - О семействе Гринграссов и о том, что сегодняшний день оказался плодотворным в части обзаведения своими людьми в интересующем нас Министерстве.
Алекто переводит взгляд на Долохова, и слегка отводит его, она понимает, что должна была сказать что-то, но ее слова звучат не так, как ей кажется. Говорить так же сладко, как Беллатриса она не умела никогда, а стратегические высказывание были присущи скорее Антонину. Она исполнитель, это она четко знала. Алекто готова выполнить приказ, но если нужно доложить или предложить что-то стоящее она всегда старалась говорить более кратко.
- Можно ли назвать их моими людьми? - спрашивает Лорд у Долохова и Кэрроу сильнее сжимает руку, решая, что если Повелитель станет обвинять наставника в том, что он ее заслоняет она обойдет его, потому что это ее вина, из-за ее внезапного страха перед Лордом. Но Долохов знает, что сказать.
- У Вас есть верные люди, мой Лорд. Верные до последнего часа, до самой смерти и после нее. Вам стоит только приказать, Хозяин, и мы исполним Вашу волю.
Кэрроу мгновенно реагирует и склоняется перед Лордом, хотя ощущает, как спина постепенно горит все сильнее. Нагайна ползет по ковру и заползает Лорду на плечи и Кэрроу медленно поднимает взгляд и поднимается стоя теперь рядом с наставником.
- Вы неплохо потрудились в этот вечер, мои верные пожиратели. Хорошего вечера, - сказал Лорд, и Алекто хвалила покровителей, что ее молчание не сыграла злую шутку с Антонином.  Она бы расслабилась, если бы не Беллатриса и Рудольфус, что еще оставались в Гостиной.
- Антонин, я чуть не забыла. Пожалуйста, будь другом, скажи Рудольфусу, что я с ним не разговариваю.  – Игнорируя супруга, говорит женщина и Алекто непонимающе смотрит на нее. Ей никогда не понять эти супружеские игры. Хуже всего, что она становится в очередной раз наблюдателем семейных разборок и понимает, что это довольно неприятно.  Еще хуже, что ей пришла в голову не очень приятная мысль, которая может ей помешать в дальнейшем, поэтому она старается не думать об этом.
- Доброй ночи, мадам Лестрейндж, - говорит она и посмотрев на Долохова  опускает взгляд.
- Не стоило делать этого, Антонин Павлович, - тихо говорит она, понимая прекрасно, что Долохов поймет, о чем она и развернувшись опускается на кресло у самого окна. Ей горько осознавать, что наставнику пришлось пойти на довольно рискованный шаг, ведь, если бы не его положение в глазах Повелителя и умение говорить то, что нужно, то сейчас бы она не рассуждала, впрочем, как и сам Антонин. Проведя рукой по правому виску, Кэрроу недовольно покачивает головой.
Не допущу более такого, не прощу себе его смерть из-за меня, нужно учиться контролировать эмоции, нужно учиться, не попадать под стекла и говорить, правильно говорить. Моргана, мне уже столько лет, а я как девчонка. Локоть Алекто касается подлокотника, и она прикрывает глаза ладонью.

+2

72

Рудольфус стоит в своем углу, как предмет интерьера. Тихо, спокойно и угрюмо.
Его угрюмость  объясняется много чем, преимущественно, его собственной женой. Он уже  жалеет, что не придушил ее, когда у него была возможность сделать это, но  кидаться на ведьму на глазах Лорда просто нелепо, поэтому он стоит, угрюмо склонив голову и ожидая вердикта Повелителя относительно своего поступка с Дафной Гринграсс.
На  удачу Рудольфуса, наказания не  следует. Видимо, Повелителя и правда еще немного  привлекает власть над Министерством и Англией, а не только великий Гарри Поттер, да и своевременная поддержка Долохова как нельзя кстати.
Лестрейндж хотя и удивляется тому, во-первых, что его чистокровная племянница  будет  в Мэноре  на правах пленницы, а во-вторых, тому, что от его брата есть толк, но стоит спокойно, не желая привлекать  к себе  дополнительное внимание.
К тому же, в его голове  появляется некий план насчет девицы, а поэтому лучше выждать подходящий момент, чтобы обратиться к Лорду с просьбой.
Когда Долохов начинает уверять господина в  верности и преданности, Лестрейндж поднимает голову  и тут же кланяется еще ниже, всем своим  видом подтверждая, что его верность неоспорима и принадлежит Милорду.
Тот удовлетворенно отпускает их, и Рудольфус понимает - вот  он, подходящий момент.
- Милорд, - обращается он с должным уважением к Повелителю. - Дафна Гринграсс чистокровна и ее родители никогда не были замечены в симпатиях к магглам и грязнокровкам. Позвольте мне поселить пленницу  в гостевых комнатах.
Лорд равнодушно смотрит на Лестрейнджа, пока  Нагайна оплетает его плечи.
- Делай с ней то, что считаешь нужным, для достижения наших целей, Рудольфус, - шелестяще отвечает Лорд и Рудольфус внятно благодарит, склоняя голову, не в силах  поверить в свою удачу. Это полное разрешение от Милорда дорогого  стоит и хотя Лестрейндж знает, что за провал будет отвечать своей головой,  на данный момент  он доволен  результатом.
Даже мысли о ссоре с женой его почти не раздражают.
Господин покидает комнату и все четверо наконец отмирают, как будто выныривают из-под толщи ледяной  воды.
  - Антонин, я чуть не забыла, - жена подходит  к Долохову непозволительно близко, от чего глаза Рудольфуса тутже наливаются кровью и яростью. Каждое мгновение,  которое рука его жены проводит на плече славянина, запечетлевается в памяти оскорбленного супруга. Слова Беллатрисы практически  неслышны за бешеным ревом крови в ушах Лестрейнджа.
Кое-как до его искалеченного сознания доходит, что жена опять дразнит его, мстя за  все и сполна,  но в эту игру они  играют вдвоем уже столько лет, что Рудольфусу кажется,  что  так было всегда,с момента сотворения мира.
- Зато я разговариваю с тобой, - отвечает он  на  ее пожелание доброй ночи, когда женщина чуть приостанавливается у дверей из гостиной. - И раз  ты отказалась  от желания, то я больше не буду изображать благородства, которого не разделяю. Ты моя должница, Беллатрикс, и я выберу время, чтобы ты исполнила мое желание.
Он не знает, какой эффект на его жену произвели эти слова, но надеется, что эффект  все же есть. Он знает Беллатрису и знает, что она горда как гиппогриф, но не будь он Рудольфусом Лестрейнджем, если не заставит ее платить  за свои муки.
Короткого взгляда на Долохова и Кэрроу ему хватает, чтобы понять, что этих нужно оставить наедине. Он не делает никаких выводов  по этому поводу, но принимает это как должное.
- Распоряжусь о Гринграсс и найду Рабастана, - говорит  он  и выходит из гостиной.
У него планы на сегодняшнюю ночь и ему нужен брат. Поврежденные мышцы ноги требуют своей дозы зелий,  а это значит, что  ему крайне необходимо посетить лавку Бёрка.

потом был эпизод А мы богам отсрочим трибунал
а потом - переход на новый эпизод Гостевая спальня в западном крыле в рамках основной игры, переход на следующее число - 15 ноября 1996

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2013-03-25 13:56:26)

+3

73

---Начало игры---

Снейп уже в который раз пожалел, что согласился сопровождать Нарциссу на бал к Паркинсонам. Разумеется, мисс Малфой его общество выгодно - учитывая положение её семьи спутник из "людей Дамблдора" и, к тому же, полукровка, подчеркнёт в глазах людей из Министерства лояльность супруги опального Малфоя. Да и положение "друга семьи" не давало Северус возможности отказать Нарциссе в такой, в сущности, пустяковой услуге. Вот только он сам никакой выгоды для себя пока не извлёк. Более того, вместо вечера у камина с книгой и лабораторным журналом, он вынужден будет провести вечер среди юных девочек, обезумевших от первого в своей жизни бала, выслушивать причитания их мам и тётушек и разглагольствования мужчин о политике и финансах. В последнем вроде бы роптать нечего, если бы не перспектива того, что юные кавалеры юных же дам будут пытаться участвовать в разговоре. В общем и целом, у Северуса Снейпа не было ни малейшей причины тратить своё время на благотворительный вечер Паркинсонов. Но, разумеется, слизеринец не бы бы слизеринцем, если бы не умел извлекать выгоду даже из того, что ему не нравится.

Заменив рабочую рубашку на шёлковую, а обычную профессорскую мантию на парадную, столь же чёрную, Снейп впервые за десять лет вдел в манжеты сорочки изумрудные запонки, подаренные Люциусом в незапамятные времена и ни разу не носимые. У котла профессор давно уже не стоял, а потому волосы, добросовестно вымытые утром, всё ещё выглядели вполне прилично. Большего никакое общество, в котором Снейп мог бы оказаться, не заслуживало. Внешность профессора давно уже стала притчей во языцех, и ломать стереотипы не было желания, так как Снейпу эти стереотипы не принадлежали. Накинув тёплый плащ, профессор, ёжась от ветра, поспешил перенестись к Малфой-Менору. Снег поскрипывал под ногами, фонтаны давно заглохли, а над мрачноватым поместьем догорал пасмурный день, передавая венец столь же грустной ночи.
Домовик, едва увидев профессора, тут же сообщил ему, что леди Малфой будет готова через минуту. Зная, на сколько может растянуться эта минута, Северус прошёлся по гостиной, в которой столько раз бывал в обществе куда менее приятных личностей, чем хозяйка дома. Нарциссе можно было посочувствовать и отдать должное силе характера этой женщины. Снейп много раз говорил Люциусу, что с супругой ему несказанно повезло. Но даже "стальной позвоночник" может дать трещину. Нарциссе, вне всяких сомнений, стоит немного отвлечься.
Вынув волшебную палочку, Северус минуту колдовал, пытаясь сотворить букет. Цветы дарил он последний раз...да никогда он их не дарил, благо ещё что вообще не забыл заклинание. Спустя время, потраченное на такое необычное для этого человека волшебство, на коленях у профессора, сидящего в кресле, лежала ветка розовой орхидеи. Никакой романтики, просто хочется поддержать близкого человека. И покажите ка ту женщину, которая не любит, когда её дарят цветы.

+2

74

Бал... С такой мыслью наверняка проснулась ни одна жительница магической Британии. Исключением также не стала миссис Нарцисса Малфой.  Если еще полтора года назад, для женщины подобные мероприятия ничего не значили, так как посещать бывшая слизеринка была вынуждена еще с самого детства, и очередное подобное событие не вызывало ровным счетом ну никаких эмоций, то сейчас всё кардинально изменилось.
Во-первых, фамилия Малфоем, стала ассоциироваться не только с пожертвованиями Люциуса, но еще и со связью с Пожерателями Смерти, а во-вторых, женщина очень давно не посещала различные званые ужины и балы, так как полностью была поглощена проблемами в доме. Да и чего таить, если леди Малфой и приглашали на балы, то это скорее для собственного престижа, мол, и про этих предателей мы не забыли. Гордость женщины не позволяла принимать все эти подачки. Пусть подавятся, эти грязнокровки и предатели крови! Но этот, Благотворительный бал, который устраивала миссис Элоиза Паркинсон, было совсем другое.. Как только Нарцисса получила приглашение, она была твердо уверена, что точно пойдет. Вовсе не потому, что женщина соскучилась по этим пафосным балам, с напыщенными хозяевами, а потому, что на этот вечер идет Драко, как только Нарцисса узнала о сыне, её сердце бешено заколотилось. Неужели она увидит сына и лично убедится, что с ним все в порядке, и он цел и невредим, она сможет по-человечески поговорить со своим ребенком, с которым столько не виделась. Леди Малфой тут же поговорила с супругом. И пообещала, что обязательно расскажет, как прошла встреча с сыном. Узнает про задание Темного Лорда.. Люциусу же приглашение не пришло, так как его имя фигурировало в списках Пожирателей Смерти.. Нарцисса была уверена, что без своего мужа, который всегда был с ней рядом на светских мероприятиях, и за которым она чувствовала себя, как за каменной стеной, ей будет очень некомфортно, женщина знала, что не обойдется её не совсем скромная персона без косых взглядов и перешептываний за спиной. Идти одна леди Малфой не хотела, и поэтому ей сразу же пришло в голову пригласить в качестве спутника на Бал - Северуса Снейпа, друга семьи, к которому женщина относилась с глубоким уважением, а после Обета, Нарси видела в нем не только саркастичного учителя, знающего искусство зельеварения просто изумительно  и крёстного своего сына, но еще и близкого друга, который ей очень помог. Женщина в тот же вечер взяла пергамент и своим каллиграфическим почерком начала быстро писать. Когда письмо было закончено, Нарцисса быстро пробежала глазами по написанному тексту, а затем взяла сову и привязала письмо к лапке.
- Лети к Северусу. - сова выпорхнула в окно, женщина еще долго смотрела ей вслед, пока она не скрылась из вида.
Всё утро, женщина потратила на подготовку к балу. Платье ей доставил домовик, которое на заказ сшила французкая волшебница. А вот на прическу пришлось потратить довольно много времени, но как оказалось, потраченное время и силы стоили того. Вскоре, в личных покоях миссис Малфой раздался щелчок, после которого появился эльф, который. после поклона робко заговорил.
-Хозяйка, мистер Снейп уже прибыл и ждет Вас. Что-то передать, миссис Малфой? - эльф опустил глаза к полу.
- Передай, что я скоро буду. - холодно проговорила женщина, продолжая рассматривать свое отражение в зеркале.
Последние аккорды и Нарцисса покинула свою комнату, спустившись в центральную гостиную, хозяйка дома сразу же увидела Северуса, который сидел на кресле, а на коленях у него лежала прекрасная ветка орхидеи. Женщина не смогла не улыбнуться.
-Здравствуй, Северус. Спасибо, что ответил согласием на мое предложение. - на лице женщины, появилась улыбка. Северус был практически единственным Пожирателем (не считая, разумеется, сестры), кого леди Малфой рада видеть у себя в доме.
-Спасибо большое за цветы. - миссис Малфой взяла в руки ветку орхидеи. Получить цветы было очень приятно, так как вспомнить, когда в последний раз Люциус дарил ей цветы она не смогла. Наверное, на день рождение.. От этого женщине стало немного обидно, ведь она все же женщина, и само собой, ей хочется внимания к себе от собственного мужа.. Но подобные мысли она сразу же отогнала, успокоив себя тем, что атмосфера сейчас в мэноре ну точно не романтическая.

Отредактировано Narcissa Malfoy (2013-07-05 10:37:30)

+1

75

Переход на новый эпизод.
Фактически из библиотеки.

И так, прошло довольно много времени с момента, когда Беллатриса в последний раз посетила Хогвартс под личиной Тэсс Себир. Однако, в виду того, что жизнь пожирателей в мэноре была крайне ненасыщенной во времена отсутствия Лорда, и только изредка становилась более разнообразной из-за активной деятельности одного из пожирателей, всё это время можно было скомкать и уместить в пару дней. Вот что было интересно, так то, что их эксперимент с Рудольфусом затянулся. После одного чудного утра супруги всё-таки помирились, а потом ссоры стали просто незначительными.
Лестрейндж оглядела себя в зеркало. Пора. Нужно спуститься к Нарциссе, выпить зелье, и идти изображать светскую леди на балу. На Беллатрисе было великое ей платье - парадное, не привычной расцветки для сложившегося образа Беллатрисы. Туфли тоже были велики. Однако, всё это, казалось, женщину не смущало. Она закинула сумочку на плечо и пришла в гостиную.
Сестре Беллатриса дружелюбно улыбнулась. Потом её губы искривились - женщина заметила Северуса. Этот орденец её нервировал. Несмотря на обет, принесённый им, Беллатриса всё равно ему не доверяла, хотя этот поступок, бесспорно, вызывал в ней некую долю уважения.
- Нарцисса, - Беллатриса кивнула сестре, - приветствую, Северус, - чуть медленнее проговорила Лестрейндж слегка прищуривая глаза. Сегодня бал, и следить за Снейпом времени не было. Беллатриса слегка поджала губы. приятная компания собирается, нечего сказать.
- Амикус задерживается... - Беллатриса глянула на часы. Они вместе с Керроу должны были проникнуть на бал под оборотным зельем. Который раз она уже примеряет личину мисс Себир? Хотя, Беллатрисе, бесспорно, везло с превращениями - её ни разу не поймали. И свои в том числе. В сумочке лежали четыре пузырька - три часа и один, запасной. Потом она уйдёт в мэнор.
Женщина выпила первый пузырёк. Внешность стала мгновенно меняться. Через минуту превращение было завершено. Беллатриса, в облике Тэсс, довольно улыбнулась и расправила платье.

+1

76

Точность - вежливость королей, а Блэки всегда вели себя так, словно носят корону. Правда, удержать корону могут не все. Два Блэка бесславно окончили свои дни, одна из этого рода вышла замуж на магглорожденного, другая готова унижаться перед полукровкой. И только одна представительница этой семьи в глазах Северуса была достойна уважения - Нарцисса. Сказано - через минуту, значит, через минуту. Вокруг скалятся псы - не важно, идём через толпу с гордо поднятой головой. Все вокруг знают о твоих проблемах? Смотри на них с недоумением и спрашивай "какие проблемы?", при этом сверкая бриллиантами и позволяя зевакам рассмотреть тонкий шёлк вечернего платья. Пригласили на бал, скрипя сердцем? Затми их всех.
Именно это думал Снейп, когда обернулся на звук шагов и стал, приветствуя красивую женщину в расцвете лет, с решимостью во взгляде и смелостью в каждом движении. Она улыбнулась, увидев цветы, а Северус пообещал себе поговорить с Люциусом, дабы он больше времени уделял супруге, и она не радовалась бы так цветам из чужих рук.
- Знаете, Нарцисса, сначала я думал, что зря согласился, - честно признался Снейп в ответ на дежурное "спасибо, что пришли". - Но только что я передумал. - Северус сопроводил свой кривоватый комплимент полуулыбкой, приподняв только один уголок рта. Наверное, и ему тоже требуется смена обстановки ничуть не меньше, чем Нарциссе, а то он вскоре и вовсе утратит способность к какой-либо мимике.- Знаешь, Нарцисса, ты, наверное, первая женщина, которой я дарю цветы.
Какое счастье, что не нужно выкручиваться и придумывать комплименты, смеяться через силу, ухаживать и казаться галантным джентльменом. Да и просто тяжело флиртовать с человеком, который в слезах лежал у тебя в ногах, а ты потом пообещал расколоть собственную душу, только за то, чтобы поток этих слёз прекратился. Ах нет, не только в слезах дело. Ещё причина - пара карих глаз, полных ненависти.
Красоту момента встречи двух старых друзей нарушила Белла. Впрочем, она всегда являлась тогда и туда, когда и где Северус хотел её видеть меньше всего. Внешне никто ничего бы не заметил, но внутри Снейп вновь болезненно напрягся, сожалея, что успел расслабиться. Теперь вместо приятного вечера в обществе подруги, с которой темы разговора не ограничиваются Тёмным Лордом и войной, ему придётся снова несколько часов постоянно следить за словами и оглядываться. Настроение, только-только начавшее улучшаться, вновь упало до нуля. Оставалось надеяться, что Белла идёт на бал не из праздного любопытства, а с заданием. Тогда она не будет постоянно вертеться вокруг, будучи занятой хоть каким-то делом.
- Добрый вечер, Беллатриса, - Снейп ответил на суховатое приветствие столь же формальным кивком.
Понаблюдав за превращением миссис Лестрейндж, Снейп повернулся к Нарциссе.
- Будем ждать Кэрроу, или уже отправимся?

Отредактировано Severus Snape (2013-07-07 18:38:30)

+4

77

Этот вечер, можно было бы назвать встречей двух старых друзей. Если бы буквально через пару минут не должны были подойти и остальные Пожиратели Смерти.  При которых, разумеется, ни Снейп, ни Малфой не захотят вести дружеские беседы. И правда, не прошло и пару минут, как двери гостиной распахнулись. И привычной походкой проследовала Беллатриса Лейстрендж, по дороге она дружелюбно улыбнулась Нарциссе, и в ответ получила не менее теплую улыбку. Только с приходом Беллы, можно было заметить невооруженным глазом, что атмосфера в гостиной стала более напряженной. Хотя, нужно отдать должное, что и Беллатрикс и Северус довольно вежливо (если к сестре Нарциссы и профессору Хогвартса можно применить это слово) поприветствовали друг друга.
- Амикус задерживается... - старшая сестра тут же достала из сумочки пузырек. Леди Малфой сразу же вспомнила, что её сестра пойдет на бал в обличии мисс Тэсс Сэбир, француженки и хорошей знакомой Лейстренджа - младшего, а так же одной из "гостей" мэнора. А вот задача Нарциссы была представить Тэсс, как дальнюю родственницу Малфоев.
Внешность Беллы стала меняться, постепенно миссис Лейстрендж обрела внешность француженки Тэсс.
Хозяйка Малфой - мэнора еще не свыклась с мыслью, что перед ней в образе мисс Сэбир стоит её сестра. И не стоит мне все же, к этому привыкать!
- Будем ждать Кэрроу, или уже отправимся? - от размышлений Нарциссу оторвал голос Северуса. Женщина перевела взгляд на профессора.
- Я думаю, можно уже отправляться, мистер Кэрроу найдет дорогу до Паркинс-холла. - холодно ответила миссис Малфой. Когда дело доходило до одного из Кэрроу, настроение женщины заметно портилось. Брат и сестра были одними из главных источников всех скандалов в доме. Эти двое могли ссориться как между собой, так и с остальными, Нарциссе к счастью, не доводилось бывать на этих шоу, но вот пару раз услышать визги Алекто и бас Амикуса в гневе ей все же удалось. и эти двое еще являются чистокровными волшебниками! Каждый раз, когда леди Малфой доводилось их встречать в своем доме, она лишь вежливо улыбалась и сразу же старалась удалиться, так как их общество Нарцисса не могла вынести дольше 2 минут.
Перед уходом из мэнора, Нарцисса еще раз окинула свой дом. Пора! Уверенно заявил внутренний голос..

Паркинсон-холл

Отредактировано Narcissa Malfoy (2013-07-16 17:11:23)

+3

78

Переход на новый эпизод.

   Долохов спустился в гостиную, рассчитывая застать хотя бы пунктуального Рабастана, но комната была пуста. Судя по полному графину коньяка на столике в углу, даже Рудольфуса не было неподалеку. Ситуацию с графином Антонин Павлович поспешил исправить, наливая себе примерно пол стакана - их неофициальное собрание должно было коснуться нескольких вопросов, а потому вряд ли закончится вскоре.
   Лорда все еще не было в мэноре, и Пожиратели проводили время в зимней спячке, лениво занимаясь то тем, то другим, и боясь проявлять излишнюю инициативу, но все же отчет по текучке исправно собирали. Впрочем, нельзя было сказать, что они уж слишком надоедали друг другу. Малфой явно предпочитал общество супруги, Беллатрису Антонин не видел со дня рождения Рудольфуса и их памятного похода в бордель за подарком, да и вообще последнее время Лестрейнджи собирались по углам, шептались и явно затевали что-то семейное, во что Долохов не собирался соваться, а Алекто... Да что Алекто. Его перспективная девочка ударилась в выполнение задания по устранению подозрений в счет Дельфиуса Гринграсса с таким рвением, будто от этого зависела ее жизнь. Хотя после катастрофического провала с Шериданом, так и могло быть. В любом случае, наставника она старательно избегала.
   Долохов отпил коньяка, мимоходом пожалев о том, что приличного алкоголя в Англии практически не встретишь, и долил стакан, не терпя полумер. Лениво пролистал свежий "Ежедневный Пророк", все еще в красках описывающий недавно прошедший Бал Дебютанток и практически не уделивший внимания "незначительному нападению на нелегальный публичный дом", о чем была короткая заметка на предпоследней странице, между объявлениями о продажах парадной мантии и высокоэффективных амулетов, защищающих от нападения Пожирателей Смерти.
   Долохов хмыкнул. Нападения на бордель, можно сказать, вообще не было, однако огромное зеркало из Франции, лично Ванюшей Розье привезенное, Беллатриса разбила-таки, покарай ее Святослав-воин.
   Реклама амулетов его и вовсе насмешила. Они не вампиры, чтобы против них какие-то побрякушки действовали. Впрочем, сам факт того, что это объявление существует, его порадовал: это означало, что о них помнят и их боятся. Как известно, предложение и спрос взимосвязаны.
   Их точечные акции, "точечный террор", тактика которого была разработана еще в семидесятые, отцом Рудольфуса и Рабастана, работал отлично даже в условиях тотального недостатка кадров. Пара трупов там, взорванный мост здесь - и их имена снова внушают ужас. Неплохой результат для четырехмесячной работы шести человек.
   Но все же проблема расширения стояла остро. Пара вчерашних школьников, приведенных Флинтом, не была серьезным подкреплением, и над этим следовало работать. Хотя бы усилением тренировок, а то болтаются, черти, под Уэльсом, на заброшенной маггловской турбазе, прикрытой Иллюзионкой и чарами отведения взгляда. Надо бы к ним Беллатрису откомандировать, когда у них с мужем очередной разлад пойдет, не все самому по дважды в неделю мотаться. Черноволосая валькирия встряхнет заскучавших без женского общества мальчишек, лишь бы не переусердствовала и мужу потом не хвасталась...
   За неспешными размышлениями Долохов скрывал от самого себя более серьезные опасения, связанные с Кэрроу. Привыкнув работать в паре с ней, изумительно подходившей ему дурмстранговской выучкой, Антонин Павлович беспокоился, что больше они не смогут друг другу доверять. Потеря внутренней связи с партнером грозила обернуться проблемами в любой мало-мальски серьезной стычке, и ему хотелось решить этот вопрос. Иного пути, кроме личного разговора, которые им не удавались и которого как раз и избегала Алекто, он не видел.

Отредактировано Antonin Dolohov (2013-11-03 16:02:14)

+3

79

Лестрейндж спускался в Центральную гостиную без всякого желания. Каждая минута, проведенная вдали от брата и свояченицы, была дорога ему особенно, и разрушать короткие моменты покоя раз от раза становилось все сложнее.
Велев Тэсс остаться у себя, чтобы лишний раз не отсвечивать, Рабастан мехнически проверил, на месте ли палочка, и направился вниз. Вообще-то, он надеялся застать Долохова и удача сегодня ему благоволила.
Достав из кармана куртки растрепанный журнал "Колдовские сплетни", не то выписываемый Нарциссой, не то просто принесенный Тэсс из Лондона, он многозначительно потряс им.
- Антонин, кажется, вы пользуетесь спросом у юных ведьм, -  с этими словами Лестрейндж развернул журнальчик и кинул открытым на стол перед Долоховым.
Пока тот читал, Рабастан подошел ближе к огню, неторопливо помешал угли без помощи палочки и криво усмехнулся - представить славянина в роли заботливого дедушки не получалось...
Между тем, статья, привлекшая внимание сначала Тэсс, а затем и Рабастана, напрямую касалась этой вероятности.
Некая только что достигшая совершеннолетия ведьма из Болгарии приехала в Англию по программе стажировки по дипломатической линии и объявила во всеуслышание, что является прямым потомком невинно осужденного и брошенного в английскую тюрьму румынского волшебника... Этим невинным страдальцем и назывался Антонин Павлович Долохов, чье имя решительная девица клялась обелить.
Она остановилась где-то в Лондоне и уже весьма бойко принялась за Министра и Аврорат к вящей радости охочих до скандалов журналистов. Более того, она отвергла все попытки донести до нее, что уж кем-кем, но невинно осужденным господин Долохов не был, и едва ей давали слово, она тот час же начинала работы по канонизированию своего деда. Если он вообще приходился ей хоть каким-то родственником.
Дождавшись, когда Антонин Павлович дочитает, Рабастан ткнул пальцем в горячо вздымающую руки на колдографии девицу и мрачно произнес:
- Ну что, узнаете внучку?
А затем вгляделся сам в миловидную мордашку и заметил:
- Вы, Антонин Павлович, просто не устаете меня поражать. О скольких еще ваших родственницах мы узнаем в ближайшем будущем? И имейте в виду, я не могу жениться на всех.

+4

80

Новый сюжет

Метка начинает пульсировать в тот момент, когда Рудольфус выходит из спальни, направляясь в гостиную, где Пожиратели уже привыкли собираться всей компанией, чтобы обсудить наработки и дальнейшие шаги. Пульсация такая, что рука будто немеет ниже от локтя, а затем на смену онемению приходит длинная, тянущая боль. Боль Рудольфуса не пугает, он привык, но его нервирует то, что все это значит: Темный Лорд вернулся в Малфой-мэнор и он в гневе.
Совершенно иррационально приходят мысли о Беллатрисе. Где она, что делает.
Лестрейндж не видел ее с утра, и почему-то именно сейчас, когда Метка взрывается каскадом боли, его посещает мысль о жене.
Идет он тяжело, прихрамывая: зелья Снейпа снова начинают плохо действовать. Нужно либо менять концентрацию и тогда последствия их ядовитых составляющих будет не подавить, ввергая Рудольфуса в пытку медленной интоксикации, либо обращаться к Бёрку, но во втором случае результат еще более непредсказуем.
Даже угроза опоздания не может заставить его идти быстрее. Неуютно чувствовать себя развалиной, и если на глазах жены и соратников у Лестрейнджа еще хоть как-то получалось скрывать, насколько плохи его дела, то в одиночестве организм берет свое. Такими темпами придется одалживать у Люка трость, но вовсе не в декоративных целях, - мелькнула и пропала очередная досадная мысль.
- Антонин, - кивнул Рудольфус, входя в комнату и оглядываясь. - Рабастан.
В гостиной больше никого не было: только увлеченно читающий какую-то газетенку Долохов и чем-то возбужденный Рабастан. И то и другое было в равной степени удивительно: славянин обычно предпочитал "Пророк", а не скандальные "желтые листы", а увидеть взволнованным флегматичного брата можно было лишь в крайних обстоятельствх.
Впрочем, как уже несколько минут казалось Рудольфусу, эти самые крайние обстоятельства наступили.
Он прошел к столу с коньяком, которым уже причастился Долохов, и налил себе. Порция была небольшой, только промочить горло и снять неприятное подергивание в руке.
Коньяк жаром обдал горло, настраивая Лестрейнджа на философский лад.
- Хотел кое-что обсудить с тобой, - обратился он к Антонину Павловичу, - но, видимо, позже.
Вряд ли ему пришлось бы объяснять причину этого: и Рабастан, и Долохов должны были почувствовать вызов не хуже него самого.
- Беллатрису не видели? - решился все же спросить он после известных колебаний. Оба собеседника не чинились, когда была возможность высказаться о неровных отношениях супругов Лестрейндж, однако Рудольфуса беспокоили дурные предчувствия касаемо Беллатрисы. Уже то, что она не влетела сломя голову в гостиную, чтобы первой приветствовать Повелителя, было так не похоже на нее, что Лестрейндж против воли начинал волноваться. В лучшем случае, она была слишком далеко от поместья и ей нужно было время, чтобы найти удобное место для аппарации, а потом еще время на пробежку от границ антиаппрационного купола, в худшем... В худшем все было хуже.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2013-11-06 14:28:01)

+2

81

Ночь была бессонной, что случается часто, но плодотворной, в смысле работы. Лёгкий сумрак, разгоняемый светом пары факелов на стенах, потрескивающее пламя в очаге под котлом, шуршание старого, местами осыпающегося пергамента настраивали на философский лад. Студенты, давно уже разжившиеся котлами-самоварками, могли бы и посмеяться над своим профессором, варящим зелья по старинке, на живом огне. Ключевое слово - живой. Котёл над пламенем источает другое, родное тепло, дышит паром, вздыхает натужно и временами отзывается протяжным гулом. Он говорит, нужно только уметь слушать. Не многие умеют. Никто студентов за всё это время так и не смог понять "мягкую силу жидкостей, пробирающихся по венам человека, околдовывающих его разум, порабощающих чувства". Никто так и не понял, что творение чар и зельеварение ничем не отличается - если ты хочешь, чтобы магия была совершенна, этого нужно по-настоящему захотеть. Любому колдовству, любому зелью волшебник отдаёт часть души своей и получает её назад, уже изменённую. Можно этого не заметить, но рано или поздно, всё равно поймёшь, что особая магия пустила корни в твоей душе, оставив там на веки своё клеймо. Как бы Снейп не желал заниматься Тёмными Искусствами, ему пора было признать, что он не просто умеет варить зелье. Нет, это зелья полюбили его.
"Щепотка листьев  белладонны, десять грамм листовых почек чёрного тополя, сок календулы, мелиса и еловая хвоя. Кажется, ничего не забыл. Может, стоило добавить больше белладонны? Или заменить её на белену и дурман? Нет, дозу повышать уже некуда. Красавка и так токсична. На грамм больше, и Лестрейндж станет абсолютно не адекватным. А антидот к этой дряни сюда же не добавить. Впрочем, как и не заставить Родольфуса принимать успокоительное отдельно." - Один раз по часовой, два раза против, ещё раз по часовой, раз против. Лёгкое бульканье сопротивляющегося варева, когда меняется направление движения. На столе уже ждёт флакон тёмного стекла, стоит, будто по стойке смирно, скинув шапку, ждут. Рядом пробка, вощёная бумага и шпагат - всё его будущее обмундирование. Снейп всё никак не мог понять, какого чёрта он всё ещё с такой тщательностью варит зелья неблагодарному Лестрейнджу, который с каждым разом предъявляет всё новые симптомы, требует всё большего, но даже не удосужится поставить флакон с зелье в тёмный шкаф, чтобы лекарство не испортилось. Он запивает его коньяком, чего делать нельзя, превышает дозы, а Северус потом, почему-то должен решать проблемы с интоксикацией и резистентностью.
"- Он просто интересный экземпляр. На его не оправдано быстром привыкании и высоком пороге чувствительности можно было написать не одну статью". - Снейп взял другой черпак и пододвинул к себе флакон с воронкой.
- Да? И сколько научных статей ты написал за последние десять лет? - до нельзя противный внутренний голос, большую часть времени исполняющий роль голоса рассудка, сегодня вещал откуда-то из темноты, уступив на вечер власть над мыслями простому человеческому желанию покоя и мирному труду.
- "Не всё ли равно? Всё равно меня будут помнить не по открытиям, которые я мог бы сделать, а по тому, что за клеймо я ношу."
Стоило вспомнить о клейме, как оно взорвалось обжигающей болью, на миг напоминая о том моменте, когда чистую ещё кожу осквернила эта отметина, прожигая плоть до самой кости. Левая рука непроизвольно дрогнула, и тяжёлый толстостенный флакон рухнул на каменный пол, разлетаясь крупной шрапнелью. несколько мгновений эхо треска разбивающегося стекла блуждало по лаборатории, потом унеслось в коридоры подземелий.
- А, чёрт! - непроизвольно вырвалось у Снейпа, при чём скорее по поводу флакона, нежели боли.
- Infernus?* - сонно переспросил Парацельс с портрета, поднимая голову, до этого склонённую на плечо и оглядывая комнату.
- Utique. Qui aliud?** - Зло процедил Снейп, сжимая правой рукой левое предплечье. - Полномочный представитель дьявола.
Тяжело вздохнув, зельевар подошёл к стеллажу, где стоял целый взвод похожих флаконов. Взяв новый, он методично отмерил в него положенные 300 миллилитров. Так же особо не спеша, он закупорил флакон пробкой и вощёной бумагой, замотав шпагатом. Можно было и не делать этого. Что толку. Но всё делалось уже на полном автомате. Мысли были далеко.
Через несколько минут рабочее место было убрано, а хозяин подземелья, сунув флакон в один из безразмерных карманов мантии, накинул зимний плащ и поспешил к выходу из тёмных лабиринтов. Холодный ветер мгновенно отрезвил, вернув ясность и мрачность мыслям. Тёмный Лорд требовал к себе своих слуг, он был зол. Вполне вероятно, сегодня достанется всем. По крайней мере, Снейп не совершал ошибок. Может, и правильного сделал не много. Но он был уверен, что сегодня, как и раньше, при нём останется и жизнь, и рассудок. И то, и другое Лорду всё ещё необходимы.
Странно, особенно учитывая, что Снейп не спешил особо, но в гостиной Малфой-Менора были далеко не все. Всего четверо - Рабастан, Родольфус, Антонин и лучший друг двух последних в изящной стеклянной бутылке. Примечательно было отсутствие Беллатрисы. Видимо, она или ещё не придумала, что говорить в своё оправдание, или напротив, уже наговорила слишком много. Оба варианта Снейпа не расстраивали.
Коротко кивнув присутствующим в знак приветствия, Снейп подошёл к Родолфусу и поставил на столик перед ним тёмно-коричневый флакон.
- По столовой ложке перед сном, с алкоголем не смешивать, флакон не свету не оставлять, - на инструкциях Снейп никогда не заострял внимание, если знал, что говорит просто в пустоту.
Развернувшись, он отошёл к камину. Плащ снимать пока не хотелось. Ещё не отступивший холод, казалось, грыз уже не только кожу, но и сердце. Огонь не грел, но успокаивал. За то время, когда Лорд маячил лишь тенью на периферии, его слуги успели отвыкнуть от его жёсткой длани.


* Чёрт?
**Разумеется. Кто же ещё?

+2

82

>>>Из парка

С каждым словом Тёмного Лорда Лестрейндж всё сильнее вжимала голову в плечи, проклиная тот день, когда научилась говорить. по всему выходило, что она только что намела Повелителю первосортную чушь, вместо того чтобы признать своё поражение. И от этого было ещё хуже. Возможно, если бы она не пыталась скрыть следы отсутствия собственной деятельности, Милорд разозлился бы не так сильно.
Беллатриса нетвёрдо приподнялась на ладонях, растерянно смотря вслед уходящему Лорду. Её с головой захлестнула злость на себя и собственную бесполезность. Лестрейндж ещё недолго посидела на холодной промёрзлой земле, прежде чем встать и направиться к гостиной.
Боль, пронзившая руку до самой кости, послужила хорошим напоминанием о том, что пожирательнице следует поторопиться. Жжение метки отдавалось в мозгу сильной пульсацией, что мешало думать. Кровь лихорадочно стучала в ушах. Нужно было поторапливаться.
Быстрым шагом направляясь к гостиной, Лестрейндж пыталась проанализировать и понять, что же послужило тормозным рычагом в её деятельности. Имя мужа было первым, что бросалось в голову. Несомненно, виноват был Рудольфус, который так настойчиво удерживал Беллатрису возле себя. Она слишком заигралась с Лестрейнджем, что забыла про важнейшие операции. Впрочем, ещё был виноват Рабастан. Он и так слишком долго затягивал со своей свадьбой, а потом эти ритуалы. И вообще, братья вечно занимались не тем, чем надо. Например, пропащие ритуалы - их, их мордредовых инициатива. Нет, чтобы заниматься чем положено, надо то детишек на старости лет заводить, то за проститутками в борделе гоняться. И тут Беллатриса с раздражением вспомнила про Долохова. Женщина ничуть не сомневалась, что поход в бордель организовывал славянин. А потом ей, Белле, пришлось туда идти. А потом ещё и отчитываться за всех. Беллатриса возмущённо теребила себя за рукав, примерно себе представляя, что выскажет им всем после собрания. Будут знать, как растрачивать последние сбережения на ритуалистов и бордели, вместо того чтобы придумать дельный план, угодный Тёмному Лорду. Иногда Беллатрисе казалось, что из всего ближнего круга она единственная, кто более-менее полезен. А остальные - балласт, отвлекающий её от важных занятий, вроде...
Беллатрикс осторожно распахнула дверь гостиной. Лорда не было, она не опоздала. Недовольно кивнув всем собравшимся, Лестрейндж направилась к свободному креслу. Кажется, она забыла причислить к виноватым Северуса. Удивительно.

+1

83

Кабинет

Люциус мысленно выдохнул с облегчением, когда увидел, что Лорда в гостиной еще не было. Иначе, он был уверен, как минимум Круцио ему обеспечено. И так в немилости, так еще и опаздать на собрание посмел. Малфой качнул головой, усмехнувшись. Что-то сегодня из него так и лезет черный юмор, не дай Салазар ляпнуть что-то в ответ Лорду.
Быстрый взгляд по комнате - и пришлось подавить неприязненную гримасу. "И это происходит в моем доме..." Мысль отдавала горечью и какой-то безнадежностью. Впрочем, в самый раз - Лорд должен видеть, как ужасно чувствует себя его провинившийся слуга. И неважно, что причиной такого самочувствия являлись вовсе не угрызения совести по поводу провала с пророчеством. Совесть? У Малфоев? Да вы смеетесь..
Оставалось надеяться, что Лорд не будет слишком уж копаться в голове, иначе плакали кровавыми слезами чаяния дожить до светлого будущего.
- Добрый вечер, - "Чтоб вас всех мантикоры сожрали, медленно и со вкусом. Хотя жаль зверушек - отравятся". На лице ни эмоции, как и всегда - никто не должен знать, что на самом деле думает Малфой. И он все еще хозяин мэнора, и должен соблюдать хотя бы видимость приличий. К сожалению. С каким удовольствием Люциус лично передушил бы "дорогих гостей"... Но увы, это было из разряда невозможного.
Решив, что приветствия с них более чем достаточно, Малфой прошел в гостиную. Кажется, не хватало только Кэрроу, но она, видимо, еще не освободилась из Министерства, иначе уже галопом примчалась бы на вызов.
Хорошо хоть Нарцисса не стала упрямиться и настаивать на своем присутствии на собрании. Ничего хорошего из этого все равно не вышло бы, а вот если переживать еще и за супругу - никаких нервов не хватит.

Отредактировано Lucius Malfoy (2013-11-08 19:18:01)

0

84

Парк Малфой-Мэнора

Лорд шел медленно, не торопясь, давая своим Пожирателям время на то, чтобы собраться в гостиной всем составом. Хотелось думать, что сегодня они не дадут ему повода разочароваться в них, но увы - из отчета Беллатрисы ясно видно, что надеждам не суждено сбыться. Что она говорила про тренировочную базу? Что ею заведует Долохов? Отлично, надо будет полюбоваться после собрания на успехи "молодой поросли". Если они вообще есть, успехи эти.
Волдеморт скривил губы в мрачной ухмылке. Ничего хорошего он от грядущего собрания не ждал. Интересно, ему что теперь, вообще нельзя куда-то уезжать, да еще так надолго? Хотелось убедиться, что все строго наоборот, но... Слишком много чего хотелось бы. Но что-то не видно, чтобы это исполнялось. Одним "хотением" мир не поставишь с ног на голову и обратно.
Из того же "Пророка" Лорд знал, что Дамблдор жив, здоров и вообще наслаждается жизнью. Утрировано, конечно, но из этого ясно главное - сын Малфоя не слишком торопится выполнять приказ. Впрочем, это только на руку - в страхе за своего наследника Люциус сделает все возможное, чтобы снять с него самоубийственное задание. Вопрос только в том, насколько это надо самому Лорду...
Знакомый шелест ознаменовал вернувшуюся любимицу - по прибытию в мэнор Волдеморт отпустил змею поохотиться.
- Ну что, красавица, полюбуемся на мнущихся и лепечущих аристократов? - нехорошо прищурился Лорд и толкнул неплотно прикрытую дверь в гостиную.
- Ну надо же, вы все соизволили явиться, - протянул он, обводя взглядом всех находящихся в комнате, и медленно направился к своему креслу, которое никто не посмел занять. - А я уж думал, что вы совсем забыли о своем Лорде за пару месяцев его отсутствия, - от злости подрагивали пальцы, но Волдеморт все еще держал ее под контролем. Змея свилась кольцами у ног, словно верный пес, охраняющий своего хозяина.
- Итак, верные мои сторонники, чем же вы занимались, пока меня не было?

0

85

Долохов отвлекся от спиртного, когда в гостиную вошел младший Лестрейндж, и со слабым интересом уставился на протянутый ему журнал.
- Антонин, кажется, вы пользуетесь спросом у юных ведьм.
- Рабастан, если желаете, я могу отвести вас в одно место, где, имея в кармане пару галеонов, вы тоже ощутите на себе гнет популярности среди женщин, - скучающе ответил Долохов, разворачивая журнал.
Впрочем, через пару абзацев текста скуку как рукой сняло. Вчитываясь, все более шокированный Антонин Павлович задумчиво почесал подбородок. По всему выходило, что никакой внучки у него быть не могло: он предпочитал заводить романы с опытными замужними кокетками, чтобы не усложнять себе быт случайными беременностями и прочими вытекающими последствиями. И вот на тебе. И в первую очередь следовало позаботиться, чтобы прочие соратники по идейной борьбе оставались не в курсе этой странной истории.
А между тем младший Лестрейндж смаковал скандальные новости.
- Бросьте, Рабастан, - поморщился Долохов, дочитав и отложив в сторону "желтые страницы", - эта девочка такая же внучка мне, как и вам... Но сам факт нуждается в тщательной проверке. Согласитесь, я не лучшая кандидатура для родства. Возможно, это провокация Дамблдора. С кем вы еще об этом говорили?
Разговор, который мог бы увлечь Долохова неизвестно куда, прервал болезненный вызов в левом предплечье. Долохов дернулся, проливая коньяк, и потер Метку, чтобы совладать с остатками боли.
В гостиной появился Рудольфус. Братья Лестрейнджи вообще ходили если не вместе, то неподалеку друг от друга, как давно заметил Антонин. Старший Лестрейндж немедленно устремился к графину с коньяком, что не удивило никого из присутствующих в гостиной.
- Позже, - согласно кивнул Долохов, поглядывая на дверь в ожидании того, кто послал им всем вызов. Несмотря на то, что фраза Рудольфуса вызвала законный интерес, это могло подождать. Славянин лишь надеялся, что это не связано с только что прочитанным.
Беллатрису он не видел, поэтому просто пожал плечами, допивая коньяк и отставляя стакан. Ничего хуже, чем встречать Повелителя со стаканом в руке, Долохов не мог и представить, предпочитая демонстрировать постоянную боеготовность и компетентность, которых так не хватало их маленькой армии.
Снейп, немедленно занявшийся своим упрямым пациентом, сама Беллатриса, на которой лица не было и которая, судя по виду, была готова взорваться от любого неосторожного слова, Малфой... Темный Лорд все не появлялся.
- И вам того же, Люциус, - по светской привычке, слишком глубоко въевшейся в мозг, любезно поприветствовал Долохов хозяина дома. Хотел еще по той же привычке поинтересоваться здоровьем и здоровьем супруги, но в комнату проскользнула Нагайна, а следом появился и Повелитель. В комнате послышалось шуршание мантий становящихся на колени Пожирателей.
- Итак, верные мои сторонники, чем же вы занимались, пока меня не было?
Антонин поднял голову.
- Мой Лорд. Тренировка пополнения ведется согласно самым высоким стандартам и будет закончена к апрелю. Так как нашей целью является подготовка полноценных бойцов, я взял на себя смелость не ограничиться... гм... ускоренным курсом, - он кинул короткий взгляд на мадам Лестрейндж, - но заняться обучением как следует. Маркус Флинт, которого вы удостоили Меткой, мой Лорд, навел в отряде железную дисциплину. Если позволите, я рекомендую оставить его командиром. Его успехи достойны самых высоких оценок, а прочие бойцы, которые привыкли подчиняться ему как капитану квиддичной команды, видят в нем пример и тянутся за ним.
Долохов сделал паузу, припоминая, должен ли что либо сказать еще о своей боевке, и продолжил.
- Базу мы разбили в Суиндоне, совсем неподалеку отсюда. Оборотням достаточно дня, чтобы прибыть на место дислокации пополнения. В будущем я рассчитываю сформировать смешанные отряды и планировал заняться весной совместными тренировками, мой Лорд. Разумеется, база тщательно защищена как от магглов, так и от магов. - По молодняку вроде все. - Операция по устранению Корнелиуса Фаджа, советника Министра, достигла предпоследней стадии. Ваша преданная слуга мисс Кэрроу прямо сейчас в Министерстве Магии осуществляет работу по дезинформации противника. По ее возвращению мы будем готовы к убийству Фаджа. План полностью разработан и не имеет шансов на неудачу благодаря внешней разведке и аналитической работе.
Долохов замолчал, предоставляя слово Лестрейнджу. Разведка и вербовка всегда была вотчиной семейства Лестрейнджей, так что после Азкабана Ближний круг, не сговариваясь, вернулся к прежнему разделению обязанностей настолько, насколько позволяла уменьшившаяся численность.

+3

86

Боль в Метке, которую ни с чем не спутать, отвлекает Лестрейнджа от интересующего разговора. Ему однозначно не везет - столько ждать, пока удастся застать Долохова одного, и едва это происходит, как будто снег на голову на них сваливается Лорд.
- Ни с кем еще не говорил, - ворчливо отвечает Рабастан, пряча газетку в карман. Он, в конце концов, не баба, чтобы сплетничать почем зря. И вообще, он согласен с Антонином Павловичем, это все дурно пахнет. Может, и провокацией Орден Феникса.
Разведать определенно надо, причем в обход Рудольфуса пока. Пусть Тэсс разбирется, в конце концов, именно ей и карты в руки: девица прибыл на стажировку к ней в отдел. Как две чужестранки, они вполне могут поладить друг с другом. И если девица не подставная, без навешанных на нее заклинаний слежки, то...
На приветствие Рудольфуса Рабастан не отвечает. Он и сам знает, как его зовут, в напоминаниях не нуждается. Равно как и отсутствие свояченицы его больше радует, чем огорчает.
Лестрейндж вообще предпочитает одиночество, а сюда спустился лишь по традиции.
И, глядя, как напряженно посматривает на дверь Долохов и как ограничивает себя в выпивке брат, Лестрейндж  понимает, что с удовольствием бы променял эту традицию на любую другую.
Появление Снейпа заставляет мужчин занервничать. Рабастан тенью оказывается за спиной кресла брата, внимательно вглядываясь в принесенное зелье.
Конечно, он не подозревает зельевара в попытке отравить главу рода Лестрейнджей. это было бы слишком даже для Снейпа. Он подозревает, что глава рода далеко продвинулся на пути к небытию, отвергая советы зельевара и лишь увеличивая дозы токсичных зелий вперемешку с темными ритуалами Бёрка, за которые приходилось расплачиваться не только галеонами и древними книгами заклинаний.
И конечно же, Рабастан не собирается сидеть над братом как нянька, контролируя прием лекарств и запрещая алкоголь. Рудольфус не станет терпеть это, не станет слушать. Что ж, это его выбор.
И все же, отворачиваясь, Лестрейндж забирает из-под носа Рудольфуса зелье, пряча его в тот же темный карман куртки. Отдаст потом, после собрания. Ни к чему демонстрировать Повелителю или Беллатрисе, что Рудольфусу до хорошей формы как до звезд. Тем более, с брата станется и вовсе оставить лекарство на свету на все собрание, да и кто знает, как дело повернется, может, вообще прямо отсюда придется аппарировать штурмовать Хогвартс.
- Спасибо, Северус, - между делом благодарит Рабастан зельевара. Видимо, в этой гостиной вообще только ему есть дело до того, жив Рудольфус или уже нет. К Снейпу у Рабастана отношение сложное, едва ли не симпатия, и дело даже не в заботе того о здоровье брата.
Снейп тоже не снимает плащ, наверное, как и Рабастан, не чувствует себя здесь как дома и готов в любой момент уйти. Интересно, а каково ему, постоянно таскаться из Хогвартса сюда и обратно? Есть ли у него какие внутренние демоны?
Впрочем, эта мысль недолгая, практически мимолетная.
Гостиная заполняется, даже разыскиваемая братом Беллатриса появляется, хотя и не выглядит довольной возвращением Милорда. Странно, Рабастан ожидал большего энтузиазма от "самой верной слуги".
Руку постепенно отпускает. Лестрейндж через куртку массирует предплечье, разгоняя кровь, сминая остатки болезненных воспоминаний. Хорошо, что он не предложил Тэсс спуститься вместе с ним и провести вечер в компании новых коллег, иначе теперь ей было бы не уйти под взглядами Беллатрисы и Долохова. Хорошо, что у нее по-прежнему нет Метки. Хорошо бы, чтобы так и оставалось, незачем ей быть в Ближнем круге, женщине. Его, черт побери, женщине.
Раздумывая, сообщит ли Рудольфус о свадьбе или нет, Рабастан опускается на колени при появлении Темного Лорда и его огромной змеи.
В гостиной, несмотря на ярко горящий огонь в камине, становится еще холоднее, просто аномалия какая-то.
Пока Долохов отчитывается, Лестрейндж позволяет своим мыслям витать вокруг, не фиксируясь на чем-то конкретном.
Ребята в Суиндоне, оборотни, потоптавшие малфоевский розарий... Фадж.  Ага, вот почему нет Кэрроу... Брат страхует Алекто перед Министерством, работают профессионально.

+3

87

Беллатрису никто не видел, он мог с таким же успехом обратиться к каменным горгульям, украшавшим крышу. Это странно, потому что его жена достаточно яркая и умеет обращать на себя внимание, особенно внимание Баста и Долохова.
Нахмурившись, Рудольфус уселся в кресло рядом со столом, постаравшись устроиться со всевозможными удобствами: при появлении Лорда об этом можно будет забыть, так что стоило наслаждаться моментом.
Появившийся Снейп поставил перед ним флакон очередного варева. Рудольфус едва сдержал радостный порыв, предвкушая безболезненное забвение, и только кивнул в знак того, что увидел и услышал: опускаться до благодарности полукровке он еще не дошел.
Зато Рабастан, будто заботливая наседка, оказался рядом и даже поблагодарил мрачного зельевара, заслужив от Рудольфуса недовольный взгляд и еще один, когда потащил зелье к себе в карман.
Хотя недовольство было в большей степени напускным, Рудольфус знал, что брат присмотрит за флаконом куда лучше его самого.
Вопреки медицинскому совету, Рудольфус снова отпил из бокала, кинув короткий взгляд на пришедшую супругу. Мадам Лестрейндж казалась мрачнее тучи и Рудольфус практически почувствовал в воздухе ее желание сорвать на ком-нибудь непонятное раздражение. Мимолетно пожалев, что они сейчас не одни, чтобы он мог взорвать эту пороховую бочку и заодно выпустить на волю свою сдерживаемую с трудом ярость, он отвернулся, намеренно пренебрежительно отнесясь к присутствию жены и появлению Малфоя.
Надменный аристократ держался с прежней надменностью, как будто и не было оснований поумерить спесь. Лестрейнджа искренне интересовало, что же помогает Люциусу день за днем влачить свое существование, но он забывал об этом после очередного появления Повелителя, когда Малфой сидел ниже травы, опасаясь лишний раз обратить на себя внимание окружающих.
И наконец, вслед за собственной змеей, в дверях гостиной появился Темный Лорд.
Рудольфус немедленно опустился на колени, не обращая внимания на вспыхнувшую с сновой силой боль. Постой он так с полчаса кряду, и уснуть ему не поможет даже зелье Снейпа.
Однако восторг, чистый, ледяной восторг, в который его бросало при появлении Господина, заморозил боль, оставив лишь готовность следовать, исполнять, служить...
Когда Антонин замолчал, Рудольфус продолжил, не поднимая головы:
- Милорд, вербовка в Министерстве продолжается. Наша неудача с Хоггартом не задержит нас. Сейчас под нашим контролем находится Отдел Тайн, Международное бюро магического законодательства, Отдел международного магического сотрудничества. Мы досконально изучили распорядок дня Корнелиуса Фаджа и его устранение будет произведено в ближайшее время с помощью главы международного отдела магического законодательства Оливии Уилсон, которая сейчас находится в подземельях, предоставленных мистером Малфоем. Мадемуазель Сэбир, мистер Гринграсс и мистер Ранкорн продолжают снабжать нас самой актуальной информацией, а также ведут работу по дезинформации служащих, лояльных к Дамблдору. Также они осуществляют общее наблюдение за настроением в Министерстве и сообщают, что пока все складывается в соответствии с нашими планами. Все больше и больше магов даже из семей, прежде лояльных Министерству и Дамблдору, заявляют о желании присоединиться к нам в той или иной форме. Мы отслеживаем контингент, анализируя похищенные из Аврората архивные дела политического толка, выбирая тех магов, которые могут послужить Вашей великой цели, Милорд. С Вашего позволения, я надеюсь вскоре представить Вам наиболее отличившихся магов, которые в данный момент доказывают свою верность нашим идеалам.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2013-11-11 12:04:55)

+2

88

Кто ожидал благодарности? Я ожидал благодарности? Да нет, что вы, я не настолько наивен. - Но, чтобы не говорил себе Северус, он в который раз поймал себя на мысли о том, сколько, в сущности, он делает для тех, кому языком шевельнуть лень для простого "спасибо". - Три раза "ха", как пролаял бы покойный Блэк. Однако...
Однако, Блэки бывают разные, как и Лестрейнджи. Младший отпрыск последней фамилии ещё не пропил разум, или же просто выполнял за старшего братца грязную работу, которая, видимо, включала и благодарности. Сам Родольфус был слишком важной персоной, чтобы опускаться до подобного в отношении полукровки, который обеспечил ему несколько свободных от боли ночей. Нет, Лестрейнджи так низко не опускаются, они падают ещё ниже, чтобы целовать ноги другому полукровке, во власти которого убить их, искалечить и лишить рассудка.
"Если есть ещё, чего лишать", - эта мысль была пропитана каким-то мстительным удовольствием. Снейп почувствовал, что оттаивает - напряжение понемногу отпускало, в мысли вернулся привычный сарказм и язвительность. Пусть оттачивать мастерство тут было не на ком, но ведь можно позволить себе поиздеваться и мысленно. Ну, он то точно может себе это позволить.
В гостиную спустился Малфой - неожиданно ухоженный и со знакомым надменным взглядом. Хоть что-то в этом мире не меняется. В хорошем смысле. Люциуса с некоторых пор Снейп считал своим индикатором - чем хуже выглядел аристократ, тем тяжелее приходилось и Снейпу. Другое дело, что то, что ломало Малфоя не ломало Северуса.
"Каким смелым и стойким становишься, когда у тебя нет выбора".
Снейп привычно преклонил колено, по устоявшейся привычке не склоняя низко голову, и не привлекая к себе внимания излишним подобострастием. В его всеобъемлющую любовь к господину тут всё равно никто не верил, включая самого Лорда. Это всего лишь деловой подход. Но так уж случилось, что этот самый Лорд питает слабость к дешёвым эффектам и театральным сценам, так почему бы не дать ему этого?
- Орден фактически распался, милорд, - спокойно произнёс Северус, когда в рапортах Пожирателей появилась заминка. - Собраний давно не было, а сами орденцы разрознены, большей частью спасают самих себя. Дамблдор угасает. Он слаб, почти немощен. - тут Снейп сделал лёгкую паузу, будто выбирая, что сказать. Такие заминки, как правило, приводили к печальным последствиям, но сейчас слизеринец знал, что делает. - Даже если Драко не удастся выполнить поручение, в чём я сомневаюсь - директор сейчас лёгкая добыча, то сам старик долго не протянет. Кстати, о Драко, - Снейп подозревал, что о его делах Белла и прочие знают больше, чем декан, но всё таки не мог не сказать что-то в защиту мальчика. Тем более, что это чистая правда. - Юный мистер Малфой, кажется, вошёл во вкус. Он избегает меня и обвиняет в попытке украсть его славу, - тут Снейп усмехнулся. - Кажется, он всерьёз настроен не просто выполнить поручение, но завоевать ваше расположение, мой Лорд. Мальчик вырос, - подытожил профессор.

+4

89

С деланной пренебрежительностью игнорируя присутствие окружающих, Лестрейндж с молчаливым нетерпением гипнотизировала дверь гостиной, которая пускала внутрь тех, кто её не интересовал. Беллатриса ждала появления Лорда и, одновременно, боялась грядущего собрания.
Появление Повелителя в замке было неожиданным для женщины, поэтому, понятное дело, она совершенно растерялась, чем разгневала Тёмного Лорда. А плохое настроение Повелителя никому из пожирателей ничего хорошего не сулило. Вот только пожиратели об этом пока ещё сами не знают.
Взгляд Беллатрисы пробежался по комнате и снова вернулся к двери. Все присутствующие молчали, томясь ожиданием и растущим напряжением. Теперь казалось, что не пожирательница гипнотизирует дверь, а дверь её.
Наконец в чуть приоткрывшуюся дверь заползла змея, а следом за ней вошёл Тёмный лорд. Лестрейндж встала на колени, не решаясь поднять взгляда.
Антонин говорил первым. Долохов говорил, как всегда, точно, полно, ясно и, что самое главное, по делу. Возможно, здесь сказывался природный талант славянина, возможно, его многолетний жизненный опыт. Одно Беллатриса поняла точно - нужно было изредка слушать Рудольфуса и Антонина, пока в поместье не было не было Лорда...
Рудольфуса Беллатриса практически не слушала.
Почему я не могла сказать то же самое?
В груди с новой силой вспыхнуло раздражение на окружающих. Это всё не так: как-то неправильно, не логично. Всё не так должно быть. Это Беллатриса должна была обрадовать Лорда хорошими вестями с поприща юных и перспективных магов. Это она должна была сказать ему про операцию в министерстве, о которой узнала чудом.
А вот речь Северуса Беллатрису заинтересовала... Признаться, пожирательница совсем упустила из виду факт существования племянника и его задания, заигравшись в счастливую семейную жизнь. Она вообще много что упустила, но этого уже не вернёшь.
А действительно, неплохо было бы заняться младшим Малфоем, вправить парню мозги, пока этого не начал делать Снейп на свой лад. Драко должен выполнить задание Тёмного Лорда, во чтобы то ни стало.
Было бы неплохо черкнуть Драко несколько строк. Сразу же, после собрания. Однако, вся почта просматривается, поэтому нужно найти другие пути связаться с любимым племянником.
Однако, об этом следует думать не на собрании. Беллатриса вернулась мыслями к Северусу и к Тёмному Лорду. И к тому, как повлияли на настроение Повелителя доклады других пожирателей.

0

90

С каждой секундой воздух в гостиной, казалось, становился все тяжелее, и приходилось прикладывать усилия, чтобы беспокойство не отразилось на лице. Спасибо прожитым годам, научили держать язык за зубами, а эмоции под контролем. Лишь пальцы все сильнее, почти добела, стискивали набалдашник верной трости в виде головы змеи.
На пороге появился Лорд с верной змеей - и все Пожиратели, как один, опустились на колени и склонили головы, приветствуя Повелителя. Но Малфой остается Малфоем в любой ситуации, даже находясь не на лучшем счету у Темного Лорда. И если обстоятельства заставят преклонить колено, он преклонит, но с таким видом, словно делает всему миру одолжение. И потому - упереться взглядом в ковер, немного опустить голову, закрывая лицо волосами, чтобы успеть настроиться на очередное представление. На этот раз под названием "Искренне виноватый и раскаивающийся Люциус Малфой". И конечно мысли, нельзя забыть о них - Лорд любит проверить искренность слов, вломившись в мысли и вывернув сознание наизнанку, если возникнут хоть какие-то подозрения. Или просто так, для профилактики, хотя такое и случается редко. "Нужно реабилитироваться в глазах милорда, только бы он снова благоволил моей семье... Я виноват за провал, надо компенсировать неудачу..." Крутить это в мыслях, превратить в мантру на ближайшие часы, что будет длиться собрание, усиленно думать, как вернуть расположение... И надеяться, что выходит достаточно убедительно, и Лорд побрезгует разбираться в море отчаяния и вины.
Долохов, Лестрейндж, Снейп... Отчеты лаконичны и максимально очищены от фактов, способных разозлить Лорда еще больше, чтобы не дай Мерлин не прозвучала Авада. Северуса Малфой слушал особенно внимательно - связаться с сыном пока не было возможности, но беспокойство за него грызло изнутри, словно червь сочное яблоко. "Надо найти способ, иначе какой я тогда, к Мерлину, отец..."
- Мой Лорд, - Люциус, после некоторых колебаний насчет того, стоит ли ему сегодня вообще подавать голос или молчать, словно воды в рот набрал, все же нарушил воцарившуюся тишину после слов Снейпа. - На днях назначена встреча с одним журналистом из "Пророка" - он не слишком любит нынешнее Министерство и готов писать соответствующие статьи. Вопрос только в цене, но уверен, проблем не возникнет. Если все выйдет так, как я рассчитываю, скоро в "Пророке" появятся статьи, которые заставят основную массу людей усомниться во власти и направят мысли в сторону бунта.
Малфой говорил ровно, по-деловому, словно обсуждал очередную сделку. Видит Мерлин, больше всего ему сейчас хотелось плюнуть на все сделки и умолять снять с Драко это самоубийственное задание. Даже если старик действительно так слаб, как говорит Северус, он все еще опасен. И Люциусу совершенно не хотелось в одно прекрасное утро узнать о смерти единственного сына. Да и если вспомнить про планы обустроить себе пути отхода, убийство Дамблдора несколько осложнит их. Но все равно все упирается в то, чтобы связаться с Драко, без этого невозможно предпринимать что-то серьезное.

+1


Вы здесь » Harry Potter and the Half-Blood Prince » Малфой-мэнор » Центральная гостиная Малфой Мэнора


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC